Безудержный ураган (СИ) - Игнис Данта - Страница 54

Молодая стройная девушка оттолкнула носком ноги большую сумку, что стояла у двери, и выскочила из квартиры. Отбросив за спину темно-рыжие, почти каштановые, косы, Крозалия легко сбежала вниз по извилистой узкой лестнице. В ее внешности можно было найти только два недостатка: излишне прямую осанку и чересчур тяжелый взгляд. Но, с тем же успехом, эти несовершенства могли показаться и изюминкой. Сегодня великий день, сегодня она закончила десятилетнее обучение в Хистринской академии магии, и, видят боги, это стоило отметить.

В маленьком, но уютном баре за углом уже ждали друзья. И вечер утонул в звуках громкой музыки, крепких напитках и терпкой печали по пройденному этапу жизни.

Проснулась Крозалия от того, что назойливый луч Таноса светил прямо в глаза. Головка девушки покоилась на огромной мускулистой руке. Она усмехнулась, оглядываясь на ее обладателя. Вечер вчера закончился также бурно, как и начинался. Этот моряк был красив, как бог. Его корабль частенько швартовался в порту, и чародейка не впервые оказывалась с ним в постели. Она положила руку на широкую мужскую грудь, медленно провела вниз, наслаждаясь ощущениями, и легко выпорхнула из кровати.

— Крозалия, дорогая, уже уходишь? — потянулся за ней любовник, проснувшись.

— Прости, но у меня сегодня много дел, — ответила магичка и наклонилась поцеловать парня перед уходом. Две огромные руки схватили ее и увлекли в глубины постели, погребя под своим телом.

— Пойдешь, чуть позже, — хрипло прошептал мужчина, находя ее губы.

Вырваться не было никакой возможности. Никакого желания.

Спустя час Крозалия стояла у выхода.

— Увидимся вечером? — спросил моряк, потягиваясь и игриво поглядывая на нее из постели.

— Боюсь, на этой неделе не выйдет. Я слишком занята, — ответила девушка и отвела взгляд.

— Но как же? Мы отплываем через три дня! — вскинулся парень.

— Значит, увидимся в следующий раз, — быстро сказала Крозалия и выскочила за дверь. Там она на минуту замерла, схватилась за прохладные перила и несколько раз глубоко вдохнула. Вечером ей предстояло ступить на борт корабля, плывущего в Шантах. И больше никогда в жизни не увидеть своего моряка. Но чародейка не любила прощаний. Не выносила. С тех самых пор, когда отец буквально силой оторвал ее десятилетнюю от матери и отправил учиться в Хистрию. Потом она видела мать раз в год. Та приезжала на неделю. И злиться на отца чародейка давно перестала. Он был прав, ее ждала другая судьба — полная магии и потрясающих открытий. А для этого нужно было постараться и чем-то жертвовать.

Возвращение в Шантах не было похоже на возвращение домой. За десять лет учебы ее домом давно стала Хистрия, и теперь здесь все казалось чужим и незнакомым. Шумный и многолюдный Привол по крайней мере напоминал атмосферу к которой Крозалия привыкла. По просторным мощеным улицам люди передвигались пешком или в ярких резных экипажах. Чародейка некоторое время просто стояла сбоку улицы и наблюдала за городом. Ей показалось забавным, что каждый раз, когда лошадь облегчит желудок, возница останавливает экипаж и вскакивает, чтобы убрать навоз. Причем оповещает его об этом простенькое зачарованное устройство, встроенное в браслет на руке. Магичка усмехнулась, в душе понадеявшись, что в лабораториях Привола, куда ее уже пристроил отец, она будет заниматься совсем не такими исследованиями.

Отец Крозалии, Ежинис, дал ей отдохнуть всего пару дней и отвел на работу. Работать чародейке предстояло не с ним, а в отделе по изучению магии телепортов. С одной стороны это казалось интересным, а с другой — это была такая область — на грани с фантастикой. Телепорты были возможны только в теории, создать же их на практике еще никому не удавалось. Поэтому совершить здесь прорыв означало заслужить вечную славу, но намного более вероятной была перспектива провести множество времени за бесполезными попытками чего-либо добиться.

