Под стать медведю (ЛП) - Форрест Руби - Страница 6

Неожиданно она захотела большего. После того, как она кончила, у нее были силы сфокусироваться на продолжении ночи. С его помощью Бронте сползла со стола, не поправляя юбку, которая собралась на талии, так что он мог любоваться ее поясом с подтяжками, чулками и туфлями. И он наслаждался, а она дала ему эту возможность. В конце концов, она оделась так для него.

— Что ты делаешь? — хрипло спросил он, когда она к нему приблизилась и опустилась на колени.

— Возвращаю должок, — ответила она, расстегивая пуговицу на брюках и спуская молнию.

Его рука остановила ее. Она удивлено подняла голову:

— Бронте, я не могу.

— Ты не можешь… что? — впервые за этот вечер, сомневаясь в себе, спросила она. Он пытается сказать ей, что не может с ней переспать? О, Боже, он женат или что-то подобное? Она знала, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Он усмехнулся.

— Бронте, перестань думать. Я вижу, как твою милую головку заполняют мысли, но нет.

— Тогда что? — тихо спросила она.

Он выглядел немного смущенным, но не отвел взгляда, позволяя ей увидеть его чувства.

— Я долго не протяну, и я хочу оказаться внутри тебя, когда буду впервые кончать.

Между ее ног все заполыхало от жара.

— О. Мой. Бог.

Это были самые сексуальные слова, что она когда-либо слышала, и она опять была влажной. Она сходила с ума от желания почувствовать его внутри себя. Он потянул ее по коридору в сторону своей спальни. Она не успела рассмотреть черно-серую спальню, но одобрила огромную королевскую кровать, что стояла в центре комнаты.

Пока Брэт снимал с себя рубашку и брюки, Бронте сбросила пальто прямо на пол и повернулась к нему спиной, перекинув волосы вперед. Он понял намек и подошел к ней, так близко, что она могла почувствовать, его стояк возле своей задницы. Он стал расстегивать молнию платья, проводя костяшками пальцев по разгоряченной коже, которая открывалась. Бронте вздрогнула, когда он коснулся ее задницы, она так сильно его хотела, что было страшно. Она перешагнула через платье и услышала его рык. Самодовольно улыбнулась, благодарная занятиям йоги четыре раза в неделю за свою крепкую попу и подтянутое тело.

Наслаждаясь его взглядом, продефилировала к кровати, оставаясь лишь в лифчике, поясе с подвязками, трусиках, чулках и на каблуках. Когда она наклонилась, чтобы их снять, почувствовала, как он подошел сзади. Она замерла, безумно возбужденная от ощущения того, как он вжался в затянутую кружевами задницу, от того, что она наклонилась, вся открытая его рукам, которые держали ее за талию.

— Оставь туфли, — приказал он своим низким твердым голосом. Она задрожала. Похоже, у Брэта особая любовь к туфлям. Что ж, она согласна перемерить все свои туфли, которые так и кричат «трахни меня!», если у них будут такие ночи каждый раз. Она выпрямилась, откидываясь на него спиной, наслаждаясь прикосновениями его губ к шее и мочке уха, тяжелым дыханием, выдающим его возбуждение. Может даже большим чем ее, она-то уже один раз кончила.

— На кровать, — скомандовал он.

Она даже не думала отказываться, наслаждаясь его доминантной стороной. Она опустила одно колено на кровать, потом другое.

— На четвереньки, — прозвучал позади его напряженный голос.

Она задрожала, позволяя его голосу растечься внутри, согревая. Опустилась на четвереньки, расставив ноги и выгибая спину, чтобы он насладился видом. Он чертыхнулся, и она, дразня, повиляла попой.

— Бронте… — голос звучал низко, предупреждающе, так, что она еле расслышала.

— Да? — спросила она, выгибая губы в улыбке, хоть он и не увидит. Она слышала его шаги за спиной, чувствовала, как его ноги касаются края матраса. Она начала задыхаться от желания, чтобы он начал действовать и коснулся ее.

Он немного подождал, достаточно для того, чтобы она задрожала от нетерпения. А потом прикоснулся к ее заднице, скользнув к клитору и приласкав его через кружева. Она уже была возбуждена, и ахнула от ощущения трения шершавой ткани о клитор. Он сдвинул трусики и толкнулся в нее одним пальцем. Она застонала, не переставая выгибаться, и толкаться назад, пока он не погрузил свой палец глубже.

