Повелительница с клеймом рабыни (СИ) - Трусс Анастасия - Страница 120

- Я… не понимаю…

- Я не мог спасти его тело, но… как ангел смерти, я мог спасти его душу. Не дать ей перейти в мир мёртвых. Как это было с тобой. Но нарушать закон мироздания ради него и искать подходящее человеческое тело я не стал. К тому же, это могло занять много времени. Я предложил ему тело адской гончей. Жизнь создания Преисподней. Чтобы он всегда мог быть рядом с тобой и защищать тебя. Адские гончие бессмертны. И у них нет души – мне не пришлось ничего уничтожать. Но я предупредил человека, что если он умрёт в этом теле, то и душа его будет уничтожена. И Кайома согласился. Но он просил меня, чтобы я никогда не рассказывал тебе об этом. Он хотел, незримо, присутствовать в твоей жизни и оберегать тебя. Или… оберегать то, что тебе дорого.

- И ты… ничего мне не говорил... – я почти шептала, не доверяя своему голосу. – Ты спокойно сказал мне, что Кай мёртв… тогда… в мире людей… на развалинах разрушенного дома.

- Я не мог, Милена, – мужчина сделал шаг ко мне, но я его остановила:

- Не надо, Самаэль. Не подходи.

- Милена… я, правда, надеялся, что ты никогда не узнаешь об этом. Я…

- Ты говоришь, что он просил тебя не говорить, но… это же ты предложил ему стать Ренэтусом! Зачем?! Зачем ты это сделал?! Скажи мне?! Почему ты не дал ему… просто умереть?!

- Он хотел быть с тобой… хотел заботиться о тебе… как и я. В этом наши намерения совпадали. И я мог его использовать, как ещё один способ оберегать тебя.

- Оберегать меня? Оберегать?! Ты понимаешь, что ты говоришь, Самаэль?! Это… это не способ защиты! Это… я не знаю что, но… если бы я знала… я бы этого не хотела. Не хотела бы для Кая такой жизни… Я сейчас не хочу… не хочу понимать, говорить… Нет, я хочу говорить, но не с тобой.

- С Кайомой? Милена, это сделает тебе только хуже. Да и ему – тоже.

- Я знаю. Знаю, но… я не могу по-другому. Уже не могу.

- Ты… до сих пор его любишь? – спросил Самаэль.

Этот вопрос поставил меня в тупик. Я не знала, что мне ответить. Не знала – люблю ли я Кая. Я не могла разобраться в том, что чувствую. Но мне очень бы хотелось сказать, что – нет, не люблю. Но уверенности не было ни в чём. Чувства смешались. Я могла различить боль, горечь, страх… А что я чувствовала к самому Каю? Я не могла понять. «И, наверное, не смогу понять до тех пор, пока не увижу его».

Я так ничего больше и не сказала Самаэлю. Молча ушла. Я боялась сорваться. Боялась сказать то, за что никогда себя не прощу. Я не доверяла самой себе. Я злилась на Самаэля. Злилась за то, что он сделал. За то, что… он оставил Кая жить. Вот такой парадокс… Смерть Кая я пережила… смирилась с ней. А вот осознать и принять то, что Кай всё это время был жив, оказалось, гораздо сложнее.

«Как мне себя вести? Что мне ему сказать? – мысли роем вились в моей голове, когда я шла к комнатам Келл, где, как я была уверена, находился и Кай. – Как мне теперь… вообще с ним общаться?!».

Чем ближе я подходила к комнатам дочери, тем страшнее мне становилось. Я невольно замедлила шаг… потом совсем остановилась, когда до двери в покои маленькой демонессы оставалось, всего, пара шагов. Пара шагов, которые было так сложно преодолеть. Я всё никак не могла решиться. Решиться на то, что, возможно, всё изменит.

Наконец, я открыла дверь, зашла. Келл и… Кая я нашла в гостиной демонессы, где последняя, с увлечением, рассматривала подарок тёмных эльфов – шкуру снежного волка.

- Мама! – радостно воскликнула Келл.

А я в этот момент позвала Драйка.

- Драйк, присмотри за Келл, – сказала я, когда демон явился.

- Мама? – демонесса посмотрела на меня с удивлением. – Что-то случилось?

Я не ответила, в то время как слуга поклонился:

- Как прикажете, госпожа.

- Ренэтус… – с заминкой произнесла я. – Пошли со мной.

По собачьей морде было непонятно – удивлён он или нет. Догадался он, о чём я хочу поговорить или нет. Он просто пошёл за мной, цокая когтями. А я шла вперёд, к своим комнатам и… старалась даже не смотреть на Кая. Я решилась на это только тогда, когда мы оказались в одном из моих залов. Я повернулась к нему… посмотрела ему в глаза…

- Кай… – произнесла я тихо. – Это… действительно, ты?

