Король моих мыслей (СИ) - Бег Кира - Страница 55

Когда коробки и свёртки с подарками закончились, я достала из тумбы приготовленный пакет и протянула его Сане.

– С Днём середины зимы! Пусть весь год у тебя будет таким же приятным и сладким, как эти конфеты, и таким же ярким, как эти бусины.

– Ох, Лира! Спасибо! – подруга растроганно кинулась мне на шею. – А у меня тоже есть для тебя подарок!

Саня преподнесла мне собственноручно сделанный браслет, и я тут же надела его на руку. Потом к нам в дверь постучали, и, получив разрешение, заглянула Юлия, потом пришли ещё подружки, после мы с Саней заглядывали с поздравлениями к соседкам. Мы обменивались лентами, изящными булавками и пакетиками сладостей. Комендант, грозно покрикивая, старалась разогнать всех по комнатам. В итоге мы сговорились, что завтра после завтрака устроим сладкие посиделки в общей комнате, и на этом разошлись.

Ноги гудели после танцев, прически растрепались. Мы с Саней устало заплели косы и переоделись, дружно решив, что обсудить бал можно и завтра. Саня только удивлённо округлила глаза, когда я достала из причёски подаренную Александром шпильку и сняла с руки его браслет.

– Он? – благоговейным шёпотом поинтересовалась подруга.

– Он, – покраснев, подтвердила я. Судя по взгляду подруги, завтра меня ждёт допрос о том, когда мы успели свидеться, ведь ещё утром ничего такого у меня не было.

Сидя на кровати в ночном платье, я потушила свет и пожелала Сане, чтобы ночью ей привиделся принц на белом коне, услышала в ответ пожелание увидеть принца на белом единороге, и, едва голова коснулась подушки, я провалилась в сон.

Утром нас ждали шумные весёлые посиделки в общей комнате. Потом мы лепили во дворе Снежную Леди и играли в снежки, а после ужина преподаватели объявили творческий вечер и мы, собравшись всем институтом в парадной зале, слушали, как профессора и некоторые леди, пожелавшие выступить, читают стихи, добрые сказки или страшные истории, поют, танцуют и показывают фокусы. Разошлись гораздо позже, чем обычно бывает отбой, с удовольствием обсуждая выступления и планируя тоже выступить на Весеннем балу.

Глава 24. Сессия и отравление

После праздника будни в Королевском Институте потянулись своим чередом. Но были и изменения. К Светлане, ученице, которая смотрела салют в шапке, её жених прислал камеристку. Теперь девушка была под неусыпным контролем, и всё время, когда была не на уроке, вынуждена была проводить в обществе личной служанки, которая, не смотря на все просьбы и увещевания, не отходила от леди ни на шаг. Мы все дружно сочувствовали однокурснице и старались не раздражать её смотрительницу, а Света тяжко вздыхала украдкой и рассказывала нам, какой её жених замечательный и как он о ней заботится. Как я поняла, многие леди были помолвлены, но имён, рангов и должностей никто не называл. Мне была непонятна такая таинственность, но в то же время я была рада, что ко мне самой никто не лез с расспросами, стоило дать понять, что на эту тему мне говорить не хочется.

В первую неделю после праздника в учебном корпусе повесили расписание экзаменов и зачётов. Леди список изучили, оценили и дружно решили, что в ближайшую неделю обойдутся без танцев. Учителя и леди Амалия покачали головами, но согласились и известили Мужской Королевский Институт.

Ученицы засели за учебники. В библиотеке стало многолюдно, в воздухе витало ощущение приближающейся катастрофы в виде зачётов. Я порадовалась, что могу заниматься в секции для преподавателей, потому как атмосфера всеобщей паники не давала сосредоточиться. А смысл волноваться? Это на экзамене не поможет. Что выучили, на то и сдадим.

Профессор Джозеф взял за правило читать в библиотеке у камина, и, если он видел, что я над чем-то безрезультатно бьюсь, предлагал помощь. Профессор Эрик, когда не дежурил в основной секции библиотеки, тоже приходил посидеть в тишине. Он иногда заглядывал через плечо в мои тетради и молча указывал пальцем на ошибки. Это помогало. Вечерами мы с Саней разбирали пройденные темы вдвоём. У подруги проблем возникнуть не должно было. Она очень тщательно вела конспекты и заучивала их почти наизусть ещё во время полугодия, и теперь просто повторяла. Многие предметы у нас расходились, и учить вместе не получалось.

