Костяной скульптор (СИ) - Розин Юрий - Страница 7

Довольно скоро я научился примерно определять ее количество и объем использованной части, а также смог более-менее разобраться, какая кость “сжирала” больше энергии. На самом деле все было довольно просто: чем больше была сама кость и чем важнее она была для живого человека, тем больше она “стоила”. Бедренная кость была дороже плечевой, но дешевле пары ребер. Именно поэтому тогда от такой масштабной перестановки ребер моя энергия подошла к концу.

Пока моя система работала, я решил ничего не менять в своем теле, потому как это было не нужно. Но что-то мне подсказывало, что такая спокойная жизнь продлится не долго и уже скоро мне придется перестраиваться снова для новых задач. В вопросах, касающихся ухудшения моей не-смерти, я редко ошибался. К сожалению, чем дольше я крошил черепушки скелетам, тем быстрее становилось понятно: энергия конструкта не будет втекать в меня бесконечно. Тот, самый первый скелет, как я теперь понимаю, дал мне больше всего энергии. Второй уже куда меньше, третий еще меньше… и так далее, пока я не понял, что энергии, выданной мне за уничтожение очередного черепка не хватит даже на самую маленькую косточку. В итоге, если считать энергию, что поддерживала мой оригинальный скелет, я увеличил свои запасы примерно вдвое, из чего я сделал предварительный, но скорее всего правильный вывод, что из скелетов не выдоить энергии больше, чем идет на один такой скелет.

Однако мои метания по подземелью состояли не только из истребления себе подобных. Еще я, если позволяла ситуация, охотился и на людей. У человечков часто можно было найти что-нибудь интересное. Венцом моей коллекции стала карта прилегающих территорий подземелья. И на ней, черным по серому, карта уже была не в лучшем состоянии, был нарисован проход на более низкий уровень этого самого подземелья. Долго объяснять, что было там, ниже, мне не нужно было. Более сильные монстры, более сильные человечки, больше вещей и, я надеялся, возможность снова начать копить энергию конструкта.

Мой путь лежал туда, в глубины, за новым оружием и новыми возможностями. И для начала я должен был стать как можно сильнее, чтобы не помереть там, внизу, ненароком. Пришла пора использовать все мои запасы, так что я, снова забившись в очередной закуток, принялся за новые опыты и надо сказать, постарался на славу.

Не знаю уж, откуда в моей голове возник этот образ, однако я точно знал, как это называется. Кентавр. Получеловек-полуконь. Конечно, скелета лошади мне тут было не найти, однако у меня получилось довольно успешно заменить конскую половину человеческими костями. Конечно, вместо копыт остались ступни, да и человеческие лопатки не были приспособлены для таких движений, но это было уже что-то. Я точно стал быстрее, да и внешне это смотрелось настолько странно, что можно было рассчитывать на шок со стороны человечков.

Самым приятным в моей конструкторской деятельности было то, что я мог проделывать со своими костями такое, что было бы в принципе невозможно, имей моя предельно анорексичная тушка мясо. В том плане, что если было примерно возможно представить приставленную к плечу ногу или кисти рук вместо ступней, то вот некоторые иные мои находки шли против вообще любого здравого смысла.

К примеру, после какого-то момента мне стало интересно, что будет, если прикрепить к руке позвоночник. Сращение плечевой кости и последнего поясничного позвонка длилось почти полчаса. Все-таки это были слишком разные части тела. Однако в конце концов процесс завершился удачей. Приспособиться к ставшей похожей на хлыст руке было очень непросто. Я возился больше суток, чтобы просто удерживать ее ровно, но сам факт того, что такое возможно, был по-настоящему удивительным. К сожалению, от такого пришлось отказаться, позвоночник требовал слишком много энергии конструкта, как главная ось организма и иметь их вместо рук было для меня сейчас непозволительной роскошью. Однако приделать изнутри таза еще одну руку, которая бы держала передо мной щит, позволяя мне одновременно сражаться обеими конечностями никто не запрещал. Да, сам процесс приращения продлился туеву хучу времени и сопровождался уже довольно ощутимыми болями, но это того стоило.

