Цепная атака - Де Виз Джин - Страница 38

Кирк по привычке осмотрелся, в глубине души надеясь отыскать хотя бы намек на то, кто управляет здесь и что можно сделать.

Высоко над головой, в центре ничем не примечательного потолка, поднимавшегося куполом над ними, он заметил круглую, тускло сияющую конструкцию, возможно, имеющую отношение к транспортационному оборудованию. Других источников сравнительно слабого света капитан не нашел. Все было видно, но, как это бывает в пасмурный день, свет шел отовсюду, не оставляя теней.

– Спок! – громко позвал Кирк, нарушая тишину. – Маккой! Ухура! Чехов! Скотт! Томсон! Сюда! «Ни эха, ни вибрации, – отметил он про себя, – хотя помещение громадное, да еще высокий потолок».

Все, кто был в зале, повернулись к капитану, но никто, за исключением названных офицеров, не шелохнулся, не откликнулся. Спок и остальные члены экипажа уже пробирались через ошеломленную толпу. Правда, вулканцу пришлось немного задержаться, когда прямо перед ним из вихря материализовался кто-то из экипажа. Старший офицер остановился, вглядываясь в плотную пелену, и, лишь когда узнал в прибывшем энсина Макфи, тронулся дальше.

– У кого-нибудь есть коммуникатор? – спросил Кирк, когда все собрались вокруг него. – Фазер? Транслятор? Трикодер? Вообще что-нибудь из оборудования?

Офицеры машинально потрогали пояса, но результат был то же, что и у Кирка. Кто-то мрачно покачал головой, кто-то нахмурился, лишь Спок, как всегда, ничем не выдал своих чувств и только слегка поднял бровь.

– Итак, джентльмены, – подвел итог Кирк, когда выяснилось, что в результате транспортации исчезли все приборы и инструменты, – на этот раз мы в роли гостей. И хозяева, надо отдать им должное, позаботились обо всем. Нас лишили возможности защищаться, провести анализ среды, пообщаться с кем-либо или с чем-либо, кроме самих себя.

– Вы правы, капитан, – согласился Спок, не спеша оглядывая зал. К этому времени процесс материализации, видимо, завершился, и сияние похожей на транспортационное устройство конструкции под потолком прекратилось. Экипаж – все четыреста с лишним человек, как можно было судить на первый взгляд, – постепенно приходил в себя. Послышались голоса, началось движение.

– Вопрос в том, – продолжал Спок, повышая голос, чтобы перекрыть нарастающий гул, – где те, кто перенес нас сюда? Кто они и чего хотят? Есть и еще одна, более насущная проблема. Контролируют ли они «Энтерпрайз» и если да, то сознают ли, что с поврежденными дефлекторами он практически беззащитен, а передовые части хошанского и зиторского флотов подойдут в ближайшие часы?

– Превосходно, Спок, – проскрипел Маккой. – Если бы вы еще и ответили на ваши вопросы…

– Не сейчас, доктор, но если вы наберетесь терпения…

Откуда-то из массы сгрудившихся людей донесся сердитый неразборчивый возглас, заставивший вулканца замолчать.

Кирк, нахмурившись, обернулся на звук. Крик повторился, на этот раз громче и пронзительнее.

Внезапно все замолкли, и на фоне наступившей тишины яснее прозвучали крики, точнее, ругательства, как разобрал Кирк, доносившиеся из противоположного угла зала. Капитан молча отправился туда в сопровождении офицеров. Их появление не осталось незамеченным – люди расступились.

Пройдя несколько шагов, капитан услышал, как кто-то выкрикнул: «Крэндалл!». Имя это прозвучало как эпитет. Кирк ускорил шаги. Перенесенный вместе с другими, наблюдатель, лишенный защиты стен камеры, стал легкой добычей тех, кто, справедливо или нет, обвинял его в нынешнем тяжелом положении.

Через несколько секунд Кирк и лейтенант Томсон пробились через плотное кольцо десятка рассерженных мужчин.

– Разойдитесь, джентльмены! – рявкнул капитан, и мгновенно наступила полнейшая тишина.

В центре крута два энсина держали раскрасневшегося и помятого Крэндалла. Один, ухватив наблюдателя за ворот туники, притянул его к себе с такой силой, что доктору пришлось встать на цыпочки.