Наступила тишина. Лишь наше дыхание нарушало её. Алые глаза адского создания… такие же глаза, как у меня самой… смотрели на меня и… я в них видела боль. А может, мне это казалось и я просто отзеркаливала свои собственные чувства.

- Пожалуйста… скажи мне... – тишина затянулась и меня это нервировало только сильнее.

- Кто тебе сказал, Милена? – раздался в моей голове голос… Кая. – Самаэль?

Я неуверенно сделала шаг вперёд… опустилась на колени перед Каем… дотронулась до чёрной шерсти… Я ощутила как… что-то во мне начинает ломаться.

- Все эти двадцать лет… Кай!.. Почему… почему ты молчал?! Почему не сказал?! – я вцепилась ногтями в его шерсть, меня заколотило, я была готова разреветься – вот тебе и «Ледяная королева».

- Я не мог. Точнее… не хотел. Если бы ты узнала… ты бы страдала, Милена. Ты узнала об этом сейчас и… тебе много счастья это принесло?

- Но… но… если бы я знала с самого начала!..

- Чтобы это изменило? – Кай отвернул от меня свою большую голову, словно, не в силах смотреть на меня. – Ты бы ушла от Ферокса? Ты бы перестала быть правительницей Зиградена? Перестала бы служить Люциферу и Верховным демонам? Ответь мне, Милена… что изменилось бы?

Я потеряно молчала. Я не знала, что мне ответить. Действительно, что изменилось бы, если бы я узнала об этом раньше? Я бы смогла уйти от чёрного дракона? Бросить своих детей? Нет, я бы не смогла. Даже любовь к Каю не заставила бы меня так поступить. Бросить всё… забыть эту жизнь… и жить с Каем, когда он пребывает в подобном теле. Нет… невозможно. Да и не отпустил бы меня никто. Рано или поздно… всё равно, нашли бы и вернули.

- Видишь. Ты и сама всё прекрасно понимаешь, Милена, – вновь зазвучала мысленная речь Кая. – Те счастливые моменты нашей жизни в «Шисуне» уже не вернуть. Мы не можем вернуться в то время как бы сильно не хотели. Всё изменилось… Теперь, меня зовут Ренэтус и я просто твоя адская гончая. Не думай о Кайоме Макфее, Милена. Его больше нет.

- Не могу… Я… не могу не думать!

Я чувствовала, как ледяная стена, которую я возводила вокруг себя все эти годы, начинает крошиться, рушиться!.. Как меня накрывает с головой отчаяние, страх!.. Я чувствовала горячие дорожки слёз на своих щеках… Двадцать лет… я не плакала двадцать лет! Даже слезинки себе не позволяла! А тут… начала ломаться…

- Котёнок, – сначала я подумала, что это слово произнёс Кай, но… потом поняла, что слово произнесено вслух – голосом моего мужа.

Слёзы застряли в горле, когда я осознала, кто стоит за моей спиной. И стало дико страшно. За себя… За Кая… Я понимала, что Фероксу не понравится ни эта сцена, ни известие о Кае. Убьёт… Непременно, убьёт. Я была в этом, абсолютно, уверена. И я, также, была уверена в том, что не хочу переживать смерть Кая во второй раз. Я этого просто не вынесу.

Пальцы крепче вцепились в чёрную шерсть. Против Ферокса шансов у меня не было – я это знала, но… я никогда не простила бы себя, если бы не попыталась защитить Кая.

- Ферокс… пожалуйста… не убивай... – я говорила почти шёпотом, не доверяя себе – был слишком большой шанс, что я сорвусь на крик или заплачу перед драконом. – Не надо… пожалуйста… Не делай этого…

Ферокс молчал, и от этого было только страшнее. А я сама даже не видела выражения его лица, уткнувшись лбом в Кая. Меня не покидало ощущение, что если я повернусь, посмотрю… случится плохое. Что стоит встретиться с Фероксом взглядом, и я лишусь всего.

Шаги за моей спиной… Кай скалит зубы, но не пытается напасть. Я чувствую, что Ферокс совсем рядом. Мне кажется, что я могу ощутить тепло его тела. Страшно… Я дрожу… Я обнимаю Кая за шею так сильно… как будто, это может быть в последний раз. Но… неважно, как крепко я держусь за Кая, сильные руки дракона поднимают меня… заставляют отпустить… Ферокс прижимает меня спиной к своей груди, приминая крылья, буквально оттаскивая от адской гончей. А я так боюсь, что теперь услышу предсмертный вой. Я боюсь смотреть на Кая, боюсь оглянуться и посмотреть на Ферокса. Мой взгляд упирается в пол.