Дом Зверя (ЛП) - Лаймон Ричард Карл - Страница 48

Он выключил фонарик.

- Давай поскорее закончим со всем этим, - сказал он. - Девочки уже заждались.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Воля Дженис оказалась бессильна против банки газировки. Она залпом проглотила половину. Оставшуюся часть пила медленными глотками, смакуя прохладную сладость. Пила, чувствуя себя виноватой. Полная банка могла бы послужить неплохим оружием. Но она нашла себе оправдание: жажда сводила с ума, а питье придало сил, необходимых для побега, да и рук у нее всего две. Одну она использует для ударов лампочкой, а другой - пихнет в лицо вошедшему штаны Сэнди.

Кем бы этот вошедший не оказался.

Конечно, она могла бы использовать вместо штанов и банку. Ею можно было бы здорово треснуть вошедшего по башке. Но штаны казались надежнее. С их помощью она сможет выиграть какое-то время, ослепив и ошарашив противника.

Когда в рот упала последняя капля, она задумалась, правильный ли сделала выбор. Впрочем, беспокоиться об этом уже поздно.

Она крепко сжала в руке банку, и та с треском смялась, оцарапав ладонь. Она ощупала ее поверхность кончиками пальцев и обнаружила, что в одном из уголков алюминий сломался, образовав острые края. Схватив банку обеими руками за верхний и нижний концы, она принялась сгибать ее взад-вперед, пока та не переломилась пополам. Она прижала края каждой половинки к обнаженным бедрам. Острющие!

Едва она задумалась, как использовать это новое оружие, в коридоре послышался тихий скрип. Сердце бешено заколотилось. Ей захотелось проверить Сэнди, убедиться, что девочка по-прежнему лежит связанная с кляпом во рту, но времени уже не было.

Она зажала патрон лампочки между губ. На вкус тот оказался горьковатым. Присев на колени, она закинула штаны на спину так, чтобы штанины лежали на правом плече, после чего сжала в каждой руке по половине банки, острыми краями наружу.

Из коридора доносились медленные шаги. Стук обуви по деревянному полу. Обуви.

Значит, идет человек. Слава тебе, Господи.

Она прижалась к стене. Сердце неистово колотилось. Она отступила от двери на пару шагов.

Шаги остановились. Она услышала тихое «Хм?», а следом - шорох сминаемой бумаги.

Пакет с едой, который выронила Сэнди.

С тихим скрежетом ключ вошел в замок. Загремела ручка. Дверь приоткрылась. В льющемся из коридора голубом свете Дженис увидела на ручке руку. Предплечье. Через мгновение грузная тетка протиснулась в проем и принялась вглядываться в темноту.

- Сэнди? - спросила она.

Это прозвучало скорее, как «Зэнди». Голос был хриплый, незнакомый. Кем бы ни была вошедшая - это точно не Мэгги Катч. Сэнди упоминала еще одну женщину, Агнес.

- Зэнди, а чего такая темень?

Дверь еще чуть-чуть приоткрылась. Агнес шагнула в комнату и слегка наклонилась, пытаясь хоть что-то разглядеть.

- Че-его тут тва-арится-то? - спросила она.

Голос ее звучал скорее смущенно, чем встревожено. Она наклонилась ниже и уперлась рукою в колено. В другой руке болтался бумажный пакет.

Сэнди закряхтела.

Агнес резко распрямилась.

Дженис молча накинулась на нее и ударила половинками металлической банки по щекам. Рев боли разорвал тишину. Агнес схватилась за лицо и обернулась. Дженис выдернула одну половину банки из ее щеки и полоснула по тыльной стороне ладони. Завывая, Агнес потянулась вперед и, выбив у Дженис одну из половинок, облапила ее обеими руками. От нее несло гнилью и кислятиной. Тело ее было горячим, а одежда влажной.

У нее перехватило дух, когда Дженис врезала ей коленом в живот. Хватка ослабла. Дженис снова вбила колено в мягкое пузо. Агнес согнулась пополам, угодив лицом в лампочку, которую Дженис сжимала в зубах. Заверещав, женщина рухнула на колени.

Дженис отскочила от нее.

Дверь все еще была открыта.

Она бросилась к двери и выглянула в коридор - никого. Выскочив в коридор, захлопнула дверь и тут же выдернула из замка ключ. Сэнди сказала, что входную дверь этим ключом не открыть, но какое может быть доверие к Сэнди?

