Валерсия (СИ) - Зотова Валентина - Страница 4

Лесная дорога оказалась длинной и проходящей через местные захоронения. Легкая дымка окутывала каменные пирамиды, ставшие последним домом усопших. В лесу они выглядели как огромные муравейники и было их тут видимо-невидимо. Ведь в этом место раньше обитало много людей и большая их часть теперь находилась здесь.

Янтрэя уже скрылась за деревьями и оставалось совсем немного времени, прежде чем она совсем исчезнет. В лесу уже сгущались сумерки, температура постепенно падала.

Казалось, что усыпальницам не будет конца, да и дорога находилась в таком плохом состоянии, что лишь кое-где удавалось хоть немного рысцой покрыть пару метров. Наконец она пересекла покинутый юношей западный тракт, где еще горели последние отблески скрывающейся звезды. Она уходила красиво, словно художник окрашивая небосвод в разные краски: рыжие, красные, розовые, фиолетовые, синие, а затем исчезла погружая мир Валерсии в кромешный холод и мрак. На ночном небе редко когда можно было увидеть звезды, их было очень мало и свет от них, никак не освещал эти гибнущие земли.

Было совсем темно, когда Трэн остановил Мотю и взяв под уздцы свернул с тракта в черную гущу леса. Факир что-то шепча под нос шел следом, порой спотыкаясь и ругаясь сквозь зубы, но не мешая.

Найдя подходящее место, юноша как и в прошлую ночь привязал к дереву клячу и разложил пять огнив, чем вызвал истерические усмешки спутника.

— Можешь еще траву поджечь и с песнопениями пройтись? Щенок безграмотный. — Насмеивался дворянский отпрыск, но дельных советов, как впрочем и никаких других не давал.

Огнива принялись ярко гореть и постепенно, в образованном ими кругу, стало тепло и относительно светло, в сравнении с окружающим мраком.

Сняв поклажу и седло с лошади, а также напоив ее, Трэн достал походный паек, и принялся есть под пристальным взглядом Факира, у которого с собой вообще ничего не было, кроме большого желания добраться до Кейтага.

— Как можно есть эти помои?! — Глотая голодные слюни, но все также надменно заявил дворянин, после чего отвернулся, что б не видеть довольное лицо этого выскочки, которому он проиграл в схватке лишь по чистой случайности. Ведь этот простолюдин, только и делал, что использовал различные порошки да камни, а сам видимо был бездарен. Но ничего он еще посмеется над тем как этого оборванца спровадят обратно в его «нору».

Так, не проронив ни слова Трэн лег спать, со стороны могло показаться, что его совершенно не интересовало присутствие рядом человека желавшего недавно навредить его жизни. Просто он знал, что тот сейчас безвреден и неспособен навредить. А вот если бы он его бросил в той деревни, то этот незадачливый похититель не дожил бы и до утра. Бросить в беде и отвернувшись уехать он тогда не смог. Рубить с плеча и однозначно записать этого юношу в негодяя, было бы не правильно. Неизвестно, что заставило его забрести в эту непроходимую глушь. Причин могло быть много. Ну а выяснять их пока времени не было. Тогда следовало скорее покинуть деревенские дворы, а не пускаться в пустые разговоры…

Была где-то середина ночи, когда несколько мороков все же нашли людской след и возникли около круга. Тут же проснувшийся Трэн притянул поближе свой посох, скорее чувствуя, чем видя эти бестелесные сущности, жаждущие горячей жизни.

— Вот был бы здесь мой меч, я бы им…. — Зашептал Факир, тоже учуявшей мертвых.

— Врядли. — Немного поразмыслив, спросони голова туго соображала, юноша порылся в своей походной сумке и извлек от туда мешочек с изжигающим порошком. Высыпал на ладонь и под издевки спутника обошел поляну раздувая от себя эту невесомую пыль. Разлетаясь она сожгла все следы юношей и лошадки, а также спугнула своим слишком сильным теплом мороков.

— Может тебе лучше к бродячим актерам податься? У тебя явный талант, шарлатана и иллюзиониста, там такие нужны порошковеды да кудесники. Чернь вроде тебя будет в восторге от таких представлений…

— Спи. — От глупых речей спутника Трэн устал за минувший вечер и перед завтрашним днем хотел немного выспаться, поэтому пришлось еще немного поворожить и умиротворенное тело болтуна мягко опало на прогретую огнивом землю.

