Повелительница с клеймом рабыни (СИ) - Трусс Анастасия - Страница 35

Глава 10.

Лекс был в мире демонов. Уже через несколько минут он был у меня.

- Я хочу продолжить с тобой разговор о Дайоне, – произнесла я, когда мужчина сел. – И об Адалиссе.

- Разве, мы в прошлый раз не всё обсудили? – выразил удивление Лекс, приподняв бровь.

- Как выяснилось, не всё. Лекс, ты ведь что-то знаешь. Об Адалиссе и Дайоне… Такое, о чём не знаю я. Верно?

- С чего ты сделала такой вывод?

- С того, что я не могу никому рассказать ни о желании Белой богини избавиться от тебя, ни о нашем разговоре, касаемо этого. Я словно… напрочь всё забываю, находясь с повелителями или на Совете. Это ненормально. Я уверена, что не страдаю ни провалами в памяти, ни рассеянным склерозом. Соответственно, мне может мешать только магия.

- И ты решила, что я должен что-то об этом знать?

- А ты хочешь сказать, что нет? – нехорошо прищурилась я. – Предупреждаю, Лекс. Если ты ничего мне не скажешь сам, то я заставлю тебя сказать своими методами.

- Будешь пытать? – как ни странно, мужчина был спокоен, не выказав какого-либо беспокойства.

Впрочем, как и я:

- Да, именно.

- А если выяснится, что я, на самом деле, ничего не знаю?

- Это маловероятно. Но, если это так… я извинюсь.

- Перед моим растерзанным телом? – скептически посмотрел на меня Лекс.

- Ну, почему же? Убивать я тебя не буду, в любом случае. Не потому что не хочу, а потому, что таким образом я выполню просьбу Дайоны на твой счёт. А мы, с некоторых пор, с ней совсем не ладим.

Лекс усмехнулся:

- Знаешь, Милена, иногда я скучаю по тем временам, когда тебе не то, что человека… птичку жалко было. На твои моральные мучения было довольно забавно смотреть.

Я холодно посмотрела на него:

- Не уводи разговор в сторону. Будешь рассказывать добровольно или нет?

- Конечно, буду. Я, всё же, не мазохист. И проверять на себе насколько хорошо ты усвоила уроки Велиара у меня нет никакого желания. Но… я мало что могу рассказать. И то, что я расскажу… Тебе, вряд ли, пригодится эта информация.

- Это уже позволь решать мне. Рассказывай, – велела я.

- Ну, похоже, что магия, действительно, не даёт тебе ничего рассказать кому бы то ни было. Думаю, так сделала Адалисса, когда поместила в меня часть своей силы.

- О чём ты говоришь? Какая ещё часть силы?

- Ты, разве, ничего не помнишь, Милена? Ты должна помнить, что я, когда-то рассказывал тебе историю моего знакомства с Чёрной богиней. И о том, что она просила меня остановить её, если она потеряет над собой контроль.

Я чуть напряглась, вспоминая. Да, такой разговор, действительно, был. Очень давно. Так давно, что детали стёрлись из памяти, да и он сам, практически, забылся. Если бы не напоминание Лекса, я бы и не вспомнила. Хотя, может дело было не в том, что прошло много времени? А в том, что на мне была печать Люцифера и Ферокса? Я, ведь, не помнила ничего, связанного с Адалиссой. Память обо всех эпизодах с ней стала возвращаться совсем недавно.

Я попыталась припомнить точно, о чём мне рассказывал Лекс. Но… ничего, кроме того, что Адалисса уничтожила человеческий город вместе со всеми жителями, я не смогла извлечь из своей памяти.

- Историю я помню, – наконец произнесла я. – Но ни о каких просьбах к тебе Адалиссы – нет.

- Ясно. Значит, печать двух повелителей, всё ещё, действует, пусть она и ослаблена. Что ж, тогда расскажу заново. Адалисса говорила мне, что обладает силой, используя которую, она может потерять над собой контроль и уничтожить, если и не всё, то очень многое.

«Хаос, – пришло мне на ум определение. – Вельзевул говорил на Совете, что Адалисса – воплощение чистого хаоса. Хаоса, который стремиться разрушить всё, независимо от воли его хозяйки».

- Адалисса заявила, что хочет, чтобы я предотвратил такое развитие событий, – продолжал Лекс. – Чтобы не позволил её силе обернуться катастрофой.

