S-T-I-K-S. Стекловата (СИ) - Фролов Сергей - Страница 1

Стекловата

Глава 1. 16 сентября.

Глава 1. 16 сентября.

Она сидела на параллельном ряду у окна. Минули каникулы, и все перешли на четвёртый курс технаря. Било "бабье лето" – яркий, солнечный свет заливал багряную рябину и громадный жёлтый клён под окном. Тёплый ветерок шуршал листвой, порой перекрывая чириканье воробьёв в ветвях. Переливались на солнце паутинки и её чёрные волосы, выбившиеся из короткого хвостика. Тонкая шейка тоже как бы имела свою, небольшую ауру. Все конспектировали. От монотонного голоса препода меня "рубило". Голова уже несколько раз срывалась в пике к парте и резко дёргалась на тощей шее. Щипок за запястье помог ненадолго. Задержка дыхания тоже. Продолжая писать на автомате, я начал менять почерки. Вроде немного отпустило. На моей Электронике-53 было 16.00, значит, осталось еще десять минут. На худых плечах Алёнки была кружевная блузка, сквозь которую виднелись бретельки бюстгальтера. Спинку она держала ровно. Шуршала бумага и ручки, туфли и туфельки, изредка шмыгали носы. Из окна пахло осенью.

Я боялся к ней подкатить все эти годы. Из лета она пришла загорелая, с округлившимися формами, более женственная. Нежный голос, улыбка и взгляд выбивали почву из-под ног. Пригласить на свидание - нет. У меня нет денег даже ей на мороженое. Всех моих богатств, собранных за три года учёбы, хватило на джинсовую куртку «Деконс» с мельницей на пуговках, джинсы и криво сшитый, тёмно синий с фиолетовыми и бирюзовыми вставками, спортивный костюм «Пума». Ну ладно, хотя бы скажу ей, три года не решался, а впереди армия и никаких шансов больше. Стрёмно! Ну, хотя бы в компании с пацанами и её подружками. Завтра День города. Все пойдут гулять. Ну и как бы немного пройтись с ней и тогда уж открыться.

Звонок. Я быстро сорвался, чтобы подловить свою тайную любовь на лестнице, что возле центрального входа. Улица меня встретила странным не то туманом, не то маревом и противным химическим запахом. Мысли пронеслись мгновенно - где-то пожар, промышленная авария. Но тут ничего нет. Что-то случилось у вояк? В этой странной части с большими антеннами и спутниковыми тарелками размером с дом? Так вроде это космонавты, а не химики.

А она шла не одна. Две подружки, увлечённо, что-то ей рассказывали. И они прошли мимо, по-моему, даже не заметив меня.

Нет, комплексов неполноценности у меня не было, кроме финвопроса, конечно. Я быстрее всех бегал, дальше всех прыгал, больше всех подтягивался. Не хуже других стрелял из мелкашки и собирал автомат Калашникова на пятёрку. Легко разгадывал кроссворды, да и в шашки, домино, карты не был лёгким соперником. Фанател от русского рока и читал фантастику. Играл за технарскую волейбольную команду. По вторникам и пятницам у нас были тренировки.

Я вернулся в здание и отправился в раздевалку спортзала, так как сегодня была пятница.

Разминка прошла нормально, хотя и без музыки - электричества почему-то не было. А вот сама игра не заладилась. Пацаны тупили. У меня ещё и голова разболелась. Решил сходить в туалет попить воды из-под крана.

В окно я увидел, как нёсшийся на огромной скорости грузовик с песком протаранил ограждение на повороте и, раскидав пару легковушек на парковке перед столовой, въехал в этот дом из стекла и стали. В грохоте и брызгах осколков вылетел с другой стороны. Вытащив на себе деформированный стальной остов здания, затих, врезавшись в надземный теплопровод. Одна из толстенных труб треснула, и оттуда с шипением выстрелила кипящая струя воды. Это было совсем близко. Пар начал заволакивать обзор.

