Плоть и кости - Мэйберри Джонатан - Страница 2

Принимая во внимание и то, что все, с кем доводилось встречаться Бенни, в той или иной степени несли на себе печать смерти, ему следовало смириться со смертью Тома.

Следовало.

Но…

Хотя Том погиб во время сражения при Геймленде, он не восстал и не превратился в зомби. И это не поддавалось логическому объяснению. В целом это было замечательно, и ему следовало быть благодарным за это благословение… но он не испытывал благодарности. Он был сбит с толку. И напуган, потому что не представлял, что это значит.

И это было абсолютно бессмысленно. И полностью противоречило тому, что Бенни узнал за свои неполные шестнадцать лет. С той самой Первой ночи все, кто погиб, не важно, какой смертью, превратились в зомби. Абсолютно все. Без исключения. Именно так обстояли дела.

Но здесь что-то пошло не так.

Том не восстал из мертвых, не вернулся к ужасному подобию жизни, которую люди окрестили «живой смертью». То же самое произошло и с убитым мужчиной, на которого они наткнулись в лесу в тот день, когда покинули город. И с некоторыми из охотников за головами, погибшими в сражении при Геймленде. И Бенни не понимал почему. И никто этого не понимал. Это была загадка, пугающая и одновременно дающая надежду. Ужасный и странный мир стал еще более непонятным.

Внезапное движение оторвало Бенни от размышлений, и он заметил, как в тридцати метрах от него из леса на вершине холма появилась фигура. Он замер, пытаясь понять, заметил ли его зом.

Если только это был зом.

Это была высокая стройная фигура, судя по всему, женщина, и очевидно, что она была живой. Она была одета в черное: свободную блузку с длинными рукавами и брюки. Все ее тело было обвязано множеством тонких алых полосок. Эти полоски виднелись повсюду — на лодыжках, ногах, туловище, руках, шее. Полоски ярко-алого цвета трепетали на ветру, и в какое-то мгновение начинало казаться, что она сильно ранена и кровь неровными пятнами проступает сквозь полоски бинтов. Но стоило ей выйти из тени на солнечный свет, Бенни увидел, что это всего лишь красные куски ткани.

Спереди на ее блузке был белыми нитками вышит какой-то узор, но Бенни не мог различить подробности.

Они с друзьями уже несколько недель не встречали живого человека, и здесь, в этих бесплодных землях, гораздо вероятнее было столкнуться с враждебным отшельником, чем с дружелюбным путником. Он застыл на месте, пытаясь понять, заметила ли его женщина.

Она прошла несколько шагов по полю и бросила взгляд в сторону рощицы высоких пихт у подножия холма. Даже издалека Бенни сумел разглядеть, что женщина красива. В ней было что-то царственное, как на картинах, изображавших королев, которые он видел в старых книгах. Ее лицо с кожей оливкового цвета обрамляли густые и блестящие черные волосы, развевавшиеся на ветру в унисон с алыми полосками ткани.

Солнечный луч вспыхнул серебряным пламенем на небольшом предмете, который висел на цепочке у нее на шее. Бенни был слишком далеко, чтобы разглядеть его, но ему показалось, что эта небольшая вещь похожа на свисток. Однако, когда женщина поднесла ее к губам и дунула, он не услышал ни звука, но внезапно птицы и обезьяны, сидевшие в ветвях деревьев, принялись возбужденно шуметь.

А затем произошло нечто такое, отчего Бенни ощутил нахлынувшую волну ужаса, и все остальные мысли мгновенно улетучились. Следом за женщиной из леса вышли еще три фигуры. Их одежда тоже развевалась на ветру, но всего лишь потому, что была изорвана в клочья в схватках, во время непогоды и пострадала от безжалостных когтей времени.

Зомы.

Бенни медленно поднялся с камня. Стремительные движения всегда привлекали мертвых. Зомби были уже в десятке шагов от женщины и неуклюже приближались к ней. А она, казалось, совершенно не догадывалась об их присутствии, продолжая пытаться извлечь звук из своего свистка.

