Пепел Черных Роз (СИ) - Гюльахмедов Альтаф - Страница 10

Ветер свистел и завывал, набирая силу. На юношах были только кожаные куртки, и если наставник продержит их в неподвижном строю еще немного. Правда, перед выходом они растерлись как обычно растительным маслом.

— Там впереди возможно смерть! — прокричал Фавнер. — Позади возможно спокойная жизнь!

Они знали об этом с тех самых пор, как обстоятельства привели их в Цитадель. Мир был жесток и каждый из них видел уже столько крови, что само понятие спокойствия и счастья представлялось им таким же точно кровавым безобразием, но в гораздо меньших масштабах.

— Выбирать вам, но выбирать надо здесь и сейчас!

Фавнер прокашлялся, прочищая горло.

— Мне очень жаль, но больше я вам сказать не могу!

Он помолчал немного, ожидая ответа и разглядывая их, словно хотел запомнить, потом продолжил. Торкел ощутил, как по телу побежали мурашки.

— В путь отправитесь по двое. Даже если рядом другая пара попадет в беду, идти своей дорогой!

Он еще раз окинул строй суровым взглядом и повторил с чувством.

— Не отвлекаться и идти своей дорогой! Это приказ!

Лица посуровели.

— Те, кто не придёт, будут считаться погибшими!

Молчание в ответ.

— Я дам вам время — ну, скажем, я перекушу у тётушки Вотер, затем медленно поеду к реке в обход Города и буду там к рассвету.

Обветренные загорелые лица повернулись к солнцу, висящему над горизонтом.

— Те, кто к тому времени будет меня там ждать, будут вознаграждены!

Он замолчал, разглядывая их. Молчали и они — только свистел в выветренных скалах поднимающийся ветер.

— Да!.. — Фафнер выразительно поправил перевязь с мечом. — В ущельях Города полно всякой дряни, но оружия и факелов я вам не дам! Сумеете — вооружитесь на месте! Это суровое и жестокое испытание, но это традиция завещанная Торнтгорном! Ваше детство на этой стороне Моста! Выйдя из Города, вы станете взрослыми! И помните, что из каждых десяти на этой тропе погибает семеро! Мы специально не чистим эти места… — он криво ухмыльнулся, — Это наш заповедник!

Фавнер хотел еще что-то сказать, но, помолчав, сплюнул, вроде в сердцах и, поправив подбородочный ремень, отвернулся.

Все давно уже знали, что Фафнер ездит к тетушке Вотер, лучшей стряпухе во всёй округе, живущей в деревеньке Северок, что недалеко в горах, не только и не столько из-за еды, сколько из-за дочери кухарки. Он был с ней знаком уже пару лет, и надо же было так случиться, что в сердце немолодого уже наёмника, закралось неведомое ему прежде чувство, и он стал искать малейший предлог, чтобы снова и снова видеться с красавицей Унерой, благо, она отвечала ему взаимностью. Но сейчас никому не захотелось пошутить по этому поводу.

Прозвучала гортанная команда, и новобранцы чётко и слаженно перестроились в колонны по двое.

Наин, тот из новобранцев, кого хотел бы видеть рядом с собой Торкел, оказался чуть впереди, и он негромко позвал его. Как только Фафнер отвлекся, они обменялись парами, встав рядом.

У Торкела на сердце потеплело: Наина он считал надёжным товарищем, и, если что-нибудь случится!

Наин толкнул его плечом и когда он скосил глаза, показал ему искусно спрятанный в поясе маленький нож. Торкел неодобрительно покачал головой.

Тут прозвучала команда первой паре, и Чёрные Розы рванулись с места, пробежав мост, взлетели на каменную гряду и спрыгнули вниз, исчезнув с глаз.

Вторая пара.

Третья…

Наин с Торкелом бежали восьмыми. Спрыгнув вниз, Торкел вспомнил кривую усмешку Фафнера.

Ещё одна уловка Ордена…

Впереди простирался лабиринт — десятки ущелий, проточенных водой и ветром в мягких песчаных скалах. Людей не было видно и оставалось лишь гадать, куда направилась предыдущая пара. Впрочем, гадать пришлось на бегу.

Не замедляя шага, Торкел рванул, остановившегося было Наина за куртку, и нырнул в первый же проход.

