В сетях соблазна (ЛП) - Блэк Шайла - Страница 56

Поэтому теперь ей нужно было придумать, как убедить Романа, что им нужно остаться в деревне на ночь, а не возвращаться в Лондон. Конечно же, они рано уйдут спать, потому что она так устала. Как только он заснет, она ускользнет.

Роман вышел из небольшого отделения полиции, он настоял, что они обязательно должны туда зайти.

— Это была пустая трата времени. У них тот же полицейский отчет, который я читал сотни раз. Алкоголь в крови Констанции в пять раз превышал допустимый уровень, и так далее. Но когда я спросил полицейского, как она могла проехать хотя бы милю, будучи столь пьяной, он пожал плечами и сказал, что видел и не такое.

Вероятно, Романа бесило то, что он не может использовать здесь свое положение, чтобы одним щелчком пальца заставить людей следовать его приказам. Он так привык к этому.

— Тебе удалось поговорить с офицером, который писал отчет?

— Хочешь — верь, хочешь — нет, но в прошлом году он вышел на пенсию и теперь живет на Арубе, — ответил Роман. — Ладно. Давай съездим к месту аварии. Я мало чего заметил, когда мы проезжали мимо него раньше, и, вероятно, там нет ничего интересного, все-таки это было много лет назад, но я чувствую, словно мы должны проверить, вдруг полиция не заметила что-нибудь важное на дороге или в окрестностях. Я пообещал Заку быть максимально внимательным. Потом мы можем вернуться в Лондон, пока не еще не совсем стемнело.

— Или мы можем поговорить с местными, — предложила она. — Деревушки, подобные этой, похожи на маленькие американские города. Их обитатели хорошо помнят такие события. Держу пари, кто-то помнит ту ночь. А посетив то место, мы, возможно, поймем, с кем нам следует поговорить.

Он открыл перед ней дверь.

— Я думал о том, чтобы распросить местных. Это не такая уж ужасная идея.

Это была гениальная идея, спасибо большое, но она привыкла к его скупым похвалам.

— Я знаю, что тебе нужно сегодня вечером вернуться в Лондон, но я могу остаться на некоторое время. Я видела гостиницу на окраине города. Я попробую снять номер. Завтра я пройдусь по магазинам и пообедаю в местном пабе, посмотрим, что я смогу обнаружить.

Роман захлопнул за ней дверь, и прежде, чем она успела опомниться, скользнул на сиденье рядом с ней. Он завел двигатель, и они снова поехали по дороге, связывающей деревню и клинику, чтобы ближе взглянуть на место аварии.

— Что ты задумала, Августина?

— То же самое, что и ты — пытаюсь проводить расследование, не привлекая слишком много внимания, — осторожно ответила она. — Если ты беспокоишься о том, что я останусь одна, позвони Эверли. Она работала в охране, и она не такая пугающая. Мы скажем всем, что у нас поездка для девочек. Люди будут рады с нами поболтать.

С Эверли она сможет договориться. Жена Гейба — не дурочка, и будет относиться к Тине как к взрослому человеку.

— Да, я уверен, что Гейб вряд ли поблагодарит меня за это. — Роман повернул направо, не сводя глаз с узкой, холмистой дороги. Тем не менее, она чувствовала, что он, словно давит на нее. — Я уже могу представить этот разговор. ‘Эй, приятель, моя девушка хочет втянуть твою в кучу неприятностей и опасностей. Что ты сказал?'

— Не нужно издеваться. — Она должна была догадаться, как он отреагирует. Все эти мужчины, казалось, думали, что их женщины сделаны из стекла.

Тина вздохнула. Она успеет уехать в Лондон и вернуться сюда до полуночи? Она не упустит эту возможность. Если кто-то хотел разыграть Уотергейт, Тина с удовольствием ему подыграет.

— Прости. Я не говорил, что это плохая идея. Просто не думаю, что Гейб обрадуется, что я заманиваю Эверли в ситуацию, в которой может потребоваться мешки для трупов. Так уж получилось, что я забронировал номер на ночь в той гостинице. Если ты собираешься остаться, то я с тобой. Я буду держать рот на замке, раз уж ты думаешь, что я отпугиваю людей. Можешь говорить, что я твой немой парень или что я не говорю по-английски. Черт, половину того времени, что я нахожусь в Великобритании, я и сам сомневаюсь, что умею на нем говорить. Как-то я спросил, где найти официального представителя полиции Великобритании в СМИ, а мне сказали, что легавые обитают на Майне.

