Владеющий словом (СИ) - Еслер Андрей - Страница 41

Я по-новому взглянул на стоящих у входа воинов. Что же вы ещё от меня скрываете?

Отложив разговор с Кирком, я пошёл в ближайший бар, мне срочно требовалось прочистить мозги, но сначала их требовалось затуманить.

Улицы города наполнились людьми ещё больше. Слава богу парочка моих личных ледоколов, прорубили мне путь к ближайшему, не выглядящему как помойка — пабу. Ой простите, таверне. Вокруг входа было много людей вперемешку с гоблинами и здоровенными ограми. Я немного удивился популярности заведения в будний день.

Подходя, ближе понял, что не таверна собрала всех в кучу, а нечто поинтереснее.

Прислонившись спиной к стене здания, прямо на вымощенной камнями дороге сидело непонятное существо. Хлипкая фигура, прямо как у гоблина, спутанные рыжие волосы. Капюшон на голове, закрывает лицо. Рядом собачка, породы благородно дворовой, с обрывком верёвки на шее.

Возле существа валяются части чего-то, похожего на гитару, или скорее укулеле по размеру. Какой-то бродяга стоит перед толпой, явно гордый вниманием. Периодически, между фразами, он вставляет пинок в сторону скукожившегося создания на земле. Собачка жалобно скулит, но убегать не пробует. Скорчилась что удивительно не за спиной, а у ног своего хозяина, будто защищая телом от удара.

— Дурная тварь! Мы с приятелем делили это место годами! — распинался дурно пахнущий бродяга, подволакивая ногу и корча свою опухшую физиономию в праведном гневе. Существу достался ещё один пинок, собачка завыла. Народ грохнул. Пара баб постарше покачали головами и отвернулись. — Я ей говорил уходить по-хорошему! Ну прав я нет?

Ей? Я удивился. Это что, девушка? Скорее ребёнок, маленький ребёнок. Или очень маленький подросток, который, к примеру недоедает. Тем временем шоу продолжилось, а мои предположения подтвердились.

— Я не занимала твоё место. — тихо прошуршал детский ломающийся голос.

— Она ещё и врёт! Вы посмотрите? Ты сейчас на нём сидишь дурная! — разразился бродяга.

— Я не прошу, я всего лишь играю. — так же тихо проговорила девочка. — А ты просишь, хоть и здоров, хоть и можешь работать.

Я неожиданно понял, то девочка готова расплакаться, поэтому говорит тихо, чтобы не дрогнул голос. Неосознанно стал проталкиваться сквозь толпу.

Тем временем девочка пошарила в своих лохмотьях, на свет вылезла небольшая деревяшка, на деле оказавшаяся губной гармошкой, из которой тут же полились мелодичные звуки. Девочка играла что-то весёлое, не смотря на ситуацию. Но мне так не казалось, я видел Арлеккино.

Грустного клоуна, весёлого клоуна.

Что же за мир такой? Может его не надо спасать. Я остановился прямо в середине толпы, поглощённый своими выводами. В нос ударил запах немытых тел, помоев, перегара.

Расплывшаяся и округлая физиономия бродяги, ощерившегося неполным составом зубов, стала ещё противнее. Он снова пнул девочку, на этот раз выше, прямо в лицо, от чего сам упал на спину.

Капюшон распахнулся, взметнулись рыжие, спутанные волосы, обнажая острое девичье лицо с уставшими глазами. Я вдохнул, глубоко, втягивая весь спектр запахов. Магия бурлила во мне, поднималась к горлу бешенным рыком.

Но я не успел.

Краем глаза заметил, как к бродяги двинулась незнакомка в расстёгнутом плаще, её уаголова, к слову, тоже была покрыта капюшоном, но вот изгибы фигуры не давали сомневаться к какому полу принадлежит новый участник. Девушка была облачена в комбез, не менее популярный предмет одежды местных горожан.

Хлёсткий удар с ноги повалил бродягу на землю, сопровождалось это звуком падения мешка с картошкой. Нищий завопил во всю мощь лёгких, подвизгивая на высоких нотах.

— Стража! СТРАЖА! Убивают!

Толпу протаранила парочка бравого вида рубак в кожаных доспехах с металлическими вставками. Ох как, быстро они. Пахнет чем-то нехорошим.

Вояки двинулись на девушку, выхватывая короткие, сантиметров семьдесят мечи.