Мне почему-то захотелось свалить отсюда, как можно быстрей, и уж потом осмотреться. Благо до дома было недалеко, я даже троллейбусами не пользовался. Между тем горячее озеро с опасной скоростью затопляло тротуар и проезжую часть. Я двинул к чёрному ходу, где все обычно курили. Он был открыт. Я прыгнул на бордюр, еще не покрытый водой, и побежал по нему, как канатоходец над пропастью. Вокруг горячая вода с плавающими в ней "бычками" от сигарет. И вот я в безопасности, на возвышении, иду вдоль дороги домой. С одной стороны - бетонный забор воинской части, с другой - небольшой газон и дорога с троллейбусными проводами сверху. Через пятнадцать минут я буду дома. Только вот на дороге пробка, чего здесь отродясь не бывало. Домой я так и не попал, его просто не было. Посередине небольшого моста через ручей троллейбусная линия переходила в линию деревянных, полусгнивших столбов со старыми телеграфными проводами. Сюрреализм происходящего дополняли истошные крики девушки, в горло которой вгрызся, по-видимому, её недавний спутник, типичный браток в малиновом пиджаке с цепурой. Толпа вокруг вела себя странно и даже как то жадновато смотрела на кровь, заливающую дорогущее платье. Я повернул назад, перебежал дорогу и свернул в первый же попавшийся переулок. Возле меня разлетелась вдребезги трёхлитровая банка солёных огурцов. Обдав всё же меня немного рассолом. Я поднял голову и еле успел увернуться от литрушки с лечо. Бабка на балконе третьего этажа хрущёвки с усердием расстреливала по мне свои зимние запасы. Думать было некогда, я побежал. Цель - овраг. Место моих детских игр. Там безлюдно и нет техники, котельных и прочей техногенной опасности. Первый дом, сараи, деревянный забор, калитка. И вот сосняк, утоптанная тропинка с выступающими корнями тех же сосен. Хвоя по бокам, поворот. И вот слева - овраг. А за ним - стены гаражного общества. Как обычно, тот склон превращён в свалку, а дальше чисто. Здесь выгуливают собак. И только я об этом подумал, как навстречу мне выскочил огромный доберман. Молча, он нёсся на меня по этой тропинке, роняя пену из окровавленной пасти. Мне показалось, что я даже вижу лопнувшие сосуды на выкатившихся белках его страшных, голодных глаз.

Алёнка с Аней и Катей. Вышли из технаря на тёплый осенний воздух. На козырьке центрального входа ворковали голуби, примостившиеся между обвисшими, выставленными к предстоящему празднику флагами. Весело щебеча, девчонки направились к остановке.

Мявшийся у лестничных поручней Калина проводил их печальным взглядом. Алёнка знала, что он к ней неравнодушен. О чём тут же всем сообщила Аня, и они вместе с Катей весело захихикали. Алёна промолчала. И потом заметила, что воняет чем-то химическим. Подруги согласились и начали высказывать различные версии происхождения этого запаха. Так дошли до остановки в сторону новостройки. Троллейбусы стояли, по-видимому, где-то обрыв. Сели в маршрутку, хоть дороже, но быстрее. Проехать, правда, удалось всего одну остановку. Светофоры зияли чёрным, а на перекрёстке перед воротами военной части была пробка. Подождав минут пятнадцать, поняли, что это бесполезно, и вышли на загазованный тротуар.

- Долго идти, - сказала осипшим голосом Катя. Аня молча кивнула, и они двинулись вдоль дороги пешком за заблокированный перекрёсток.

Что-то странное, ещё не понятное сознанием, витало в окружающем мире. А вот интуиция уже била тревогу. Вся внутренне съёжившись в комок, Алёнка шла среди приумолкших подружек. В руке крепко сжат новомодный кожаный, с металлическими губками клатч и пакет из элитного магазина женского белья. В нём три тетрадки. Алёнка знала, что в таком пакете можно лишь единожды донести покупки до дома, а использовать его постоянно - дурной тон. Но не смогла устоять перед соблазном подразнить лишний раз застенчивого Калину.

Вдруг за забором у вояк раздался истошный крик, а затем прогремел выстрел. Громкий звук заставил вздрогнуть. Но это были лишь цветочки. Шедшая рядом Катя среагировала совершенно иначе. Она ухватила спутницу за волосы, и, резко откинув её голову, зубами впилась ей в бок шеи. Уже заваливаясь назад, увлекаемая на землю, Алёна со всех сил, по дуге вбила острый, никелированный уголок крепко сжатого в руке клатча Кате в лицо. Вложив в удар весь вес своего пятидесятикилограммового тела. Попала в висок или глаз, в хлынувшей кровище было не разобрать. Приземлившись на пятую точку, Алёнка опешила, увидев странную реакцию Ани. Вместо того, чтобы достать платочек или там завизжать, та, даже с каким-то вожделением и радостью, бросилась к голове поверженной, несостоявшейся вампирши. Встав на колени, ухватила двумя руками голову Кати, развернула рану к себе и с жадностью начала слизывать кровь.