Нечестивый (СИ) - Лис Алекс "Муси Мэй" - Страница 51

— Надо всех убить, — прошептал я.

Двинувшись полукругом, я прыгнул вперед и обрушил прут на край кучи. Словно в ответ на мой удар, из нее снова вырвалась рука и ударила меня в грудь. Я упал назад, но боли совсем не было, будто тебя ударили большой подушкой.

Остервенело размахивая железкой, я проламывал костистый остов существа, кроша его на мелкие черепки. Пыль забилась в глаза и я молотил вслепую. Прут провалился в пустоту и я упал, увлекаемый своим замахом

Я отполз и долго протирал глаза, счищая налипшую на пот пыль. Проморгавшись, я увидел, что от существа осталась только небольшая куча серой пыли, с торчащей в центре ослепительно белой костью.

Несколько раз чихнув, я высморкался и подошел к остаткам. Торчащая в кость будто была отполирована, настолько гладкой казалась ее поверхность. Я схватил ее, отметив, что она удобно легла в руку. Оканчивалась кость толстой полой трубкой, с несколькими отверстиями, как у флейты.

Я взмахнул костью, сразу отозвавшейся негромким гудением, словно дуешь на горлышко бутылки. Я перевернул кость и вытряхнув костяную пыль из отверстий, тщательно продул ее.

В воздухе возникла бумажка, мягко планирую на кучу пыли. Я с сожалением прислонил кость к стене и подобрал записку.

«Опасность»

Я сразу понял, что имелась ввиду костяная флейта. Выкинув бумажку, я остановился в нерешительности. С одной стороны, плосколицый лучше знает этот мир, но с другой, было жутко интересно, что произойдет. Черт возьми, я всю жизнь жался в тени, боясь что-то сделать.

Я решительно подошел и взял кость в обе руки. Держа ее теплую поверхность, отчаянно хотелось взмахнуть изо всех сил. Но я лишь осторожно повел ей слева направо. Раздалось высокий звук и куча пыли взорвалась высоким фонтаном. Я испуганно дернулся назад, но кость не выпустил и она издала долгий протяжный визг. В животе забурлило, и меня вырвало желудочным соком.

Отбросив кость подальше, я уставился на оседающее облако белой пыли. Раздалось тихие звуки, будто кто-то бьет по полу пластиковым молоточком. Из облако неуверенно покачиваясь, вышел крохотный скелет, не больше двадцати сантиметров. В руке он держал миниатюрный кинжал и махал им при каждом шаге. Выглядел он не опасным, скорее милым.

Вытерев рот, я присел на плитку и смотрел, что он будет делать дальше. Скелет остановился в шаге от меня, на пару секунд замер, потом покрутился волчком и пошел ко мне. Когда до моей ноги оставалось не больше метра, он остановился, вскинул кинжал и отсалютовал.

— Иди сюда, — подозвал я его.

Скелет снова прокрутился волчком и замер, приложив кинжал к черепу.

Возможно, что им можно управлять с помощью той кости с дырками. Я подобрал кость и повторил движение вбок. Опять последовал взрыв и спустя минуту, из пыли вышагнул еще один маленький скелет. Значит, эта костяная дудка, призывает скелетов и заставляет меня блевать. Я решил проверить, какое максимальное число смогу призвать.

На шестидесяти трех я сдался. Скелеты выстроились беспорядочной кучей, то и дело крутясь и сшибая соседей. Я решил проверить другие варианты извлечение звука и повел костью справа налево. Самый ближний ко мне скелет отбросил кинжал, и в провалах его глазниц загорелся крохотный зеленый огонек. Он беспокойно закрутился на месте и я заметил, что пламя в черепе разгорается. Скелет замер, обхватил голову и взорвался, разбросав дымящиеся черепки.

— Прости, чувак, — извинился я, — случайность.

Движение сверху вниз вызывает приступ тошноты. Я медленно провел вверх, будто зачерпывая воздух, но кость молчала. Махнув посильнее, я услышал густую тягучую вибрацию, буквально растекающуюся в воздухе. Моя кожа покрылась пупырышками, а затем сползла лохмотьями. Сразу вся, будто шкурка с облитого кипятком помидора. Совсем чуть-чуть осталось на члене, остальное сразу покрылось капельками крои. Я поднес руку к лицу и увидел, как отчетливо сократились мышцы, покрытые белым жирком. Боль была настолько невыносима, что я просто растворился ней, не ощущая, как остановилось сердце, сжатое белой ладонью.

