Убийца чародеев (СИ) - Лис Алекс "Муси Мэй" - Страница 43

- И тебе всего хорошего, - пожелал я, сваливая Нину точно в проход.

Я немного слукавил про точно. Но дампиру явно нипочем слабенький удар лбом о землю, – нечего всякие гадости про меня говорить.

- Это что такое? – спустя минуту послышался возмущенный рев Барона. – Ты что ее своей кровью поил?

- Посторонись, - предупредил я, прыгая в яму.

- Что же теперь делать? Так весь план насмарку пойдет, - причитал божок, пока я летел сквозь тоннель. – И зрачки покраснели!

Меня вышвырнуло в кабинет, и прокрутило в воздухе, что предсказуемо отразилось на желудке. Я исторг новую порцию льда, испачкав уже сухой пол.

- Ну вот зачем? – укоризненно произнес Барон. – Нельзя было потерпеть?

Возле меня открылась черная воронка, наподобие прохода, через который мы путешествовали. В лицо дохнуло стоячей водой и прокисшей ветошью, но дыра тут же исчезла, поглотив ледяную грязь.

- Ты там как, консерва? – слабым голосом спросила Нина, развалившаяся на стуле. – На-ка, хлебни.

Закутанная в плед девушка передала мне глиняную кружку без ручки, обжегшую ладони приятным жаром. От нее шел приятный травяной пар, и я рискнул сделать глоток. Закашлявшись, я вернул напиток ухмыляющейся Нине, - это была какая-то версия глинтвейна. Гадость.

- Раздевайся, - бросил мне Барон, снующий между стеллажами. – Никто не должен знать, что вы делали. Вы же все помните?

- Собирали корни мидрелиуса лекарственного, - заученно ответил я. -  А доспех нельзя оставить?

- Заберешь после моих похорон, - ответил болотный бог. – И вот еще кое-что, так сказать, за будущее беспокойство.

- Э, старик, я не буду тебя прикапывать, когда ты ноги откинешь, - приподнялась Нина. – И где обещанная дарственная?

Из глубины комнаты вылетел горящий лист и лег пеплом к ногам дампира. Девушка отставила кружку, встала со стула и поправила плед, открывший обзор на длинные белоснежные ноги. Судя по оголенным косточкам таза – нижнее белье кровосос не признавал.

- Удачной смерти, старикашка, - кинула девушка, прежде чем покинуть аудиторию. – Спасибо, консерва.

Она махнула тканью, на мгновение засветив слепяще-белые ягодицы. А фигура у нее вполне ничего.

- Не рекомендую, - сказал внезапно возникший Барон. – Дампиры могут случайно выпить своего партнера, в порыве любовной страсти. Вот, держи.

Он передал мне синий кристалл на тяжелой железной цепочке. Крупный, а какое свечение плотное, тут же прорва маны будет! Но с чего бы такие щедрые подарки?

- Короче, у тебя вышло слишком много прогулов, - выдал Барон. – Ректор приболел, всеми делами сейчас заведует его стерва. Я почти смог тебя отмазать, но тут всплыл лазарет, самовольные уходы из академии, а некоторые учителя тебя в глаза не видели.

- И что теперь будет?

- Нужно будет сдать экзамен, - ответил Барон. – Всего три предмета, да и немного практической части. Сдавать нужно завтра. Вот, я даже взял список вопросов.

Я взял свиток и развернул.

Трансмиссивные ледяные заклинания третьей волны: Альберт Фрейз и его ледяная чума.   

Вторичный эффекты заклинаний: аберрации магического поля, манафантомы

Диатриба Святого Марка, основателя Восьмой церкви, «О недопущении еретиков к светской власти». Ее последствия для внутренней политики империи.

Что? Я вообще первый раз слышу про все это. Какая речь вообще может быть о сдаче завтра?

Далее список продолжался, пока конец свитка не уперся в пол. Тут вопросов двести будет, не меньше.

- Иного выхода нет, - пожал плечами Барон. – Ну, удачи тебе. А мне пора готовиться к похоронам.

Экзамен глазами невинной девы

Я с трудом сфокусировал взгляд на тексте, напечатанным мелким кеглем. Буквы расплывались, но нужно осилить еще один абзац.

