Симуляция (СИ) - Боргнев Ксандер - Страница 38

Нанеся очередной удар по Стражу, я не успел уклониться и уйти в сторону, попав под его клинок. Да уж, сразу видно разницу в уровнях: от одного его удара у меня слетело около трети здоровья. Чёрт бы его побрал, надо быть осторожнее и быстрее заканчивать с этим.

Отпрыгнув в сторону, я использовал своё умение, восстанавливая немного жизней, и вновь опустошая только чуть заполнившийся индикатор маны. Не знаю, сколько я бы ещё ковырял этого Стража, как в наш бой вмешался один из игроков, судя по всему, только что появившийся здесь. У него был сорок третий уровень, и вооружён он был двумя катанами.

Словно яростный вихрь этот самурай набросился на Стража, отвлекая его внимание на себя, чем я и воспользовался, решив помочь своим спутникам. И очень вовремя, потому как валькирия была уже на последнем издыхании и вот-вот должна была погибнуть. Ну уж нет, не позволю — она только присоединилась к нашей команде!

Я набросился на Стража, вонзая ему клинок в спину. Не честно? Плевать, это бой, а не рыцарский турнир!

Кстати говоря, новый меч на отлично прошёл своё первое боевое крещение. При каждом ударе он исправно передавал мне немного здоровья противника. Мелочь, но всё же.

Рука Стража дрогнула, и его удар прошёл мимо, не задев Хельгу. У него и самого уже оставались жалкие проценты здоровья — игроки его хорошенько потрепали.

Воспользовавшись тем, что Страж отвлёкся на меня, валькирия отскочила в сторону, разрывая дистанцию. За её спиной возникли большие белоснежные полупрозрачные лебединые крылья. Взмах — и она вознеслась на несколько метров над землёй, замахиваясь копьём, лезвие которого засияло холодным синим сиянием. Бросок был молниеносен и страшен — копьё насквозь пронзило Стража, обнуляя и убивая его. Фонтан крови плеснул мне на лицо. Покачнувшись, Страж с грохотом упал на мостовую, а Хельга мягко опустилась на землю. Крылья за её спиной пропали. На лице ясно читалась усталость.

Остался последний Страж — тот, которым занимались Канарейка и Аврелий. Словно огромный медведь, окружённый охотничьими псами, он вертелся на месте, отбиваясь от игроков. Он был сильнее каждого из них по отдельности, но против толпы постепенно проигрывал.

— Гуртом и батьку бить сподручнее, — усмехнулся я, обрушивая на него град ударов и обнуляя его индикатор здоровья. — Умри! — рявкнул я, нанося добивающий удар. Голова со стольной личиной весело покатилась по мостовой.

— Бежим! — крикнул я, бросаясь наутёк. Моя команда без раздумий последовала за мной.

Как вскоре выяснилось, беспорядки и стихийные столкновения происходили по всему Тайному Невскому, а не только возле дома вёльвы.

Выскочив из переулка на основную улицу, мы увидели апокалиптичную картину народного восстания. Вся улица была запружена игроками, которые с переменным успехом сражались со Стражами. Кажется, наш невинный ролик стал камушком, породившим лавину. Негодование, скопившееся у игроков, вырвалось на свободу, и теперь администрации игры придётся здорово постараться, чтобы потушить этот пожар. Даже не думал, что у игроков и компании так много противоречий. Надо будет расспросить Аврелия на эту тему подробнее.

Причём как я вскоре заметил, не все игроки сражались со Стражами. Некоторые сражались с другими игроками. Лоялисты? Или им просто плевать, с кем сражаться? Кто знает.

Мы протискивались сквозь толпу, стараясь избежать ненужных столкновений, но удавалось это не всегда. Несколько раз нам пришлось скрестить клинки со Стражами, уцелев лишь чудом, а несколько раз и с другими игроками.

Во время прорыва к выходу из Тайного Невского я заметил и первые случаи начинающегося мародёрства и грабежа: некоторые игроки врывались в лавки и магазины и спешили вынести оттуда всё, что возможно. Да, вот он — русский бунт, бессмысленный и беспощадный. Хотя, корректно ли называть игроков русскими?..