— Это жаргонный термин для полиции. — Тина много лет провела в Англии. И кое-что узнала о местном диалекте. — Хотя обычно его используют в северных районах. Разве тебе не нужно вернуться на утреннюю встречу с Заком?

— Он выживет несколько часов без меня. Во-первых, он рассчитывал, что я остаюсь на ночь. Так планировалось до того, как… — Он замолчал, и стало слышно лишь шорох колес по дороге и тихий стук дождя.

До того, как…что? Тут ее осенило. Естественно, ему пришлось изменить правила игры, когда он понял, что появился новый игрок.

— Тебе нужно было вернуться в Лондон, чтобы я не поняла, что ты уезжал.

— Мы уже это обсудили, — мрачно отозвался он.

Они обсудили — около миллиона раз. Больше сказать было нечего.

Она снова сосредоточилась на деле.

— Ты достал полицейский отчет о смерти медсестры?

— Он в моем портфеле. Можешь посмотреть, хотя я не нашел ничего интересного. Полиции не за что было зацепиться. Медсестра жила одна в домике на окраине деревни. Никаких соседей, которые могли бы что-то заметить. Все знали, что она выходит погулять каждый вечер, если на улице хорошая погода. Она была найдена мертвой на обочине дороги через два дня после того, как ее дочь сообщила, что она не отвечает на звонки.

Тина пролистала папку.

— В деревне нет камер видеонаблюдения. И эта очаровательная маленькая деревня живет за счет туризма, так что незнакомцы здесь — это норма. Должно быть, полиция была не в восторге.

— Не знаю. Мне кажется, они и не особо старались. И это меня совсем не удивляет. Вот место аварии. — Роман кивнул в сторону. — Здесь абсолютно ничего нет. Сомневаюсь, что кто-нибудь был свидетелем аварии, если только не направлялся в лечебницу или ехал оттуда. Деревня находится в миле отсюда, а авария произошла после полуночи.

Дорога определенно была не самой оживленной. И Роман был прав. Ничто здесь не выглядело опасным или примечательным.

— Главный вопрос: кто ее забрал? И почему в клинике ей позволили уйти так поздно? Я забыла… Как долго она пробыла в Хоумвуде?

— Почти девять месяцев, — ответил Роман. Он выглянул в окно, словно размышляя, не выйти ли из машины и поблуждать под дождем. — Я помню, как Зак волновался…

Конечно, он волновался. Сердце Тины сжалось при мысли о нем. Она точно знала, что значит потерять родителя при загадочных обстоятельствах.

— Это был не первый раз, когда ее отправляли в такое место. Насколько я помню, она еще два раза была в реабилитационном центре. Но здесь она оставалась дольше всего.

— Да, ее предыдущие пребывания в подобных учреждениях, как в Штатах, так и во Франции, были намного короче, где-то, с месяц. — Она могла понять причины такого «лечения», особенно, если вспомнить в какое время оно проводилось. — Франклин отправил ее на реабилитацию, чтобы она могла участвовать в предвыборной кампании Зака?

На самом деле никто не говорил об этом. Это был грязный маленький секрет семьи Хейс. Но она спрашивала себя, не были ли проблемы Констанции намного глубже, чем просто любовь к водке.

Он вздохнул.

— Да. Я никогда не замечал, чтобы Франклина волновало ее здоровье в остальное время. А я много времени провел с Заком, так что я бы заметил. Обе эти реабилитации происходили во время выборов в Сенат. Франклин отправлял ее лечиться, и она оставалась трезвой в течение нескольких месяцев. Потом, когда выборы заканчивались и Зак побеждал, она сразу же возвращалась к бутылке.

— Никто не знал, какие на самом деле у нее проблемы.

— Франклин держал ее дома, чтобы она никого не смутила. — Роман смотрел прямо перед собой. — Я посоветовал ему это, особенно после спектакля, который она устроила на свадьбе Зака. Мы не могли допустить, чтобы она появлялась на публике и мутила воду. И да, я знаю, это звучит ужасно, и ты, вероятно, думаешь, что я какой-то монстр.