«Ликантропия вызывается не вирусом, как было принято считать раньше, а грибком, паразитирующем на внутренних органов. При заражении от укуса оборотня, обычный человек не способен контролировать процесс превращения и в облике волка теряет способность к разумной деятельности. Дети от таких оборотней могут обращаться по своему желанию, гораздо сильнее физически и не теряют рассудок. При заражении мага грибок порождает многочисленные, но временные мутации, вроде появления шерстяного покрова, но для жизни не опасен. Оборотни подлежат истреблению, согласно пакту о Кровавом альянсе пункт 4.5…»

- Все, не могу больше, - я отложил книгу и уставился в окно.

Оранжевый мячик солнца только пробивался сквозь темно-синее небо, рассекая его длинными розовыми полосами. Обрывки утреннего тумана уже уходили в глубину леса или истаивали, бесследно исчезая в воздухе.

Проведя всю ночь за учебниками, я был готов согласиться на авантюрное предложение Искривленыша. Узнав, что меня отправили на экзамен, однозначно грозящий вылетом из академии, оно долго смеялась и обзывала меня скудоумным прогульщиком, который получил по заслугам. Затем пожаловалась, что в последнее время парни просто не дают ей прохода, особенно какой-то рыжий балбес.

Признаться, слова которыми она закончила свою тираду показались мне шокирующими – девушка предложила встречаться. Понарошку. Чтобы поклонники успокоились, ну или сбрасывали напряжение поколачивая меня. В свою очередь, Искривленыш поможет сдать мне теоретическую часть экзамена. Секрет рецепта прост – магически модифицированный беспроводной наушник, вещь для старого поколения магов непонятная и не отслеживаемая. Тогда я отказался, но сейчас…

- Я согласен, - страдальчески произнес я.

- Так не пойдет, - отозвалась девушка, лежащая на кровати. – Нужен договор.

- Какой еще договор?

- На столе посмотри, - ответила Диана.

Желтый лист пергамента выглядел зловеще, словно документ на продажу души. Пробежав глазами бумагу, я не нашел ничего подозрительного. Пока не перевернул лист обратной стороной.

Помимо красной печати и бурых отметин крови, присутствовал весьма любопытный список.

Фальшивые объятья х25

Фальшивые поглаживания по волосам х10

Фальшивый поцелуй в щеку х5

Фальшивое прилюдное признание в любви х1

- Ты сумасшедшая? - без прелюдий поинтересовался у девушки.

- Не хочешь – не надо! – сверкнула глазищами Диана и отвернулась.

Ладно, экзамен грозил куда большими проблемами, чем фальшивые отношения с Искривленышем. Приложив палец к бумаге, я почувствовал слабый укол – договор требовал крови. Пергамент вспыхнул и быстро сгорел на оставив никаких следов.

- Штраф стандартный? – уточнил я девушки.

- Конечность и глаз, - подтвердила она. – За разглашение ты умрешь, подавившись своим языком.

Формально, договоры на крови были под запретом, но ввиду действенности пользовались большой популярностью. Существовала легкая версия, что использовали мы, и обычная - условием в которой была жизнь.

- Если ты не сдашь теоритическую часть, то естественно договор аннулируется, - сказала девушка. – Выйди за дверь, мне нужно переодеться. И кстати, несмотря на то, что мы типа встречаемся, ты мне совершенно не нравишься.

Я закатил глаза и не став ей ничего отвечать, вышел на улицу.

Утренняя прохлада забралась под распахнутый пиджак, напоминая, что дело близится к поздней осени. Мне пришлось переодеться в костюм-тройку, выданный учителем для носки в академии. Черные зауженные брюки, приталенный черный пиджак, жилет и лакированные туфли. Только вот я стал повыше, и набрал мяса, поэтому пиджак трещал по швам, а брюки превратились в «подстрелы». Пришлось даже снять исподнее, чтобы выиграть лишний миллиметр, позволивший застегнуть пуговицу на штанах.

- Стой на месте и не дергайся, - сказала вышедшая на улицу Диана, - сейчас вставлю наушник.

Краем глаза я увидел, как она достала металлическую палочку и подцепила на нее крохотный шарик из оранжевой пластиковой капсулы. Затем палочка проникла ко мне в ухо и юркнула назад, оставив легкое ощущение заложенности. Тоже самое произошло и со вторым ухом,