Еще несколько фигур показались на опушке леса. Еще больше мертвецов. Они продолжали появляться, словно вызванные из ночных кошмаров его нарастающим ужасом. У него не оставалось выбора. Необходимо было предупредить ее. Мертвые уже наступали ей на пятки.

— Леди! — завопил он. — Бегите!

Женщина вскинула голову и бросила взгляд на колыхавшуюся траву, где стоял Бенни. На мгновение все зомби застыли на месте, ища того, кто кричал.

— Бегите! — снова завопил Бенни.

Женщина отвернулась от него и взглянула на зомби. Теперь их было по меньшей мере сорок, и все больше новых фигур появлялось из чащи. Зомы двигались с нелепой неуклюжестью, которая всегда ужасала Бенни. Словно плохо управляемые куклы. Они вскинули руки, приближаясь к живому телу.

Однако женщина медленно отвернулась и снова взглянула на Бенни. Зомби наконец поравнялись с ней.

— Нет… — выдохнул Бенни, не в силах вынести зрелище еще одной смерти.

Но зомби проковыляли мимо нее. Она застыла на месте, а их волны огибали ее с двух сторон. Они не схватили ее, не попытались укусить. Они не обращали на нее внимания, лишь слегка отклонялись в сторону, чтобы не налететь на нее, и продолжали спускаться с холма.

К Бенни.

Ни один из них не прикоснулся к женщине и даже не взглянул на нее.

Бенни застыл на месте от изумления, почти позабыв про меч, который все еще сжимал в руке.

Что же с ней такое? Неужели она одна из них, а вовсе не живой человек? Возможно, она использовала кадаверин[1]? Или же обладала какой-то особенной силой, которая заставила мертвых отказаться от доступного угощения ради живого человека, который застыл на месте с открытым ртом у подножия холма?

«Беги!»

Эта мысль взорвалась в его голове, и на какое-то безумное мгновение Бенни показалось, что он услышал громкий окрик Тома.

Пошатнувшись, словно от удара, он развернулся и бросился бежать.

3

Он мчался сломя голову.

У него не оставалось времени разгадывать загадки. Он понесся с холма быстрее зайца, а толпа мертвых, издав голодный вопль, ринулась следом.

Внезапно прямо на тропе перед ним из высокой травы возникла фигура зома. Бенни никак не мог избежать столкновения с существом, несясь по склону вниз, и потому он вжал голову в плечи и изо всех сил ударил зомби плечом, словно пытался протиснуться через линию нападающих на школьном футбольном поле. Мертвец отлетел назад, и Бенни на полном ходу перепрыгнул через поверженное существо.

Новые зомби появились со всех сторон из высокой сорной травы и, спотыкаясь, ковыляли к нему из-за больших валунов. Бенни по-прежнему сжимал в руке меч Тома, но ему ужасно не хотелось использовать его против них. Только в том случае, когда уже не оставалось выбора. Эти создания не были злыми, они были мертвыми. Безмозглыми. Изрубить их в куски для того, чтобы упокоить навсегда, казалось ему… неправильным. Он знал, что они не испытывают боли и им все равно, но Бенни все равно ощущал себя каким-то злобным тираном.

Но, с другой стороны, речь шла о выживании. Когда трое мертвецов приблизились к нему, он не сумел пробиться сквозь их цепь, и его рука, державшая меч, почти машинально взвилась вверх. Клинок обрушился на протянувшиеся руки, и отрубленные ладони взлетели вверх, хватая воздух. Проворно развернувшись, он нанес резкий удар сбоку, и отрубленная голова зомби скатилась в кусты. Еще один удар заставил третьего мертвеца завалиться на бок, одна его нога оказалась разрублена посередине бедра.

— Простите! — крикнул Бенни, рванувшись вперед мимо поверженных зомби.

Но отовсюду к нему двигались другие.

Их было слишком много, и они окружали его со всех сторон. Ледяные пальцы коснулись его лица, пытаясь схватить Бенни за волосы, но парень размахивал клинком, виляя между мертвыми телами, чтобы поскорее выбраться на открытый участок земли.

Зацепившись ногой о камень, он споткнулся, и меч выскользнул из его руки, с громким звоном покатившись вниз по склону.

— Нет! — завопил он, когда оружие исчезло в высокой траве.