Сразу за дверью ее темницы коридор заканчивался тупиком. Вдоль стен было еще несколько дверей. В основном - закрытых. В дальнем конце коридора виднелись перила лестницы, ведущей вниз. Дженис достала лампочку изо рта и затрусила к лестнице. Она была совершенно уверена, что на этом этаже больше нет ни души. Иначе бы кто-нибудь наверняка отреагировал на этот переполох.

Ни души, если не считать Сэндиной матери и ее ребенка, запертых, вероятно, в одной из комнат. Минуя закрытые двери, она подумала, не попробовать ли их освободить. Нет, чересчур рискованно. Бог знает, с чем она может столкнуться за любой из этих дверей. Когда она отсюда выберется, об остальном позаботятся копы.

Она добралась до первой открытой двери и, прошмыгнув мимо нее, бросила внутрь быстрый взгляд. В комнате было темно и тихо.

Одна пройдена, осталось еще две.

Она благополучно миновала обе. Добравшись до перил, она вздрогнула от внезапно раздавшегося позади стука. Она ожидала этого, но все равно перепугалась.

- Па-а-а-ама-а-а-ги-и-ите-е-е! - вопила Агнес. Голос ее звучал приглушенно. - Па-а-ама-а-ги-и-ите! Выпустите меня!

Затаив дыхание, Дженис начала спускаться по лестнице. Пространство внизу утопало в бледно-голубом свете. Она присела, чтобы увидеть, что находится под потолком. Прямо за подножием лестницы начиналось фойе. А прямо за ним - входная дверь!

Открытая площадка по левую сторону была погружена во тьму. Справа располагался арочный проход в комнату. В ней тоже горел голубой свет. Стены были задрапированы темными шторами. Она увидела несколько раскиданных на полу подушек, покрытых блестящей тканью наподобие атласа, но никакой мебели не было. Не отрывая глаз от входной двери, она поспешила вниз.

До двери было едва ли десять футов. Но, устремившись к ней, Дженис может попасться на глаза тому, кто находится в комнате.

А Сэнди утверждала, что ключ не подойдет.

Дженис решила не рисковать. Не сводя глаз с «голубой комнаты», она обошла перила и на цыпочках двинулась к темному проходу между лестницей и стеной. Он привел ее в заднюю часть дома, где она оказалась в комнате с голым полом. Она догадалась, что это, должно быть, кухня. Она закрыла дверь и принялась шарить по стене в поисках выключателя. Нашла. Голубой свет залил комнату.

Она прошла мимо печки. Вдоль дальней стены располагалась раковина, длинная столешница, шкафы… и никакой двери. Возле раковины стояла подставка с ножами. Она положила лампочку, ключ и оставшуюся половину банки из-под содовой, и взяла нож для чистки овощей, и еще один - длинный, с зазубренным лезвием. Нож для овощей она сунула в трусики. Лезвие слегка холодило бедро. Длинный плотно сжала в правой руке и шагнула к закрытой двери возле холодильника.

Та оказалась не заперта, и Дженис открыла ее. Темная лестница вела в освещенный голубым светом подвал. Дженис вошла и рывком закрыла дверь. Воздух был холодным. Дрожа, она смотрела на синий ковер на полу подвала. На нем она смогла разглядеть несколько подушек.

Пожалуйста, - подумала она, - пусть подвал будет пустым.

И пусть в нем будет туннель.

Она сделала глубокий вдох и пошла вниз.

Подвал не был пустым.

Ахнув, Дженис резко остановилась. Сжимая перила, она пыталась разглядеть три фигуры в тусклом голубом свете.

Они застыли возле стены. Двое мужчин и женщина. Обнаженные и неподвижные. Головы неестественно свисают. Дженис сделала еще один шаг вниз по лестнице, прежде чем заметила, что их ноги не касаются пола.

- Боже, - пробормотала она.

Она преодолела остаток лестницы и медленно подошла к телам.

Трупы, - подумала она. - Это трупы.

На одном из бедер женщины не хватало изрядного куска плоти, словно выдранного зубами.

Из груди каждого тела торчал острый штырь.

Они подвешены на крюках.

Дженис почувствовала приступ дурноты. Она подошла ближе. Ноги дрожали.