Главу отдела и ее непосредственного начальника звали Стайн. Он понравился чародейке с первого взгляда. Она и сама бы не смогла сказать почему, на уровне ощущений. Просто ее тело начинало волноваться при виде мага и никакие доводы разума тут не помогали. Он был высоким, стройным и молодым. Поразительно молодым для такой должности, а значит очень умным. Но двадцатилетней Крозалии он казался весьма зрелым в свои тридцать. Что только придавало ему очарования и даже отгоняло прочь слишком свежие воспоминания об объятиях горячего морячка.

А вот Стайн воспринял Крозалию, как обузу, бесполезную и глупую протеже известного ученого. Он не верил, что ум передается по наследству так уж часто, как хотелось бы.

— Похоже, что в лучших лабораториях мира не хватает желторотых птенцов, поэтому ты решила залететь к нам? — совсем не приветливо поздоровался Стайн, насмешливо поглядывая на Крозалию сверху вниз.

Брови чародейки взметнулись, впрочем, удивление быстро прошло, и она ответила, обворожительно улыбаясь:

— Не знала, что тут работают такие самовлюбленные нахалы, хотя, это не помешало бы мне сюда залететь в надежде, что они столь же умны, как и напыщенны.

Стайн посмотрел на нее, прищурившись.

— Сегодня будешь мыть мензурки, — коротко отрезал он и отправил к лаборантам.

Вот тут Крозалия чуть не взорвалась. Мыть мензурки! С ее-то образованием и подготовкой! Однако устраивать скандал в первый же день было не вариантом, пришлось укротить свой гнев.

Спустя два месяца чародейку уже уважали все, включая начальника. Да и работали они вместе над проектом Крозалии, который, правда, был существенно улучшен самим Стайном. Их совместная работа давала надежду на долгожданный прорыв в сфере создания телепортов. И они трудились день и ночь, иногда, забывая делать перерывы на обед или сон.

Несколько сотен опытов остались позади, но никаких подвижек так и не удалось добиться. Ученые как раз завершили очередной опыт, закончившийся неудачей. Крозалия была разочарована. Стайн злился. Он ходил по лаборатории, едва сдерживая желание что-нибудь разрушить, а чародейка сидела и наблюдала за ним, опершись головой о ладонь. Закатанные рукава тонкой белой рубашки открывали удивительно сильные для ученого руки, а расстегнутые верхние пуговки чуть обнажали широкую грудь. Крозалии вдруг захотелось прикоснуться к нему, успокоить, провести рукой по этим растрепанным светлым волосам. Она подошла к нему совсем близко, положила ладонь на шею, а другой провела по виску и прикоснулась к губам.

— Может быть, нам стоит сделать перерыв? И позже окинуть проблему свежим взглядом? — тихо спросила чародейка и потянулась к губам мужчины. Его руки вдруг обхватили девушку за талию и крепко прижали к себе. Голова закружилась от пьянящего-страстного поцелуя, который, казалось, сбил их обоих с ног, заставляя сделать долгий перерыв прямо тут, на полу лаборатории. А потом еще один.

Их передышка продлилась неделю, после чего они решили возобновить работу и для начала повторить несколько старых опытов.

— Когда мы вернулись к исследованиям, опыты, которые проводили сотни раз до этого, неожиданно стали давать совсем иные результаты, — полностью погрузившись в воспоминания, неторопливо рассказывала Криза. — Мы радовались, как дети, хотя ощущение неестественности происходящего не оставляло нас и настораживало. Как ученые, мы не могли не задаваться вопросом: что изменилось? Но не находили на него ответа… Нам удалось создать устойчивый телепорт, который исправно работал на небольших расстояниях. Пока совсем небольших, буквально из одной лаборатории в соседнюю, но и это было потрясающим прорывом. Все шло отлично, пока я не встретилась с отцом, которого не видела уже около двух месяцев. Он работал над каким-то секретным проектом в центральных лабораториях, куда вход был разрешен только избранным…

— Любимый, не задерживайся, — проворковала Крозалия, страстно целуя Стайна в губы. — Сегодня Марайн и, если мы с тобой не хотим попасть в Гэрт, то стоит умилостивить богов.

Стайн рассмеялся.

— Я люблю тебя, но если ты веришь в богов, то пересмотрю это.