Коричневые - Дейч Марк - Страница 80

Есть такая наука – хиромантия: по форме и линиям руки определяются характер человека и его судьба. Может – Чушь, а может, и нет. Во всяком случае, забавно. Вышеприведённая цитата – результат таких забав одного минского хироманта. Речь, как вы понимаете, идет о руке Президента Республики Беларусь Александра Лукашенко.

ХАЙЛЬ ЛУКАШЕНКО!

Она незатейлива.

Родился в 1954 году. Окончил исторический факультет Могилевского педагогического института и (заочно) экономический факультет Белорусской сельскохозяйственной академии. С 1979-го по 1991-й – член КПСС.

На общественных работах был весьма активен. Секретарь комитета ВЛКСМ средней школы. Инструктор политотдела воинской части. Секретарь комитета ВЛКСМ Могилевского горпищеторга. Заместитель командира танковой роты по политчасти в Могилевской области. Секретарь парткома колхоза им. Ленина Шкловского района.

Собственно, в подобной партийной карьере нет ничего необычного или выдающегося. Как и в том, что бывший партийный функционер вошел во власть. Нам известны примеры и похлеще. Других кандидатов для вхождения во власть, без коммунистического прошлого, до последнего времени у нас не было. Так что дело не в прошлом, а в том, как проявляется марксистко-ленинская закваска в наши дни. Бывает – не проявляется вовсе. Но не в случае Лукашенко. Недаром своими кумирами Александр Григорьевич объявил Феликса Дзержинского, Юрия Андропова и Петра Машерова.

С 1987 по июль 1994 года Александр Лукашенко – директор совхоза «Городец» Шкловского района Могилевской области. Первое и главное, что он сделал в совхозе, – построил дороги, причем провел их к каждому свинарнику. За это работники совхоза до сих пор очень ему благодарны. Что касается всей прочей деятельности директора, бывшие его подчиненные занимают круговую оборону. Молчат. Один – пожилой, правда, терять нечего – все-таки разговорился:

«Александр Григорьевич был очень хороший руководитель. Приедет, например, на свинарник, но сразу в него не заходит, а минут 30 посидит за кустами, посмотрит как идет работа, а потом – р-раз, и заходит».

Школа «железного Феликса».

Есть, правда, еще более глухие сведения – о применении Александром Григорьевичем его «дубинообразного большого пальца» по прямому назначению. Иначе говоря, о том, что директор совхоза Лукашенко любил применять силу к своим подчиненным. Особенно почему-то к механизаторам. Или, чтобы совсем уж попроще, не прочь был врезать. И не в смысле пьянства, а в смысле – по морде. Хотя, повторю за классиком, у механизаторов скорее все-таки лица, чем морды. Но Александр Григорьевич различия не делал. Лупил всласть. За что, говорят, получал выговоры по партийной линии, а однажды вроде бы по факту избиения механизатора на директора совхоза «Городец» даже заводилось уголовное дело.

Но следов нынче не осталось. Ни на лицах, ни в бумагах. А бывшие лукашенковские подчиненные молчат, будто воды в рот набрали. То есть фактов избиения они не отрицают, но под магнитофон или видеокамеру говорить об этом не хотят ни в какую. Может быть – боятся. А может – одобряют: народу ведь время от времени нравится, когда его лупят. И не важно, по лицу или по морде.

В конце 80-х годов Лукашенко стремительно начал свое политическое восхождение. Правда, первый блин оказался недопеченным: на выборах народных депутатов СССР в 1989 году он проиграл во втором туре Ке-бичу с разницей в 1% голосов. Однако дальше все пошло по нарастающей.

С 1990 года Александр Лукашенко – депутат Верховного Совета Белоруссии. В избирательной кампании упирал на критику КПСС, чего не делал тогда только ленивый. Но поскольку КПСС Лукашенко ругал как бы изнутри, оставаясь при этом «настоящим ленинцем», то среди депутатов он организовал фракцию «Коммунисты за демократию», весьма близкую по взглядам с одноименной фракцией В С России.

Обратите внимание на это обстоятельство. Добиваясь власти, коммунисты любят порассуждать о демократии. Урвав кусок пирога, они быстро прихватывают все остальное и о демократии больше не вспоминают.

Путь «батьки» Лукашенко – лучшее подтверждение этой закономерности.

В борьбе за президентское кресло Александр Лукашенко организовал две кампании и в обеих сыграл в одни ворота – уверенно и расчетливо.

