Нечестивый (СИ) - Лис Алекс "Муси Мэй" - Страница 45

— Я устал вас ждать, — раздался голос за спиной, — решил сам зайти.

Я попыталась перевернуться, надеясь увидеть лицо говорящего. Засевшая в ноге стрела, при каждом повороте упиралась, доставляя адские мучение. Заревев от боли, я нащупала древко и напрягшись, сломала у основания. Жгучая, резкая боль прокатилась от ноги до затылка.

Слезы залили глаза, но сквозь мутную пелену влаги я увидела высокую темную фигуру, сжимающую лук в правой руке. Я смахнула слезы и наткнулась на совершенно безумные глаза стрелка, их нарочито широко распахнутые веки и вращающиеся белки. Остальное лицо зарывал высоко поднятый красный шарф, истасканный и покрытый бурыми пятнами.

— Убийца, каково ощущать себя на месте жертвы? — хрипло спросил меня стрелок.

Он приставил лук к стене и пройдя мимо нас, проверил дверь, не забыв щелкнуть замком. Стрелок с интересом оглядел тело Алисы. Нагнувшись, потрогал уже подсохшую черную жидкость на полу.

Выждав момент, пока его глаза сфокусируются на пальце, измазанном в черной жиже, я подобрала обломок стрелы из моей ноги. Собрав все силы и оттолкнувшись руками от пола, прыгнула вперед. До бедра стрелка не хватило считанных сантиметров, и я вонзила острие стрелы в ступню. Я ощутила, как лезвие прорезает плотную кожу ботинок и вонзается в ногу, но стрелок даже не шелохнулся.

— Ворожеи не оставляй в живых, — сказал стрелок, безразлично вырывая стрелу.

Я кинула тело вперед, надеясь опрокинуть его на пол. Стрелок мощным ударом ноги отбросил меня к стене. Подошва врезалась в лицо, я сразу же почувствовала острую боль сломанной переносицы.

Голова пошла кругом, едва я оторвала лицо от пола. Руки задрожали и по телу разлилась слабость.

Стрелок подхватила Мефодия за ноги и поволок в комнату. Я бессильно смотрела на исказившееся от страданий лицо нечистого. На его губах вздувались и лопались кровавые пузырьки. Он еще жив.

Едва стрелок скрылся за поворотом, я подползла к Алисе и сдернула накрывающий ее плащ. Она неуклюже встала и медленно обхватила пальцами дверную ручку. Дверь не поддалась, будучи запертой стрелком. Алиса усилила напор. Ручка сначала изогнулась, будто пластилиновая, а после лопнула, оставшись торчать золотистым обломком.

— Нельзя идти, — повернулась ко мне Алиса, — надо найти хозяина.

Две стрелы, пущенные буквально за долю секунды приколотили ее бледное тело к коричневой обшивке двери.

Алиса уставилась на них с максимальным удивлением, которое может выразить мертвым лицом. Ее рука поднялась, чтобы вытащить стрелы, но две новых приколотили руку к двери.

Не понимая своего положения, Алиса подняла вторую руку и ее постигла та же участь. Утыканная стрелами, как дикобраз, она окинула нас печальным взглядом и лягнула дверь ногой, выбивая серую пыль из косяка.

— Упорная девица, — пробормотал стрелок, доставая из колчана новую стрелу.

Я наблюдала, как его пальцы сложились щепотью и неуловимо быстрым движением он послал стрелу в полет, сопроводив ее густой вибрацией тетивы. Стоит отдать ему должное, с такой красотой и изяществом он стрелял.

Из пробитой плоти Алисы вытекло немного черной жидкости, но похоже, что раны не доставляли ей особых неудобств. Стрела вонзилась в левую ногу, совсем лишая девушку возможности двигаться.

С какой силой должна лететь стрела, чтобы пригвоздить человека к двери? Похоже, что стрелок не совсем человек. На всякий случай пустив Алисе стрелу в живот, стрелок отставил лук и взял меня за ноги. Меня потащили в комнату, с каждым метром отломок стрелы все глубже вонзался в бедро, расковыривая рану и доставляя мучительную боль.

— Отпусти, урод, — я попыталась вырваться из его хватки, — я тебя сожру.

— Не дергайся, грешница, — безразлично сказал стрелок.

Его правая рука прокрутилась выворачивая мне лодыжку. Я задыхалась от острой боли, прошедшей импульсом по всему телу. Грубо зашвырнув меня в комнату, стрелок скрылся в коридоре.