Погода в Валерсии была всегда непредсказуемой. И если вчера стояла жара, то сегодня уже было прохладно и ветрено. Но в лесу об этом говорили лишь изгибающиеся кроны деревьев.

Оба будущих ученика, Факир тоже оказался первогодкой, молча шли по западному тракту, ведя под уздцы нагруженную вещами Мотю. Янтрэю скрывали быстро бегущие серые облака и возможно к холоду и ветру они принесут слякоть с дождем.

Внезапно идущий впереди Факир замер как вкопанный, после чего медленно попятился назад. Спереди послышался глухой рык и в полутьме кустов сверкнули голодные красные глаза.

— Булмы! — Трэн заметил их серо-рыжие костлявые шкуры и по бокам дороги и спереди, и сзади.

— И очень голодные. А меча то нет.

— Мечом стольких не порубить, загрызут.

— Но с ним мне было бы спокойнее.

Теперь угрожающий рык слышался отовсюду, но булмы пока выжидали действия своей жертвы, одно неверное движение и вся стая бросится на столь легкую и очень аппетитную добычу. Сначала отрежут домашнюю, замученную лошадь, потом того, щупленького и на десерт вожака, что нагло маршировал первым.

— Ты же маг!? Твоя «лесная стена» сейчас была бы кстати.

— Постой. У тебя что фокусы кончились? — У факира были очень необычные глаза, выдававшие в нем мага. Искрящиеся, зеленые, словно два темных изумруда. А сейчас, в момент опасности, они буквально горели огнем воинского азарта.

— Можно и так сказать. В любом случае, они долго ждать не будут. Первой свалят клячу, потом я, а следом и ты.

— От куда такие сведения? Или ты, щенок безродный, из их племени? — На его вопрос ответа не последовало. У юноши видимо была сильная воля, казалось он даже и не слышит обидные глупости от незадачливого вора.

— Хорошо. Я отрежу их «лесной стеной», но я не уверен, что это их особо задержит. Поэтому, как я дам знак, прыгай в седло своей Моти.

— Начинай уже.

Факир знал, что ограждать надо сразу везде и сбоку, и сзади, поэтому нужна была сильная концентрация. Ухватив подсознанием все растительные «нити», он резко выпустил в них сильный магический импульс и из земли с обеих сторон дороги выросли зеленые стены.

— Поехали! — Обернувшийся Факир только и успел поймать протянутую руку Трэна и в прыжке сесть в старенькое седло рядом.

Мотя без лишних подстегиваний помчала словно молодая жеребица. Впервые секунды появления чужеродной магии, булмы испугавшись попятились назад, рыча и скаля огромные клыки, но потом быстро сориентировались, что их еда планирует побег и кинулись следом, тем более это оказалось не так то и сложно, ведь наколдованная стена была прямой, хоть и длинной, но все же быстро кончилась, открыв удирающие копыта и круп кобылы. Стая булм, погнавшаяся следом, придавала ей невиданную прыть, но в отличии от хищников, её сил на долго не хватит. Да и дорога была такая, что галопом по ней можно было и шею свернуть, всем троим.

Факир умудрился создать еще пару «лесных стен» поперек дороги, выиграв тем самым немного времени, но с непривычки, как впрочем и без должного умения его магические силы почти иссякли.

С неба как назло полил дождь, послышались далекие раскаты грома и мчавшаяся во всю прыть Мотя влетев в возникшую на пути лужу, сломала ногу об крутой склон и слишком глубокое дно. Всадники не удержавшись повылетали из седла в грязь и тут же услышали душераздирающее лошадиное ржание.

— Разрыв! — только и прогремело неподалеку от Факира, еще лежавшего на земле и отходившего от удара. Та прыть с которой Трэн вскочил на ноги и оказался рядом с лошадью поражала. Но, помимо этого он еще успел рассыпать гремучий песок, свалив самых шустрых булм. Уцелевшие трое ощетинившись и сверкая красными глазами, нюхали воздух, не понимая, что случилось, но шкурой чувствуя смертельную опасность.