Брэт добавил еще один палец, и она захотела разрыдаться от чистого наслаждения. Бронте была такой мокрой, такой возбужденной, ей не хватало какой-то малости, чтобы кончить.

— Брэт, пожалуйста…

Почувствовала, как вторая рука скользнула по телу выше и сжала сосок сквозь лифчик. Словно молния пронзила ее насквозь. Сосок уже был твердым, но его теплое прикосновение свело ее с ума.

— Пожалуйста…

Он встал на кровать позади нее, все ее тело вытянулось, ожидая его. Вместо того чтобы сразу войти в нее, его пальцы стали совершать поступающие движения. Его левая рука дернула ее лифчик вниз, освобождая грудь, оставляя ее такой же приподнятой. Это было необычно и дерзко, чем просто оказаться обнаженной. Бронте опустила голову и увидела, как ее грудь покачивается, словно напрашиваясь на ласку. Его палец скрутил и оттянул один сосок, а потом, то же самое проделал с другим.

У нее всегда были чувствительные соски, и это сочетание шершавой руки, щипающей соски, и пальцев, погружающихся в нее, так сильно возбуждали, что она начала умолять дать ей кончить.

Она слышала его тяжелое дыхание, чувствовала, как сильно он возбужден, так же, как и она. Но когда она приближалась к грани, он отступал или останавливался. Она вся дрожала и хотела лишь одного — взорваться от удовольствия, но также, чтобы он был внутри нее, когда она будет кончать.

— Хочу тебя, — простонала она. Он зарычал, показывая, что услышал ее, но продолжал свой карающий ритм.

Она попробовала снова:

— Хочу тебя. Внутри. Пожалуйста!

Его тело все сотряслось от осознания ее слов. Он вытащил пальцы из ее влажной киски, встал на колени. Брэт спустил ее трусики, пока они не застряли у пояса с подвязками. Она нетерпеливо ждала, пока он войдет в нее.

Бронте не была расстроена, что он не сразу нашел вход в нее. Когда он погрузился в нее одним толчком, она застонала, чувствуя себя заполненной. Он зарычал от удовольствия, и Бронте понимала его чувства. Она никогда такого не испытывала, этого потрясающего чувства единения. Словно они стали одним телом, одним сознанием. Он начал двигаться, она выгибалась, толкаясь ему навстречу, создавая больше трения. Он наклонился, накрывая ее тело, протянул руки и ущипнул за соски, причинив сладкую муку.

Ее киска была столь чувствительна и влажна, что уже через несколько минут, она не могла остановить оргазм, который сотряс все ее тело. Она всхлипнула от освобождения, но Брэт продолжал толкаться в нее, пока ее мышцы сокращались. Она слышала, как он стонал позади, пытаясь отдалить свой конец, хотя она сдалась. И она ценила то, что он хотел продлить этот момент как можно дольше. Она же напротив не обладала такой выдержкой, а ее оргазм продолжался, похоже, несколько часов, пока он продолжал погружаться в нее.

Когда оргазм все же закончился, ее целью стало дать ему почувствовать такое же сумасшедшее количество удовольствия. Она начала вращать бедрами, побуждая его яростно вонзаться в нее, показывая, насколько он близок к концу. Она сжималась вокруг него, заставляя чертыхнуться и нежно укусить ее в основании плеча. Она задрожала от ощущения прохладного дуновения на влажный засос, который он оставил. Она теперь стала его, его собственностью. Она знала это, уважала и хотела этого. Жаждала.

— Брэт, кончи в меня. Я хочу, чтобы ты кончил в меня, — уговаривала она, умоляя его кончить. Она хотела знать, что она заставила его кончить, заставила потерять контроль. Она почувствовала, как его тело напряглось, услышала его рычание. Еще одно движение ее бедер, и он, наконец, кончил, застонав от чистого удовольствия, дрожа и сотрясаясь от своего освобождения.

После того, как он достиг финала, они упали на кровать. Он скатился с нее, притягивая к себе на грудь. Оба тяжело дышали, их тела были потными и дрожали от полученного удовольствия.