Костяной скульптор (СИ) - Розин Юрий - Страница 16

Поднявшись и глубоко вздохнув, я начал долгий, муторный и крайне неприятный процесс слияния. В отличие от зуда, которым сопровождалось присоединение новых костей, объединение приносило настоящую и довольно сильную боль. И мне предстояло испытать эту боль на каждой косточке своего организма при каждой интеграции. А это, между прочим, больше тысячи раз.

Мне было жалко Жюстину, но ничего поделать с этим я не мог. Она жила в моей голове и испытывала то же, что и я. По крайней мере, судя по всему, до нее боль доходила сильно приглушенной.

Можно задаться вопросом: “А зачем мне понадобилось так заморачиваться и усиливать весь скелет? Неужели нельзя было обойтись, к примеру, только руками и ногами?” И я бы сразу ответил: “Нельзя было бы”. И причина была достаточно проста: пушка на картонной подставке долго не простреляет. Пусть в итоге я не получу силу шести мужчин, но точно стану намного-намного сильнее. А потому, останься мое тело обычным, оно бы не выдержало таких нагрузок.

А потому мне был уготован марафон боли.

Начать я решил с самых труднодоступных участков: позвоночника, лопаток, копчика. Последний, вполне возможно, было и правда бессмысленно усиливать, но раз уж я взялся… пару костей туда, пару сюда, какая разница? С каждой новой костью я прямо чувствовал, как тело становится сильнее. Меня переполняла энергия, хотелось прыгать и бегать, несмотря на непрекращающуюся боль.

Обрадованный таким эффектом, я продолжил. Следующими на очереди стали ноги. Пять раз я ощущал, словно каждую кость в них пилят ржавой пилой, но терпел ради получения силы. Наконец с ногами тоже было покончено. Желание пуститься бегом куда глаза глядят усилилось десятикратно. Приказав себе сидеть смирно, я принялся за руки.

Пальцы, кисти, предплечья, плечи, ключицы… меня переполняла мощь. Но оставалась еще одна, последняя деталь.

Черепа. Жюстины мне было вполне достаточно, превращать свое сознание в многоквартирный дом мне не улыбалось. Однако оставлять голову слабым местом я тоже не мог. У меня было предположение, что Жюстина осталась в своем черепе потому, что ее лишили артефакта возврата и ее смерть стала окончательной, то есть большинство скелетов в этом подземелье не должны иметь внутри себя запечатанных личностей. Но полностью уверен в этом я быть не мог.

В конце концов, приободрив себя фразой “Кто не рискует, тот не надирает задницу молотометам”, я приставил первую черепушку ко лбу и принялся ждать, настороженно прислушиваясь к своим ощущениям и готовый по первому же неблагоприятному сигналу оторвать чужую голову от своей. Однако все прошло благополучно, как я и думал, даже после полного слияния Жюстина осталась единственным моим собеседником, что не могло не радовать. Остальные черепушки были поглощены быстрее, хотя и не без опаски.

И вот, все было завершено. Результат многодневного копания в горе мусора и многочасовой пытки был на лицо. Осторожно, чтобы привыкнуть к новому телу, я подошел к куче отбракованных скелетов и взял в руки не пригодившийся череп. Растягивая как только можно секунды предвкушения, я положил его на вытянутую руку и вгляделся в пустые провалы глазниц. А затем, приложив совсем немного усилий, раздавил черепную коробку как перезрелый апельсин. Стараясь скрыть дрожь восторга, я раскрыл ладонь, давая мелкой стружке упасть на пол.

— Это было очень круто… — Жюстина, похоже, была впечатлена не меньше моего, раз позабыла про свой высокопарный слог.

— Полностью согласен. Давай попробуем еще кое-что. — Мне не терпелось испытать свое новое тело на чем-нибудь еще.

Выхватив из груды неплохо сохранившийся меч, я со всего размаху ударил себя по руке. Вот только кость не сломалась и во все стороны не брызнули осколки. Лишь небольшая выщерблина, начавшая почти сразу зарастать, свидетельствовала об ударе. Клинок же, все-таки подпорченный коричневым врагом любого металла, с громким хлопком сломался пополам. Может быть у моих будущих противников будет оружие поострее, но ведь и силы моей не будет. Встречаться с кем-то вроде человека-молота я пока не собирался.