Слова наёмного убийцы показались мне глупостью, лишённой всякой логики:

- Это каким, интересно, образом? Адалисса – мать всех демонов. Богиня. Да, для человека ты силён, Лекс, но и только. Если бы Адалисса хотела, чтобы её кто-то остановил, не разумнее было бы для неё обратиться к кому-нибудь из бессмертных рас? К тем же демонам? Почему к тебе?

- Я не могу ответить на эти вопросы. Я, просто-напросто, не знаю на них ответа. Кем именно является Адалисса, я тогда ещё не знал. Это я узнал только от тебя. А тогда… Но я спросил её – почему именно я. Она ничего мне на это не сказала.

- И, тем не менее, ты согласился выполнить её просьбу. Зачем?

Хотя, я и называю это «просьбой», но, на самом деле, Адалисса моего согласия не спрашивала. Она подошла ко мне, положила свою ладонь мне на грудь и… Это сложно объяснить словами, но я почувствовал, что часть какой-то невообразимой силы перешла в меня. В тот момент я понял, что, действительно, могу остановить её. Не знаю – навсегда или нет, но могу.

- Так вот почему Дайона желает твоей смерти, – поняла я.

Я глубоко задумалась. Передо мной, теоретически, сейчас сидел ключ решения проблемы Адалиссы. Но, судя по всему, я никому не могла об этом рассказать – магия надёжно защищала Лекса, не давая мне при ком-либо даже заикнуться о нём. Другой вопрос стоял в действительной пользе этого знания. По всему выходило, что Мейснер сможет остановить Чёрную богиню лишь тогда, когда она проснётся и полностью завладеет моим телом. До этого момента, по сути, убийца был для меня бесполезен. А после… после – тем более. Даже если «остановить Адалиссу» не означает уничтожение физического тела (в чём лично я сильно сомневалась), всё равно, было неизвестно – смогу ли я вернуться. Вполне возможно, что я исчезну сразу и безвозвратно, как только Чёрная богиня вступит в свои права.

- Ты был прав, Лекс, – вынуждена была признать я. – Эта информация для меня бесполезна. Я не смогу никак ею воспользоваться. Ни рассказать, ни применить… Но почему ты мне не рассказал этого сразу? Тогда, после сна с Дайоной?

- Именно из-за её бесполезности. Проку тебе от неё никакого – только лишние мысли.

- Ладно, но в следующий раз, если я узнаю, что ты намерено мне что-то не сказал, я сделаю то, чего хочет Дайона. И, поверь мне, буду делать это очень медленно.

- Я тебя понял, Милена. – Мейснер встал. – Я тебе ещё нужен?

- Нет. Свободен на сегодня. А, хотя, постой, – остановила я его. – Ответь мне ещё на один вопрос. Эта история с Адалиссой и частью её силы… Все эти годы ты оставался со мной именно из-за неё?

- Верно. Поэтому я оставался с тобой, – ответил Лекс. – И останусь до тех пор, пока всё полностью не решится.

- Но, почему? Ты же сам сказал, что не соглашался, на самом деле, исполнять просьбу Адалиссы. Почему же теперь, ради её исполнения, ты идёшь на риски, живя среди враждебной расы?

- Мне интересно. Мне давно наскучил мир людей, где для меня реальной опасности, практически, нет. Там некому пощекотать мне нервы. А здесь… меня могут убить в любой момент. Одно неверное действие и всё – конец.

- И тебе это нравится? – я покачала головой. – Порой мне кажется, что ты ещё более безумен, чем Рейф.

- О, нет, Милена, – мужчина хмыкнул. – Ты слишком высокого обо мне мнения. Этого психа мне в безумии не переплюнуть.

Лекс ушёл. А ко мне на колени залез Блэк. Поглаживая чёрную шерсть довольного демонёнка, я задумалась. То, что мне рассказал Лекс, было абсолютно бесполезным. Я и словом никому об этом обмолвиться не могла. Да и использование Мейснера означало конец для меня. Получалось, что об этом разговоре можно было благополучно забыть и не вспоминать. По крайней мере – пока.

Мой взгляд зацепился за небольшой серебряный ключ, лежащий на столе. Кажется, он был от зеркальной комнаты – единственной комнаты во дворце с зеркалами.

«Ключ, – повторила я слово про себя. – Сон о ключах и вратах… Люцифер сказал, что это был не обычный сон. Что он чувствовал магию. И потом он об этом очень долго рассуждал. И что повелитель имел в виду, говоря: «Свет, рождённый тьмой… Могут ли эти слова относиться к светлой человеческой душе, порождённой отцом-демоном?». Ясно, что он говорил обо мне, но… Да и сам этот сон… и эти врата… Адалисса приказала мне уходить и не возвращаться».