Я отчётливо увидел, как внутри девушки что-то загорелось. Маленькая звезда в груди. Повеяло запахом свежескошенной травы, зеленью и… листвой. Сейчас будет убийство, вдруг понял я. Не давая стражам, опомнится, я встал перед народной защитницей, выставляя напоказ руку с браслетом.

Браслет мага можно было легко отличить от браслета Вестника. В Вестнике использовались более маленькие и мутные камни, а диаметр камней в браслете мага начинался от пяти сантиметров. Кристаллы Вестников могли быть выпуклыми, самой разной формы, в то время как камень мага всегда чуть приплюснутый и симметричный, разница лишь в числе граней.

Ну и самое главное, на браслете были выгравированы направляющие руны, чем больше рун, тем больше заклинаний в багаже мага. Одна цепочка, одно заклятие. Мой браслет, казалось бы, состоял из сотен рунических надписей, я заранее об этом побеспокоился. Твёрдый середнячок с огромным арсеналом заклятий не вызовет ажиотажа.

Стражники побледнели, когда увидели мой браслет.

Они и сами начали подозревать неладное, уж очень показательно повеяло магией, те ещё спец-эффекты для простого человека.

— По к-к-какому праву…?! — заикаясь начал один.

— Думаешь мне нужны права, — прошелестел я. — Чтобы убить парочку продажных кусков навоза? Свободны!

— Да господин…

Не знаю, что сыграла большую роль. Моя осведомлённость касательно этой пары или силуэты шабини, выросшие позади меня. Остаётся только гадать, в любом случае надо радоваться, что не пришлось драться. Боюсь прослыть местным преступником уже на второй день.

Я был расстрелян из прекрасных глаз воинственной незнакомки.

Нет.

Я не видел её глаза, просто затылком чувствовал, что меня кто-то пилит взглядом. Но предпочитаю думать, что взгляд тот был прекрасен. Протянул руку, ладонью вверх, прямо перед материализовавшимся Кирком. Воин тут же вложил в неё пять сверкающих золотом крон.

А что? У меня нет налички. Правильнее, конечно, будет сказать, что у меня вообще нет денег. Толпа быстро рассосалась, почувствовал неладное, мы остались на этом участке улицы всего впятером. Но я всё равно перестраховался, украдкой сунув монеты под тряпицу на которой лежала мелочь. Развернувшись, постарался уйти.

Это последний акт спектакля для одного актёра.

— Но, вы даже не слышали, как я играю! Господин! — девочка печально посмотрела на ткань. Наверное, представляла, куда можно потратить неожиданно свалившееся богатство. Но принципы взяли верх. Я иначе посмотрел на маленькую музыкантшу — с уважением. Девчонка собралась с силами. — Я не возьму это.

— Позволь узнать почему? — я сел на корточки.

— Я не попрошайка, я играю, мне платят. Вы не послушали, вам не за что платить.

— То есть с ценой ты согласна. А ты себя высоко ценишь, не смотря на ситуацию. — ехидно спросил я, наблюдая, как девчонка краснеет. — Мало кто может выбрать свои убеждения, такой выбор обычно сложнее.

— Принципы – это всё что у меня есть, господин. Надо верить в людей, они умеют удивлять.

— Как тебя зовут?

— Мара, господин.

— Мара, — задумчиво повторил я и протянул ладонь — Меня зовут Марк. Вот видишь, теперь мы знакомы. А после того, что пережили, так и вовсе друзья. Возьми эти деньги Мара, в долг, отдашь позже.

— Под какой процент? — серьёзно спросила принципиальная малявка.

— Обижаешь, мы же друзья! — я сделал вид, что обиделся. — Если выполнишь одну услугу, можешь не возвращать долг.

Я прошептал на уху девочке свою просьбу.

Музыкантша кивнула, поражённо заглядывая мне в глаза.

— Кирк! Девочку отвести в хорошую таверну. Проверить порядочен ли владелец, снять комнату на месяц. Еда в номер первую неделю. Не слишком болтливая горничная пусть снимет мерки, оденет девочку. Мы будем дома.

Отдав распоряжение, я даже не стал смотреть на воина, итак, знал, тот выполнит всё в лучшем виде в кратчайший срок.

Мы с Дайвом пошли дальше, удаляясь по улицы от того места, где произошёл инцидент. Я всё прокатывал в голове слова маленького по сути своей ребёнка. «Надо верить в людей, они умеют удивлять…».