Несколько раз я получала сладости и короткие лаконичные записки без подписи от Александра. Конфетами я щедро делилась с подругами, иначе к концу года мне пришлось бы целиком менять гардероб, расширяя платья в талии. Но эти подарки поднимали настроение и успешно подслащивали горький гранит наук.

Первые зачёты прошли гладко, паника среди учениц чуть улеглась. Так всегда, ожидание страшит и нагнетает, а стоит начать, и всё оказывается по силам.

Леди Амалия как-то за завтраком поздравила всех с успешным началом сессии и объявила, что в награду нам следующий субботний бал состоится, тем более что до следующего большого экзамена почти неделя. Леди озадачились. Тут бы экзамены сдать, а не о платьях думать!

Я спросила об этом у профессора Джозефа, когда мы снова свиделись в библиотеке.

– А вы сами что об этом думаете, леди? – склонил он голову в ответ на мой вопрос.

– Мне кажется, леди Амалия хочет, чтобы ученицы чуть отвлеклись и расслабились. И вели себя более сдержанно, как полагается леди. Похоже, уже во всех комнатах стоят успокоительные настойки, – я доставала писчие принадлежности и рассуждала вслух. – Верно?

– Абсолютно. К тому же, сколько бы у леди ни было дел, светские обязанности с неё никто не снимет. Надо уметь относиться ко всему проще и всё успевать.

– Ох, профессор, до такого мастерства нам всем ещё очень и очень далеко, – вздохнула я, решая, что делать первым: задачу по экономике, управлению слугами, иностранному языку или изящной словесности.

Утром в субботу, когда мы с Саней переоделись после тренировки и завтрака, к нам в комнату заглянула Юлия и поинтересовалась, не могу ли я одолжить ей на сегодняшние танцы брошку. Я согласилась, с условием, что она вернёт мне её вечером. Юлия, счастливая, ушла к себе, а мы с Саней спешно занялись причёсками. Ничего сложного и замысловатого, просто плетения из кос. Всё же не то настроение и не тот повод, чтобы возводить пышные светские башни на голове.

Так думали не только мы. Все леди, которых мы встретили внизу у зеркала, были одеты скромно и лаконично. Одна только Анника блистала, за что удостоилась хмурых неодобрительных взглядов со всех сторон.

Прибывшие кавалеры тоже выглядели строго и вели себя сдержанно. Никаких масок, парадных нашивок, чуть встрёпанные после езды волосы. Не только у нас сложные экзамены!

Григорий, преследовавший меня с упорством носорога, оказался рядом первым и пригласил на открывающий бал танец. Я только вздохнула. Так надоело бегать и скрываться!

– Леди, вы чудесно выглядите, – улыбнулся Григорий, едва зазвучала музыка.

– Да, вас экзамены тоже несколько потрепали, – отозвалась я, делая положенный поворот, и с удовольствием увидела недоумение на лице кавалера. Пожалуй, следовать правилам этикета абсолютно всегда не стоит. Это изрядно усложняет жизнь, хоть я и считала раньше наоборот. К чести Григория, он уловку понял и не стал рассыпаться в заверениях моей неземной красоты, это было бы слишком нарочито.

– Леди, я огорчён. Вы вернули мой подарок обратно, даже не взглянув на него, – добавил укора в голос Григорий.

– Простите, Григорий, но воспитание не позволяет мне принимать подарки от посторонних мужчин, кроме цветов и сладостей, – да, а вот теперь правила этикета очень даже помогут. Мы отступили друг от друга на шаг, поклонились и вернулись в пару.

– Я никоим образом не хотел вас обидеть, леди. Но на прошлом балу ваш охранник не позволил мне подойти к вам. Леди, которых он привёл с собой, не давали мне и шагу ступить. Это очень меня раздосадовало, я всего лишь хотел лично вручить вам подарок. Быть может, тогда вы бы более благосклонно отнеслись ко мне, – Григорий прожигал меня взглядом, а я судорожно пыталась найти ответ. Признаться, я не заметила на балу посторонних леди, как и пребывала в уверенности, что Артемия примут за преподавателя и никак не свяжут со мной. Ох!