Прежде всего: он оказался единственным депутатом Верховного Совета Белоруссии, кто не голосовал за ратификацию Беловежских соглашений. Лукашенко именно не голосовал, хотя не возражает, если при нем говорят, будто он голосовал «против». Скорее всего на том заседании он или воздержался, или вообще отсутствовал. Но впоследствии, когда распад СССР поверг в уныние «прогрессивную общественность всего человечества», в глазах этой самой общественности Лукашенко обрёл некое преимущество, которым он не преминул воспользоваться.

Еще больше очков он набрал, став в 1993 году председателем временной комиссии ВС по борьбе с коррупцией. Комиссия была создана для изучения деятельности коммерческих структур, появившихся при органах власти Белоруссии.

Коррупция в российской Империи так же перманентна, как и революция, – что-нибудь одно непременно присутствует. И с той, и с другой ведется постоянная борьба, хотя и не слишком успешная. С коррупцией, к примеру, раньше боролись цари, потом – президенты: СССР и РФ. Думы тоже боролись – и боярская, и сословная, и разночинная, и нынешняя. Вспомните: в начале перестройки самыми главными борцами были Гдлян и Иванов, однако на поверку выяснилось, что ничего, кроме громкоголосых заявлений, у них нет. Хотя нас убеждали в наличии неких ужасно разоблачительных материалов, хранящихся где-то в сейфах – чуть ли не в Швейцарии.

Так до сих пор и хранятся. Небось, уже и проценты неплохие набежали.

Потом вице-президент Руцкой объявил о своих 11 чемоданах, полных разоблачений. Насчет чемоданов не знаю, они-то, может, и были. А вот разоблачения оказались блефом.

Это я не к тому, что коррупции у нас нету. Или что ее нет в братской Белоруссии. Коррупция как раз есть. И будет. И потому шумно рекламируемая борьба с ней – всегда беспроигрышная карта.

Лукашенко выиграл. И не просто выиграл, а (используя спортивную терминологию) победил за явным преимуществом. На президентских выборах 1994 года он набрал более 80% голосов (его главный соперник, Вячеслав Кебич, получил менее 15%). Накануне выборов Лукашенко во всеуслышание называл своего конкурента «главой промосковской мафии». Стало быть, выражал неутоленное желание поиграть на струнах независимости и «самостийности». Позже, когда стало ясно, что скорое всеобщее благоденствие, которое обещая Лукашенко своим согражданам, более всего похоже на лозунг Хрущева «Нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме!», в ход пошли идеи «братства славянских народов» и «единого рублевого пространства». Но Россия не торопилась и не торопится: рубль, как и Боливар, двоих вряд ли выдержит.

В случае прихода к власти Александр Григорьевич пообещал: посадить за решетку всех коррупционеров, за полгода обуздать инфляцию и компенсировать жителям Белоруссии денежные сбережения, потерянные в результате реформ. О борьбе Лукашенко с коррупцией мы еще поговорим. О прочем же говорить нечего.

Ощущая за свей спиной «широкую поддержку масс населения», Лукашенко в конце 90-х изготовился к новым свершениям. Но Александру Григорьевичу сильно мешала Конституция, принятая в 1994 году. И тогда президент Белоруссии затеял всенародный референдум. Жителям республики предлагалось высказать свое отношение к новой Конституции, «исправленной и дополненной» лично президентом. Основной Закон имени Лукашенко прошел на ура. Полномочия, которые при этом получил «батька», не снились даже знаменитым диктаторам XX столетия.

Например, президент в Белоруссии определяет состав Конституционного суда, членам которого теперь, конечно же, в голову не придет озаботиться законностью президентских указов (за один лишь 1995 год прежний состав Конституционного суда признал неконституционными 13 указов Лукашенко). Принципа разделения властей не существует. «Народные избранники» лишены контрольных полномочий, Лукашенко оставил им лишь право регистрировать президентские распоряжения. Что еще более важно, депутаты теперь полностью лишены возможности контролировать операции исполнительной власти с бюджетом. Впрочем, бюджетов в Белоруссии как минимум два: один – так сказать, для общего пользования, второй (по сообщению «Белорусской деловой газеты») – некий особый президентский фонд, по размеру вполне сопоставимый с бюджетом республики. В Минске это фонд называют по-разному: кто – «черной кассой», а кто – «общаком».