– Ах ты, уб… – начал было другой дрожащим от гнева голосом и замахнулся, собираясь ударить несчастного, но Кирк резко остановил его.

– Достаточно, мистер! Вы, оба, отпустите его! Ну!

– Но, капитан!..

– Это приказ!

С явной неохотой один из молодых людей опустил кулак, другой разжал пальцы. Крэндалл отступил на шаг, разгладил смятую одежду и облегченно вздохнул.

– С доктором Крэндаллом мы разберемся, когда выберемся отсюда, – продолжал Кирк, – но не раньше. А пока он с нами в одной лодке, и я не потерплю больше подобной недисциплинированности! Все наши усилия, знания, все наше внимание должны быть направлены на одно – понять сложившуюся ситуацию. Иначе мы никогда не сможем выпутаться из всего этого и вернуться на «Энтерпрайз». Это понятно, джентльмены?

– Но ведь именно из-за него мы влипли в это… – энсин недоговорил. – Если бы не он…

– Доктор Крэндалл поступил неразумно, а, возможно, и злонамеренно, причинил нам немало хлопот, нанес вред кораблю. Однако он не единственный, кто виноват в том, что мы здесь оказались, а может быть, и вовсе не виноват. Отныне мы будем следить за ним. Вы… вы все! – продолжал капитан, возвышая голос почти до крика, чтобы его услышал каждый член экипажа. – Все вы будете наблюдать и слушать, а главное – думать. Это ясно?

Его слова были встречены угрюмым молчанием, но затем два молодых человека, стоявшие прямо перед ним, пробормотали: «Да, капитан, мы понимаем», а через мгновение сотни голосов слились в единый гул: «Да, капитан».

Взяв наблюдателя за руку, Кирк вывел его из круга и, пройдя по узкому коридору, образованному расступившимися зрителями, подошел к группе офицеров.

– Что касается вас, доктор Крэндалл…

– Почему вы не дали им прикончить меня? – спросил наблюдатель. Голос его звучал вызывающе, гнев исказил лицо, немного пострадавшее от кулаков молодого энсина. – Это избавило бы вас от многих хлопот!

– Возможно, вы и правы, доктор, – холодно ответил Кирк, – и если попробуете устроить нам еще какую-нибудь гадость, я позволю им прикончить вас. Любым способом, который они сочтут подходящим. Понятно?

… На мгновение гнев, прозвучавший в голосе Крэндалла, мелькнул в его глазах, но уже в следующую секунду он весь как бы сник и отвернулся.

– Понимаю, капитан, – сказал наблюдатель смиренным тоном, вполне соответствующим его позе.

– Я тоже надеюсь на это, Крэндалл, искренне надеюсь, – закончил Кирк. – Лейтенант Томсон, не упускайте его из вида.

– Капитан! – высокий взволнованный голос прорезал возобновившийся гул.

– Наши фазеры и коммуникаторы! Вот они!

Молодая девушка – полет на «Энтерпрайзе», как вспомнил Кирк, был ее первым назначением после Академии – стояла у самого внешнего края круга, который образовал экипаж звездолета.

– Энсин Дэвис? – машинально спросил капитан. – Это вы?

– Да, сэр, – кивнула она, замирая под его взглядом. Она была уверена, что командир вспомнил о ее разговоре с Крэндаллом, и упрекала себя за то, что на несколько дней поверила этому хитрому и коварному человеку, сыгравшему с ней такую злую шутку и чуть было не погубившему их всех.

– Там, – повторила она, стараясь прогнать от себя неприятные мысли и воспоминания, и, повернувшись, указала рукой в затемненный угол зала.

– Они все там, но я не могу подойти. Здесь что-то вроде барьера!

– Вы молодец, энсин, – сказал капитан, всматриваясь туда, куда указывала Дэвис. Метрах в тридцати от них, у стены, где почти отсутствовало освещение, лежала огромная груда оборудования: коммуникаторы, фазеры, трикодеры, медицинские наборы, системы жизнеобеспечения, универсальные трансляторы – практически все, что можно переносить, и даже кое-что из того, что никакой переноске не подлежало. Только тут Кирк заметил, что все это не лежало, а было как бы подвешено в воздухе, будто покоилось на неких невидимых полках. Капитан нахмурился, осторожно шагнул к оборудованию и тут же почувствовал барьер. Очевидно, какое-то силовое поле, и ощущалось оно не как стена, а как нежный ветер, дувший в лицо.