— Вот он, пожар революции! — пафосно возвестил я, стоя у выхода в обычную часть Питера. — Ешь ананасы, рябчиков жуй, день твой последний приходит…э-э, разработчик? — неуверенно закончил я, не сумев подобрать рифму. — Самое главное — взять телеграфы и мосты! Мы в Питере, тут их полно.

— Да уймись ты уже! — крикнула Хельга, хватая меня за шиворот и затаскивая в проход.

— Ещё одна революция, и опять в Питере! — произнёс я. — Видать судьба такая у Северной Пальмиры.

Ох, да, тяжело мне даются боевые сцены. Напишите, кстати, как они у меня хоть получаются, над чем стоит поработать? И да, у книги уже больше ста пятидесяти лайков, спасибо вам огромное! Попробуем набрать двести?:)

Глава 22

Глава 22

Последние лучи заходящего солнца освещали серые крыши Питерских многоэтажек и отражались от зеркальной глади воды. Смеркалось.

— Этот район называется "Уткина заводь", — задумчиво проговорила Хельга, сидя на краю крыши и свесив ноги. — Мы тут жили когда-то. Хотя многие называют его "Уткиной жопой" и не без основания.

Охотно верится. Мы находились в одном из спальных районов Питера, куда бежали после устроенной нами заварухи в центре города. Пришлось изрядно попетлять, запутывая возможную погоню. Добраться сюда было непросто: сначала пришлось ехать на метро, потом ещё около получаса на автобусе, а после и пешком, скрываясь между жилыми домами. Отсюда, с крыши десятиэтажного дома, открывался отличный вид на этот район: серые однотипные многоэтажки, шумная трасса, с сотнями машин несущимися по ней, и сразу за ней — Нева. У причала стояли туристические корабли, легонько покачивающиеся на волнах. Здесь становилось понятно, что окраины Питера отличаются от его исторического центра как небо и земля. Смотря на все эти унылые дома, убитые дворы и усталые лица людей, проживающих здесь, уже не кажется удивительным то, как сильно в городе на Неве распространены наркотики. В Питере пить, да. Понимаю, сама атмосфера располагает к тому, чтобы или вскрыться, или закинуться препаратами. Об урбанизме и удобстве проживания здесь и слыхом не слыхивали.

— А что случилось потом? Вы переехали? — поинтересовался я, усаживаясь рядом с валькирией. Раньше я боялся высоты и ни за что бы не сел вот так, свесив ноги над многометровой бездной. А сейчас ничего — разум и логика утверждали, что я не упаду, риск минимален. С каждым днём я находил всё больше плюсов в бытие мертвецом, и иногда ко мне в голову закрадывалась мысль: а стоит ли вообще стремиться к тому, чтобы вновь обрести жизнь?

— Отец умер, мы продали нашу двушку, купили однокомнатную квартиру. Потом мать начала пить, — Хельга с грустью пожала плечами, невольно покосившись на Аврелия. Гангстер выхаживал по крыше и всё бубнил что-то размахивая руками — благодарил подписчиков за помощь и узнавал последние новости.

— А как ты стала валькирией? — спросила Канарейка, подходя к нам и устраиваясь возле Хельги. — Ты не выглядишь мёртвой.

— Я жива, — усмехнулась валькирия. — Однажды я гуляла по Питеру, и стала свидетельницей боя. Более того, мы тоже попали под раздачу. Я была не одна, — пояснила она, верно истолковав наши взгляды. — Романтика, всё такое, сами понимаете. Так вот, прямо посреди города сражались на мечах какие-то создания. И мы случайно угодили под горячую руку, — она замолчала, слепо уставившись куда-то вдаль.

— Твой парень, — я осмелился нарушить затянувшееся молчание. — Он погиб?

Хельга как-то странно хмыкнула, глянув на меня.

— Да, выжила только я. Не знаю как — не иначе чудом. Меня подобрали служительницы Одина, оказавшиеся рядом. Они исцелили меня, а потом выяснилось, что я пробудилась.

— Пробудилась? — не понял я.

— Ты Аиду служишь? — поинтересовалась валькирия, и дождавшись моего кивка, продолжила. — Он тебе вообще что-то рассказал?

— Не особо, — вынужден был признать я. — Самую малость лишь. После чего выдал квест и отправил совершать подвиги.

— Боги, — фыркнула она, покачивая головой. — Наверное, они все такие. От Одина тоже ничего не добьёшься. Мне повезло: другие валькирии ввели меня в курс дел.