Миновав несколько поворотов и обдирая одежду и кожу об острые углы, Торкел с разбегу чуть было не налетел на стену тупика, но подготовка сказалась. Он нагнулся, подставляя спину, и Наин, бежавший следом, взлетел по нему, как по трамплину, и уцепился за камни на гребне. Вытянув наверх Торкела, он побежал поверх стен лабиринта.

Впереди мелькнула, было, куртка новобранца, но тут же исчезла.

Немного погодя они заблудились в одном из хитросплетений глубоких оврагов, и потратили уйму времени, выбираясь из них. По-прежнему было пусто и безлюдно. Остальных курсантов было не видать даже когда они пробирались по гребням каменных стен. Впрочем, расстояние между ними иногда превосходили возможности их прыжка, и им приходилось спускаться на дно коридоров лабиринта.

На горные гряды уже опускалась ночь. Сквозь шум ветра, иногда доносились какие — то очень неприятные звуки. Словно спускали в бесконечный колодец бадью на ржавой длиннющей цепи.

Наин беспокойно оглядывался на бегу, всматриваясь в непроглядную тьму и пытаясь разглядеть опасность. В том, что она рядом, сомнений не было. Не стал бы наставник предупреждать их просто так, не имея на то весомых оснований. Пока им везло и они никого не встретили, но скорее всего испытания должны были начаться позже ночью.

Выбранная ими дорога сначала плавно спускалась вниз, так что стены поднялись на высоту двух человеческих ростов, затем вдруг превратилась в перекресток из четырех тоннелей. Торкел, не задумываясь, нырнул в левый из них проход. И тут же провалился по колено в какую-то жижу. Выругавшись, он повернул обратно.

После того как выбранный тоннель закончился глухой тесной комнатой, насквозь провонявшей сырыми шкурами, им стало овладевать отчаяние. То, что закуток был когда-то комнатой, он не сомневался — слишком прямоугольные стены…

«Город… Старый Город, — подумал он, ощупывая взглядом окружающие их горы истлевшего хлама. — А теперь их, стало быть, ждет Вечный Голод. Проклятие! Куда же идти?»

— Надо выбираться наверх, — сказал он Наину, когда они вернулись к перекрестку. — Поверху надежнее — мы заблудимся здесь.

Наин молча показал ему на тоннель, откуда они пришли. Торкел сделал пару шагов и ощупал пальцами каменную плиту, перегородившую ход.

Почти сразу же он развернулся и, не теряя времени, бросился в третий, пока неразведанный тоннель, прикидывая, что если и этот ход окажется закрытым, им придется вернуться в первый из них… там, где лужа. Закрывшийся вход говорил о многом. О том, что кто-то или что-то начало свою игру с ними. Стены просто так сами не двигаются. Теперь в борьбе с неведомым противником им оставалось попытаться перехватить инициативу и мыслить и двигаться быстрее, чем их противник.

Пробежав по сужающемуся тоннелю сотню шагов в полнейшей тьме, Торкел, выставивший перед собой руки, сослепу налетел все же на что-то большое и мохнатое. Он даже не успел испугаться, как неведомое существо отчаянно завизжало и помчалось прочь, топоча множеством лап.

Торкел отступил на шаг и вытер ладонью вмиг взмокшее лицо.

— Кто это был? — испуганно спросил Наин, выставив перед собой в темноту острие своего ножа казавшегося теперь особенно маленьким.

— Знаешь что, — сказал Торкел, вернее ему показалось, что он сказал — голос не шел из перехваченного горла, и он повторил попытку.

— Знаешь, что я думаю? — прозвучало неожиданно громко и он, спохватившись, перешел на шепот. — Если мы и дальше будем бегать сломя голову по этим коридорам — мы точно не доберемся до Сэреба! Не торопясь надо! Иначе наткнемся на… кого-нибудь!

— Приказ же, — нерешительно возразил Наин, но по тону его было понятно, что он сделает так, как решит Торкел.

— Приказ был добраться, а мы доберемся, только если будем идти осторожно, а не мчаться как… как..!

Он никак не мог подобрать сравнения и все еще чувствовал отвратительный звериный запах жесткой колючей шерсти, в которую уткнулся лицом.

— Хорошо бы оружие, какое-нибудь!..

— Какое тут оружие? — Наин непроизвольно съежился, встав в боевую стойку, и рука его с ножом заходила в нервном танце.