— Теперь мне совсем не скучно, — просипел Мефодийи закашлялся, оросив пол капельками крови.

Под ним уже собралась неплохая лужа, быстро впитывающаяся в ковер. Я зачарованно уставилась на испачканные почерневшей кровью губы Мефодия.

— Дай мне ее, — попросила я, — хотя бы немного.

— Нельзя, ты и так уже далеко зашла, — прошептал он, — никогда не видел таких изменений.

Произнеся все это, он часто задышал, похоже, что его силы на исходе.

— Да плевать, — ответила я и подползла к нему, — скажу на всякий случай, я все равно убью тебя.

Нечистый рассмеялся слабым булькающим смехом и уцепившись рукой за край кровати, немного повернулся. Я впилась губами в кровь на ковре, буквально высасывая каждую каплю из ворсинок. Горькая, словно лекарство от простуженного горла. Но оторваться невозможно. Кровь, смешавшись со слюной, стекает по пищеводу, взрываясь огненной волной в желудке.

Высосав ковер почти досуха, я окинула мутным взглядом запачканный кровью бок нечистого. Мои руки немного толкнули его, и я припала губами к ране, ощущая языком острие наконечника. В коридоре послышались шаги и я прижалась губами еще плотнее, пока рука стрелка не схватила меня за волосы, отбрасывая от лакомства.

— Людоедство худший грех, — раздраженно сказал он, — умри.

Он выхватил стрелу, приложил к тетиве, но стрела ушла вбок, пронзив мягкую игрушку, которую я успела швырнуть в последний момент. Кровь нечистого хоть и была горькой, но давала куда больший приток сил. Я вырвала обломок стрелы из бедра и кинула в стрелка, туда же полетел мягкий розовый зайчик.

Отбив луком оба предмета, стрелок опустился на одно колено и выпустил стрелу, попавшую мне плечо. Едва успела уйти вправо, иначе бы попадание пришлось в сердце. Вторая стрела прижалась к древку лука, готовая завершить начатое, но я уже слишком близко. Ударом ноги выбив лук, я ткнула пальцами в лицо стрелка, метя в глаза. Стрелок уклонился, но мои когти оцарапали его щеку, срывая намотанный шарф и заставляя отвлечься.

Стрелок точно был не человеком. Сорванный шарф открыл осклизшую нижнюю половину лица, покрытую черными струпьями. Через свищи в прогнившей щеке проглядывались желтые зубы.

Я ударила ногой в кадык и отскочила назад. У спинки кровати прислонился мой рюкзак. Язапустила руку внутрь, нащупывая холодную тяжелую рукоять. Ощутимый удар бросил меня в пол, осыпав обломками стула.

Щелкнув предохранителем, я быстро перевернулась и оглушительные хлопки выстрела взорвались в комнате. Первые три пули вошли в грудь, две в голову, разбрызгивая черную кровь по комнате.

Стрелок выбил пистолет и опустил тяжелый ботинок, целя мне в голову. Я ударила его ногой, попав в причинное место.

— Убийца будет убит, — прошепелявил стрелок, плюясь черной жижей из разнесенной выстрелом челюсти.

Покачнувшись, он упал на меня, прижимая к полу. Я попыталась столкнуть его, но стрелок оказался куда тяжелее, чем выглядел. Его локоть ударил в солнечное сплетение, выбивая весь воздух.

Шершавые ладони поднялись выше, смыкаясь на моем горле. Я раздирала его руки когтями, но стрелок не обращал внимания на раны. Ударом в локтевое сочленение, я сбросила его правую руку, но он сразу влепил мне оплеуху.

Стрелок навалился всем весом, пытаясь сломать мне кадык. Я захрипела, из последних силнанося удар по его предплечью. Желтая слюна стрелка падала на мое лицо, просачиваясь через дырки в челюсти.

Совсем нечем дышать, в глазах начинает темнеть. Пальцы сжались с чудовищной силой, грозя переломать мою шею, как спичку.

Из черной глотки стрелка вышла стрела, обдав меня чудовищно воняющей гнилью. Через секунда острие прорезалась из уха и стрелок ослабил хватку. Он с громким хрустом задрал голову вверхи застыл.

— Простите, хозяин, — просипел он и дернул шеей, словно пытаясь заглотить стрелу, — но мне пора идти к сестре.

Стрелок завалился набок, прижался изувеченным лицом к огромному коричневому медведю и затих.

— Ты обещала меня убить, сучка, — улыбнулся Мефодий, начиная падать на меня.