К счастью для ученых, которые найдут мой скелет замурованным в камне лет эдак через миллион, больше настолько неадекватных задумок я использовать не стал. Во-первых потому, что мне самому было немного стремно от торчащей прямо из живота, пусть и отсутствующего, руки, а во-вторых потому, что такие новшества были очень сложны в управлении. Когда я попытался прикрепить еще одну руку к копчику кентавра, чтобы сделать вооруженный булавой хвост, просто на то, чтобы понять, как ей в принципе двигать, ушел почти день. Так что, если не считать держателя щита, я ограничился достаточно сильными, но однако не кардинальными изменениями.

И, пожалуй, для любого человека я теперь показался бы невероятно страшным. Кентавр, с длиннющими трехсоставными руками, способными доставать вообще куда угодно и более чем двадцатью парами ребер, закрывавшими все, что раньше было животом и торчащей сквозь эту костяную стену рукой, которую я для прикола постоянно сжимал-разжимал. Да, я перебрал свой позвоночник, заменив большинство позвонков на грудные, так чтобы к ним можно было легче прикреплять ребра. Конечно, внутренних органов у меня не было и защищать мне было нечего, однако все равно, такая броня была довольно полезной, хотя бы для того, чтобы в ней застревали вражеские клинки.

Навьючив на себя несколько сумок с запчастями, оружием и броней: мало ли что я переделаю и тогда что-то из этого может стать снова полезным, я отправился в путь. Мои ожидания полностью оправдались, с новым телом я стал намного сильнее. Мои атаки теперь были совершенно непредсказуемы, а скорость значительно выросла. Легко разбив в качестве эксперимента отряд из четырех скелетов за раз, я полностью удовлетворился своим прогрессом. Можно было спускаться на второй уровень подземелья.

Глава 6

Ох черт… о таком меня не предупреждали.

Выход на следующий уровень подземелья был… забит, чего уж там, под завязку забит сражающимися. Не меньше пары тысяч скелетов рубились с адекватным количеством человечков. Заклинания вспыхивали по несколько раз в секунду, слышались крики боли и воодушевляющие возгласы, скрежет металла и хруст костей. Люди с боем продирались сквозь толпы скелетов к широкому проходу в дальней стене. Стоило им зайти за некую невидимую черту, как костяшки сразу теряли к человечкам всякий интерес. Однако ничуть не меньше мясных мешков оставались лежать тут, под ногами у сражающихся.

А теперь вопрос. Как, мать вашу, мне туда попасть!? Скелетам на меня плевать, но ведь для людишек моя мягко говоря странная фигура словно мишень в тире! Стоит мне выйти из небольшого тоннеля, который моя увеличившаяся туша занимала почти полностью, как больше пяти сотен пар глаз тут же вперятся в меня. А это верная… смерть… Надо будет для этого слова тоже подобрать мой вариант.

Ладно, отвлекся. Ну вот что мне прикажете делать? Проход был только один, никаких потайных ходов на карте не было, и я сомневаюсь, что они были в реальности. А даже если бы и были, пока я буду их искать — меня точно на костяную труху покрошат. Ох, черт… напролом, что ли, лезть? Я быстрый, авось пронесет, а там юркну в какой-нибудь проход и поминай как звали… больше в голову ничего не идет. Ну, как говорится, кто не рискует, тот не упивается человеческой кровищи! Не так говорят, я знаю. Но шампанского мне тут точно никто не нальет, вне зависимости от приложенных мной усилий. Так что — кровища.

Эх!

.

У входа на второй уровень Подземелий Некроманта, как и всегда, шел бой. Скелеты, казалось, появляющиеся из ниоткуда, продолжали защищать проход от любого. Чтобы продраться через толпу костяных воинов нужно было обладать немалой силой или же состоять в отличной команде, иначе ты оказывался с ржавым мечом в печени быстрее, чем успевал позвать мамочку. К счастью, печати возрождения, выдаваемые каждому, кто отправлялся на покорение подземелий, позволяли свести количество жертв к нулю, однако вещи приходилось каждый раз покупать заново, так что помирать никому не хотелось. На самом деле, первый уровень был, по сути, рутиной. Кроме пустоголовых скелетов тут никого не было, даже в качестве последнего препятствия были они же, просто в огромном количестве. Так что основная трудность состояла именно в постоянном напоре костяных солдат.