Рассвет в закате (СИ) - Куклева Мария - Страница 37

— Теперь они меня боятся. ОНИ!

— Но так нельзя… Мы должны тебя вылечить. Я обещаю, что ты не вернешься к своим родителям.

— Они все заслужили это! — Продолжала кричать девочка. — Отец, за то, что избивал меня. Мать, за что, что не подумала мне помочь. Полицейский, за то, что не слушал меня. Продавщица в молочном отделе, за то, что не хотела меня слушать. Соседи, за то, что знали, что ничего не делали. Учителя, за то, что ругали меня, зная, как я живу…

— В тебе говорит обида. Но так ведь не везде.

— Ошибаешься. Таких случаев много. Я не одна такая. Я читала много на форумах о тех, кто живет в постоянном страхе… И мы с Сергеем это исправим.

— Логов мертв. — Заявила Лекса. — Я убила его.

— Что ж… — Задумчиво произнесла девочка, похоже, она не так уж сильно и расстроилась смертью своего наставника. — Тогда я сама все сделаю. Я покараю тех, кто ставит свою жизнь превыше других.

— Хватит! — Выкрикнула Лекса. — Разве ты не понимаешь, что эта дорога ведет в могилу… Я не хочу навредить тебе, но мне придется, если ты не остановишься.

Девочка мрачно взглянула на Милтон. Хрусталики в ее глазах рассыпались на тысячи осколков. Она была разгневана. Сжала кулаки.

«Прошу, одумайся!»

Трейси с криком бросилась на Лексу и ударила ее в живот. Милтон упала на пол и отлетела на несколько метров назад по коридору, врезавшись спиной о входную дверь.

Пока девочка подходила к ней, Лекса вскочила на ноги и сняла с рук перчатки.

— Не нужно. — Взмолилась Лекса.

Девочка не ответила, и лишь еще раз замахнулась на нее. Лекса перехватила ее руку, и кожа девочки начала шипеть.

Трейси закричала. Она отступила назад.

Кожа на ее руке начала сгорать, плавиться, как растаявшее кремовое мороженое.

Девочка замахнулась второй рукой, но Лекса перехватила и ее.

Левую руку ждал тот же исход, что и правую.

Девочка не плакала. На ее лице не было и слезинки. Они лишь еще больше покраснела и разгневалась.

Трейси смогла сбить Лексу с ног, и из ее куртки выпал пистоле. Девочка буквально подлетела к нему и схватила ствол, направив дуло на Милтон.

Лекса аккуратно встала, спокойно глядя на девочку:

— Не делай этого… Это тяжелая ноша. Тебе ни к чему такой в твоем возрасте. Поверь мне.

Трейси не шелохнулась, она передернула затвор и положила указательный палец на спусковой курок.

В эту секунду за коном хлопнула дверь автомобиля. Кто-то вернулся домой.

Трейси отвлеклась на какую-то долю секунды, и Лексе этого хватило.

Она бросилась вперед, пытаясь отобрать пистолет у девочки.

Девочка вскрикнула и нажала на курок.

Вот только пистолет уже был наведен не на Лексу, а на ее же собственную шею.

Трейси упала на пол. Из ее шеи текла кровь.

Милтон в замешательстве схватила пистолет из ее рук и сунула в карман куртки. Она забрала свои перчатки, которые валялись в прихожей и, бросив последний взгляд на окровавленное тело девочки, выбежала из дома через окно в гостиной.

Уже перепрыгнув за ограду, она услышала женские крики через открытое окно.

Милтон со всех ног понеслась вдоль пустынной дороги. Она вернулась в темный безлюдный переулок.

Лекса упала на свежий снег и облокотилась о стену одного из домов. И тогда она дала волю своим эмоциям. Она заплакала.

Глава 72

Она снова внимательно осматривала свою гостью. Девочка выглядела точно так же, как и в тот день, когда они встретились. Все та же короткая стрижка, запутанные светлые волосы, голубые глаза, копны веснушек, худощавые тоненькие ручки и ножки. Она, словно, бедный голодный котенок глядела прямо в душу, пробуждая желание подойти и обнять, огородить ото всех невзгод и проблем, что могли бы мертвым грузом свалиться на бедую душу.

Но Милтон знала, где она находится. Она помнила, что эта программа предназначена для того, чтобы убить тебя. Девчонка здесь не случайно, оставалось лишь выяснить, что ей нужно.

«Кто же заговорит первый?»

