S-T-I-K-S. Бомж (СИ) - Лав Алекс - Страница 13

- А ну стоять! Ко мне быстро, шевелись зараза!

Окончательно измучившийся и потерявший последние силы зек выполз на берег и упал на песок. Мочи нет подняться, да и намокший ватник тянет вниз пудовым весом. Кое-как пополз в ту сторону, откуда послышалась команда. Таёжные заросли подходили почти вплотную к водоёму и деревья там росли плотной стеной. За одним из них затаился командир.

- Давай быстрее, заметят!

Зек все-таки смог из последних сил преодолеть оставшиеся до укрытия метры и скрыться за кромкой леса. Окончательно обессилев, упал там на спину.

- Ботинки снимай! Идти надо, а я сапоги потерял в этой луже.

- Нет.

- Что ты сказал? Да я тебя сейчас!

- Испугал. Что вы сейчас? Застрелите? На шум сразу же эти твари прибегут, давайте, стреляйте.

Командир задумался. Действительно шуметь не стоило, да и всё равно стрелять не из чего, наган остался там, возле пирующих зверей.

- Да и не подойдут вам мои ботинки, размер у меня маленький, на вашу ногу не налезут. Идите лучше, сапоги доставайте, там не глубоко.

- Нашел дурака, ты как со мной вообще разговариваешь контра, совсем страх потерял?

- В свете произошедшего нам не собачиться нужно, а уходить от сюда и побыстрее. Вдвоём это будет сделать легче. И насчёт контры - вы зря, ничего плохого я вашей революции не делал. Не поддерживаю то, что происходит сейчас в стране - это верно, но это моё личное мнение и я держу его при себе. Так что держите себя в руках и лучше придумайте, как уходить будем, у меня никакого опыта в подобных делах, а вы, скорее всего, воевали?

- На германской побывал и Гражданскую почитай всю прошёл, два ранения имею. Тут ты пожалуй прав, контрик, уходить надо, а то эти тварюги скоро доедят и за нас примутся. Только вот как без сапог-то?

- Почва здесь мягкая, лесная, ноги тряпками какими можно обмотать, тогда сможете дойти, тут километра три всего. Портянки хоть сохранили?

- Уплыли, вместе с сапогами. Только не три километра нам придется топать, это по прямой три, а в обход - все десять будет.

- Что ж делать, придется пройти и десять, господин комиссар.

- Какой я тебе «господин»?

- Ну, не товарищ, это точно, вы же людей убиваете, и в большинстве своём, невинных.

- Это не тебе решать, кто виновен, а кто нет, суд разобрался и постановил.

- И суд ваш такой же, как и всё остальное. Ладно, спорить не будем, ни времени, ни желания нет.

Командир, при всем прочем, не зря вшей кормил в окопах и с беляками сражался на всех фронтах, опыта разного поднакопил за эти годы немало. Нашелся у него и ножик складной и моток бечёвки. С молчаливого согласия зека отрезал рукава у его ватника и как сумел, примотал к ступням ног. Надолго не хватит, но им хотя бы километра два отойти от этого места, затеряться в тайге, там что-нибудь, придумают.

Самодельные обмотки держались плохо, приходилось часто останавливаться и перематывать. Зек с тревогой прислушивался к шуму тайги вокруг, но пока что ничего подозрительного не услышал. Когда уже сильно потрёпанная обмотка в очередной раз слетела с ноги командира, решил что хватит, пора передохнуть, прошли достаточно. Присели, одежда уже успела высохнуть при ходьбе, кроме ватника, тот был слишком толстый и пропитался основательно, да и в ботинках ещё слегка хлюпало.

- Полчаса отдохнем и дальше, до темноты надо успеть, ночью похолодает, замёрзнем.

- Костёр разожжём.

- Нельзя костёр, звери дым сразу почуют.

- В яме разожжём и сухими дровами, не заметят.

- Огонь можно скрыть, но дым не спрячешь, у зверей нюх отличный.

- Что это за звери такие, ты же профессор, должен знать.

- Я профессор социологии, а не натуралист.

