Повелительница с клеймом рабыни (СИ) - Трусс Анастасия - Страница 127

Впрочем, когда Ферокс узнал о причине, по которой Милена пошла на такие «жертвы», его восторг слега поутих. Дело было не в том, что она просила чего-то невозможного или недопустимого. Ферокс всегда придерживался мысли, что, несмотря на нейтралитет, слегка потрепать светлых остроухих никогда не будет лишним. Дело было в самой Милене. Как и всегда, в принципе.

Она высказалась на Совете Преисподней, не задумываясь о последствиях. Она предложила решение проблемы Ада посредством драконов, не имея для этого ни права, ни, что более важно – власти. Конечно, она не предполагала, что Люцифер поручит исполнение этого плана ей – и это стало её основной ошибкой. Формально, она являлась повелительницей драконов, и приказ повелителя Преисподней был вполне логичен. Только формальной власти реальные драконы не подчиняются.

Теперь над девочкой висело обещание наказания, которое она сама на себя и навлекла, и которое, по мнению Ферокса, вполне заслужила. Милене надо было понять, что каждый шаг, каждое слово будут иметь для неё последствия. Благие или негативные – это уже зависит от неё. И руководствуясь этим, Ферокс предоставил бы свою супругу её судьбе – ничего фатального Люцифер бы с ней не сделал, а лишняя порка взбалмошной девчонке не повредит. Но… Милена действительно выбрала очень хороший способ, чтобы добиться расположения своего мужа. Можно сказать – единственно верный. И повелитель драконов предоставил ей шанс. Призрачный, ничтожный… Но при других обстоятельствах она не получила бы его…

Ферокс был абсолютно уверен, что Ансгар Дэррактур Шэррис не согласится помогать Милене, если на то не будет прямого приказа повелителя. Красный бог-дракон, как и большинство драконьей аристократии, видел в ней лишь игрушку Ферокса, которая однажды родит ему наследника, но никак не повелительницу, которой нужно подчиняться. Только Килгар возлагал на эту девчонку какие-то непонятные надежды. Поэтому, Ферокс ждал, что визит его супруги к красному дракону будет недолгим. После чего, «котенок» снова вернётся к своему хозяину, жалобно мяукая о помощи.

Но изумлению Ферокса не было придела, когда в его кабинет, буквально ворвался Драйк – слуга Милены. Демон сообщил, что ситуация с красным богом-драконом вышла из-под контроля, и если Ферокс немедленно не вмешается, то в последствии ему придётся казнить своего лучшего полководца. Ферокс создал портал во дворец Ансгара, гадая, что же там могло приключиться, что требуется его вмешательство.

Он нашел их по запаху крови, вожделения, и голосу растревоженной драконьей крови. От увиденного взгляд повелителя драконов потемнел от гнева – да, умом он понимал, что всему виной пролитая кровь Милены, и Ансгар просто не может сопротивляться инстинкту, но разум пасовал перед яростью дракона, на чью женщину покусился другой. Оба были обнажены – Ансгар прижимал Милену к кровати, девушка пыталась сопротивляться, что-то говорила, но мужчина, опьянённый запахом её крови, не слышал её слов.

- Ферокс! – вдруг отчаянно выкрикнула Милена, и повелитель драконов метнулся вперёд.

Если он опоздал, если Ансгар успел взять её… Подскочив к постели, Ферокс ухватил красного дракона за шею сзади, буквально сдёрнул его со своей жены и сильным движением отбросил прочь, через всю комнату, к противоположной стене. Обернулся к Милене. Она лежала на смятом покрывале, обнаженная, с кровоточащими губами, и Ферокс ощутил мгновенное желание собственной крови. Но страсть ему сейчас была не нужна, и он обратил её в злость.

- Совсем рехнулась?! – в ярости зарычал он, не особо вдумываясь в смысл собственных слов. – Что ты здесь сотворила?!

Не слушая её сбивчивого лепетания, Ферокс дёрнул её за руку, заставив сесть, и лихорадочно огладывал её, чутко прислушиваясь к запаху её тела, пока, наконец, не убедился – Ансгар не успел сделать того, за что Ферокс, не задумываясь, убил бы его. Рявкнув Милене очередную резкость, мужчина повернулся на звук приглушённого рычания. Оправившийся от стремительной атаки Ферокса, красный дракон, поднялся на ноги, и медленно двинулся к ним. Повелитель драконов глянул на него и ругнулся про себя – на коже Ансгара проступала красная чешуя, пальцы удлинились, нарастая ороговевшими когтями, удлинялся позвоночник, образуя гибкий хвост: красный дракон начал частичную трансформацию. Он был полностью во власти инстинкта – он не видел в Фероксе своего повелителя, он видел лишь соперника, которого нужно убить, чтобы получить желанный трофей. Ансгар медленно приближался.