Трейси молча стояла всего в нескольких сантиметрах от Лексы. Словно призрак, мелькающий перед глазами, она невозмутимо смотрела на свою незваную гостью и оценивала ситуацию. Сейчас девочка уже казалась не «невинной овечкой», а настоящим бойцом, который мог бы запросто сломать тебе шею, даже не моргнув при этом глазом.

Лекса сразу же вспомнила себя. Да, она — ее вторая копия в юности. Характер Милтон ломали еще в более разном возрасте, как и, собственно, всех будущих сотрудников МИРа. Не каждый мог убить человека, даже который этого заслужил, МИР воспитывал в них этот инстинкт.

Лексе очень тяжело давался подобный урок. Преподаватели даже говорили о том, что девушка никогда не сможет стать полноправным агентом МИРа. Но она смогла себя перебороть. Именно тогда она и узнала Такера. Они тренировались в одном зале, Лекса видела, как Алекс сражается, с какой злобой и яростью. Именно тогда у нее зародилась неприязнь к нему. И во что это перелилось сейчас?

Прогнав прочь воспоминания о прошлом, Лекса закрыла глаза и слегка помотала головой. Она подняла веки в надежде, что образ Трейси исчезнет. Но напрасно. Девочка все еще стояла возле нее.

— Привет. — Выдавила Лекса.

— Ничего себе. — Усмехнулась Трейси.

Лекса помнила эту ухмылку. Раньше она принадлежала Алексу Такеру. Он всегда так же ухмылялся, и эта черта ей совершенно не нравилась, так что не удивительно, что она встретила ее именно здесь.

— Я все еще пытаюсь разгадать, что мы здесь делаем. — Сухо ответила Лекса.

— Ты же помнишь меня… — Девушка скрестила руки на груди и продолжила. — И ты уже догадалась, просто думаешь, что я скажу это.

— С чего ты это взяла?

— Я же в твоей голове, дуреха. — Засмеялась девочка. — Я — твой самый страшный кошмар.

— Ты себе льстишь.

— Ой, прости. — Махнула рукой Трейси. — Твой главный кошмар НА НЫНЕШНЕЕ ВРЕМЯ. Все это перейдет на второй план, когда ты увидишь бездыханное тело своего драгоценного и любимого Алекса Такера.

— Замолчи. — Прошипела Милтон.

— И не подумаю. — Развела руками девочка. — Тебе интересно, что на этот раз для тебя приготовил Сато?

«Ну, конечно, ты же в моей голове.»

Трейси не спеша пошла вперед к свету. Она остановилась около стола и лукаво улыбнулась.

Пистолет.

Она взяла в руки тот самый пистолет, что выстрелил в нее в то зимнее утро.

В тот же миг они очутились в коридоре дома Трейси, где все это произошло. Темный, обитый лакированной вгонкой коридор, уже был окрашен в кроваво-красный цвет лужей крови под их ногами. Из соседней комнаты пытались пробраться лучи солнца, которые играли на потеках красной жидкости.

— Хочешь сказать, что теперь твоя очередь справиться со мной? — Вздохнула Лекса.

— Ты ведь помнишь, чем все кончилось? — Спросила девочка, крутя в руках пистолет, она бросила взгляд на кровавую лужу. — Мы оба знаем, все могло бы кончиться иначе.

— Вспомни себя. — Убеждала ее Лекса. — Ты мне и шанса не дала.

— Можно было найти слова для бедной девочки. — Повысила тон Трейси.

— Только не с тобой. — В ответ повысила тон Лекса. — Ты не слушала, на твоих глазах была пелена, которая не давала тебе оценивать вещи адекватно.

— Ты врешь! — Выкрикнула Трейси. — Ты бы не винила себя, если бы ты видела другой выход.

— Именно поэтому ты и здесь. — Призналась Лекса. — Я всегда говорю «выход есть из любой ситуации», а здесь я его не нашла. До сих пор не нашла.

Трейси протянула ей пистолет.

— Тогда убей меня. Еще раз!

«Это же все не настоящее.»

Лекса взяла пистолет.

— Да ладно? — Засмеялась Трейси. — Не настоящее?

Она с силой ударила Лексу в живот. Милтон упала на пол, скорчившись от боли.

— Я не стану тебя убивать. — Продолжала Милтон.

— Но ведь, я — всего лишь твоя мысль. — Улыбнулась Трейси.

«Нет, не может быт все так просто…»

Милтон могла бы сейчас выстрелить в нее. Убить. Снова. Но она помнила основные правила этой игры «главное, что программа хочет сделать — убить тебя!». Так что с чего бы ей говорить, как спастись?