Остался последний опыт, которых я хотел провести до того, как уберусь отсюда. В процессе разгребания свалки, я докопался до самого дна и сейчас стоял не на куче костей и стали, а на твердом каменном полу, достаточно ровном и гладком. И от него до края ямы было добрых четыре метра. Согнув колени, я примерился и выстрелил своим телом как из пушки. В результате отметка в четыре метра осталась далеко позади, не сумев поменять положение в воздухе, я шлепнулся на край обрыва с почти метровой высоты. Не сказать, чтобы это как-то мне навредило, разве что Жюстина не удержалась от язвительного замечания. Но даже если бы в процессе я сломал себе пару костей, я все равно был бы рад как мальчишка, получивший в подарок заветную игрушку. Я прыгнул с места вверх почти на пять метров и это не было пределом. Подобная сила была недоступна ни одному человеку.

С трудом подавив победное “Да!”, я отправился в тот тоннель, откуда меня притащил крот.

Глава 12

— Бей его! — Слышать собственный голос, вопящий слова одобрения было очень странно. Но приятно, этого нельзя отрицать.

Слова Жюстины касались, естественно, винтового крота, встретившегося мне на пути. Казавшаяся здоровой дура теперь едва доставала до колен, так что я не особо боялся ее. Как выяснилось, зря. Мое старое предположение, что эти клыкастые сосиски могут двигаться куда быстрее, чем показывают, полностью подтвердилось. Растопырив в стороны свои ласты и отталкиваясь ими от стен, крот рванул на меня с очень неслабой скоростью.

К счастью, мы находились в тоннеле, прогрызенном большим боссом, так что я мог стоять почти в полный рост. Иначе первым, что оказалось на пути огромных зубов, была бы моя голова, а не нога. Я ощутил, как вокруг кости сжимаются промышленные тиски. Сила сжатия челюстей у этих тварей была невероятной. Однако и мой скелет теперь был куда прочнее. Кость не сломалась, получив лишь несколько выщерблин, а тут уже и я включился в противостояние.

Сложив кулаки в замок, я со всей дури врезал по черепу крота. Кость монстра по прочности могла бы сравниться с листом стали, но все равно по коридору разнесся характерный треск, а моя нога ощутила, как разжимается мертвая хватка. Похоже, тварь не ожидала такого отпора, а также того, что тело противника выдержит напор его зубов.

Ударив еще трижды, я добился желаемого эффекта: мои руки по локоть утонули в черепушке винтового крота. Монстр мгновенно опал грудой костей. Я ощутил, как в меня вливается энергия конструкта. Было ли это связано с тем, что кроты могли предоставить новые ее объемы или же с тем, что ко мне возвращалась истраченная на эксперименты сила, я не знал. Однако сам процесс мне очень нравился. Словно в жаркий летний полдень после утомительной работы прикладываешься к кружке с обжигающе холодной водой.

Из ямы я прихватил несколько более-менее целых тряпок, за неимением лучшего они должны были сыграть роль рюкзака. Усевшись около бывшего монстра, я с большой тщательностью перебрал все его кости и отобрал те, что могли мне подойти.

Теперь я не мог просто баловаться с костями, снова и снова перестраивая свое тело. Во-первых, на каждую кость мне нужно было найти несколько двойников, чтобы она соответствовала силе остального тела, а носить с собой груды скелетов я не мог. Во-вторых, я и не собирался больше бездумно экспериментировать, добавляя такие части, как руки-позвоночники или вдвое увеличивая количество ребер.

Да, это смотрелось круто и было в чем-то полезно, но встреча с молотом показала, что истинная сила в другом. Может потом, когда я окончательно разберусь в этой системе, выясню все тонкости, узнаю все правила… может тогда в моих силах будет построить тело кардинально отличающееся от человеческого, но при прочих равных бывшее куда сильнее. Но пока у меня не хватает на это ни знаний, ни возможностей. И лучше не спорить с природой, ведь она неспроста создала человека именно таким.