- Я твоих мудрёных слов не понимаю, объясни человеческим языком.

- Я изучаю отношения между людьми, а в животном мире разбираюсь, постольку-поскольку, так что в зверях я не специалист. Вот Арсений Яковлевич, которого вы сегодня расстреляли, хорошо разбирался в животных, он бы точно сказал, кто это был. Я же могу только предположить, что это могли быть динозавры. Они, правда, вымерли все, и очень давно, но здесь же реликтовая тайга, вдруг каким-то чудом смогли сохраниться и до наших дней. Из существующих сейчас видов, подобные животные науке неизвестны, по крайней мере, мне точно.

- Доберемся до лагеря, организуем отряд и вычистим гадов. Против пулемёта никакая зверюга не устоит.

- Я бы не был так уверен. Насколько я знаю, в пулемётах используется тот же патрон, что и в винтовках. Солдаты ваши стреляли в них и не по одному разу, что-то не очень им это помогло.

- Да просто запаниковали. Там обстрелянных, почитай, и не было не одного. Свежий призыв небось, вот и не попали ни разу. Хотя я точно попал, все шесть пуль, а ему хоть бы хны, может, ты и дело говоришь. Ничего, свяжемся с городом, пусть у них насчёт этого дела голова болит, пока войска с пушками пришлют, за стенами отсидимся. Нам бы только до лагеря добраться побыстрее, на хрена я только сапоги скинул? Растерялся, признаюсь. На фронте так не боялся, как в этот раз.

- Можно спросить? У вас случайно еды никакой не имеется? Нас с утра не кормили.

- Найдется немного.

Как бывалый солдат, командир всегда имел с собой минимальный набор необходимого, мало ли что могло неожиданно случиться в его неспокойной жизни. Достал завернутые в промасленную бумагу два куска хлеба, слегка подмокшего и ломоть сала размером с ладонь. Посмотрел на всё это богатство оценивающим взглядом, располовинил ножиком сало и протянул зеку, положив на хлеб. Не то чтобы он сильно заботился о его здоровье, но в сложившихся обстоятельствах он нужен был ему в работоспособном состоянии, а не валящимся с ног от голодухи. Идти ещё далеко, да по труднопроходимой тайге, причем без сапог, почитай босиком. Мало ли что может случиться, ногу можно подвернуть, или ещё какая напасть приключится. В одиночку не выберешься, а вдвоём можно. Естественно, если неприятность произойдет с зеком, он его на себе тащить не собирается, а вот если наоборот, то помощник ему очень пригодится.

- На, запей, только пару глотков, не больше, а то свалишься с непривычки.

- Это что, водка?

- Она самая, согреешься изнутри, да и я приму для профилактики. Босиком, считай, что иду, как бы не простудиться. Как зовут тебя, кстати, профессор?

- Сергей Николаевич Артюхов, в деле же всё есть.

- Да разве вас всех упомнишь. А меня Николай Сергеевич, вот ведь совпадение какое. Значит, ты Серега будешь? Возраста мы примерно одного, ты с какого года?

- Тысяча восемьсот девяносто третьего.

- А я девяносто пятого. Ты, выходит, на два года постарше, а уже целый профессор. Мне вот некогда было науки постигать, с малых лет работаю. Потом забрили в армию, а там и война подоспела. На японскую я маловат ещё был, а к германской - как раз поспел. Потом вашего брата - буржуя порубать пришлось немало. Так что не было у меня времени учиться. Грамоту, правда, постиг, но это уже потом, на гражданке, на рабфаке, там и считать научился, но на этом всё. Вот теперь вместо этого, как его - «образования» приходится врагов народа сторожить и в расход пускать. Что-то я разболтался, от нервов, наверное. Давай подымайся, двинули.

Полдень уже наступил. Солнце стало пригревать. Засиживаться дальше нельзя, топать придется ещё километров восемь, по самым скромным прикидкам. Прошли примерно половину этого расстояния, как командир внезапно замер.

- Тихо! Слышишь? Кажись стрельба. Со стороны лагеря, похоже, значит недалеко уже, только что там за стрельба такая непонятная?