- Назад! – рявкнул на него Ферокс, вложив в этот рык голос воли, ещё рассчитывая, собственной силой отрезвить красного дракона.

И на миг Фероксу показалось, что ему это удалось – на мгновение в алых глазах дракона сверкнул разум, пытаясь погасить раздирающий его огонь похоти и ярости. Ансгар замер… и зарычал ещё громче и злее – жаркое безумие, вызванное запахом крови Милены, не пожелало отступиться от него. Ферокс шагнул ему на встречу, ощущая прилив боевой ярости, которую тут же пришлось взять под контроль. Одно дело – убить Ансгара осознанно, за конкретное преступление. И совсем другое – поддавшись на миг тому же безумию, что владело красным драконом, прикончить его в схватке за женщину, которая и так уже принадлежит ему – Фероксу. Хотя, запах крови Милены будоражил повелителя драконов, а первобытный инстинкт сильного хищника шептал, что красного дракона нужно убить, что он – соперник, что он – не успел овладеть телом его женщины, но посмел попробовать её крови, посмел прикоснуться к ней… Ферокс подавил рвущийся из горла рык. И в этот миг Ансгар атаковал. Стремительным скользящим движением он метнулся к Фероксу, казалось, намереваясь сбить его с ног. На деле маневр был обманным – красный дракон проскочил мимо соперника, едва задев его плечом, создавая иллюзию промаха, отвлекая внимание. В это же время, хвост должен был хлестнуть противника под колени, гарантированно сбив его на землю… Хороший приём… действенный. Вот только Ферокс его знал, и был к нему готов. Его скорость реакции превышала быстроту Ансгара – он без труда увернулся от хлесткой подсечки, и ухватил правой рукой красного дракона за горло. Тот зарычал, пытаясь вырваться из хватки, но Ферокс лишь сильнее сжал пальцы, приподнимая того над полом. Мгновенный порыв – убить Ансгара, разорвать его, переломать так, чтобы никакая регенерация не спасла его – накатил на Ферокса, но повелитель тут же отогнал его: чтобы уметь управлять целым миром, нужно, сначала, научиться в совершенстве управлять собой. Повелитель драконов это умел.

Ферокс прорычал четыре Слова Власти. Слова Власти – одно из тех тайных знаний, что делает повелителя повелителем. Мало быть самым сильным среди себе подобных, чтобы носить этот титул. Владение Словами Власти одно из подтверждений что тот, перед кем склоняют головы остальные, имеет на это право. Это дыхание мира, личное могущество и особое понимание, сплетенные воедино, и обращённые в вербальную форму. Только настоящий повелитель может произносить Слова Власти без риска для себя – самозванца или недостойного они просто уничтожат.

Оглушенный силой Слов Власти, Ансгар затих, его яростный взгляд померк, частичная трансформация пошла в обратном процессе, и глава красных богов-драконов лишился сознания. Ферокс разжал пальцы, и Ансгар мешком рухнул на пол. Повелитель задумчиво посмотрел на поверженного дракона. Что ж, его придется наказать. Попытка овладеть повелительницей, нападение на повелителя – за такое придется расплачиваться, и расплачиваться весьма дорого. Чтобы не послужило тому причиной – но это закон, а закон, как известно, суров.

Но это будет потом. А сейчас Фероксу надлежало разобраться как раз с причиной случившегося бедлама. А «причина» сидела на кровати Ансгара, пожав ноги, и смотрела на Ферокса испуганными глазами. Вот интересно, что же она ему сейчас расскажет?

Она рассказала. Уже после того, как Ферокс привёл Милену обратно в свой дворец, она сбивчиво рассказала ему, как Ансгар предсказуемо отказался от участия в этой афере со Светлым лесом, и как Милена не придумала ничего лучше, чем шантажировать его собственным телом. Ферокс слушал её, и чувствовал, как желание зарычать мешается в нём с желанием расхохотаться. Причем, расхохотаться нехорошим таким, полусумасшедшим смехом.