Я очнулся возле костра, рядом уже лежало две бумажки. Я сгреб их к себе.

«Дурак. Я предупреждал» «Я помогу умирать».

Я смял их и бросил в пламя костра, которое лишь бессильно облизало бумагу. Прыжок через пропасть и, пара минут ходьбы и уже видны скелетики, обступившие мой труп, покрытый коркой крови. Если она успела загустеть и высохнуть, то до моего возрождения точно прошло несколько часов. Я прошел дальше, аккуратно переступая через скелетов, несущих безмолвную страху рядом с безвременно усопшим мной.

Опасливо покосившись на кость, я пошел дальше, оставляя позади костяное воинство.

Через полчаса я заметил, что стены в коридоре начали расти вверх, да и дыр в полу стало поменьше. Вдалеке смутно виднелся массивный прямоугольный силуэт, вонзившийся в небо острым навершием. Через сотню метров, уже можно было разглядеть, что это чудовищно огромная черная башня, уткнувшаяся острым шпилем.

Я ускорил шаг, постепенно приближаясь к массивному строению. Стало заметно массивное основание, вытянувшееся навстречу мне. Через пару тысяч шагов, небо заслонял черный камень башни, отбрасывая густую, почти угольную тень. Показались двустворчатые ворота, по размеру не уступавшие трехэтажному зданию.

Сбоку начали попадаться вделанные в стены гнутые прутья, с круглыми чашами на конце, напоминающие металлические грибы. Я на цыпочках заглянул внутрь и обнаружил почти высохшую, но все еще маслянисто поблескивающую пленку. Похоже на осветительный прибор.

Через сто метров, я подобрал выкрошившийся из стены гриб. То, что я полностью голый, еще можно стерпеть, но без оружие ходить очень тревожно.

Отчетливо видна облупившаяся позолота на воротах. Огромные, в два человеческих роста ручки на дверях. Страшно даже подумать, для кого они предназначены. Сбоку от врат стена провалилась, беспрепятственно открывая проход внутрь.

Я пролез через груду камня, с хрустом крошащегося под мои весом. Внутри царил легкий полумрак, свет поступал через узкие бойницы, расположенные почти под потолком. Стены выложены из черного кирпича, были видны крупные серые швы между ними. Длинное, квадратной формы помещение оказалось совершенно пустым. Вся здешняя атмосфера резко контрастировала с изяществом моста позади, построено примитивнее и топорней.

На противоположной конце комнаты чернел проход. Я направился туда, настороженно смотря по сторонам. На пыльном полу оставались четкие отпечатки моих ног. Чем ближе я подходил, тем отчетливее слышалось тихое позвякивание, словно кто-то трясет колокольчик. Прильнув к стене, я осторожно приблизился к проходу.

Следующее помещение оказалось своеобразным тамбуром. Одна из стен обрушилась, а пол угрожающе накренился вниз. В комнате за тамбуром оказалось совсем светло, выложена белая плитка. Значит, весь этот черный кирпич уже более поздняя пристройка.

Я прижался к стене, и ступил на склонившуюся плиту тамбура, угрожающе заскрипевшую подо мной. Одним махом, я перескочил дальше, ибо открывшийся вид на бесконечный простор вызывал дрожь. Я зашипел от боли, ударившись о пол костяшками руки, сжимающей гриб. Громко затрещав, плита выскользнула из стены и с гулом понеслась вниз.

— Архитекторы ебаные, — только и смог сказать я.

Свет в комнату проникал через две больших круглых дыры в потолке, прорезанных так, что неподвижно замершие солнца, всегда светили прямо в них. Похоже, что здешние звезды замерли на одном месте, иначе смысла в таком потолке не было. Из комнаты вел широкий светлый проход, в который я сразу и направился. В самом его конце показалась невысокая фигура, облаченная в явно непомерную красную рясу. Заметив меня, она шустро скрылась за поворотом. Опять послышался тонкий, мелодичный звон.

Преследовать я никого не собирался, но вот красное одеяние мне очень приглянулось. Я даже в кровати не мог спать голым, а здесь уже невесть сколько хожу в набедренной повязке. Я неспешно пошел вперед, смотря под ноги, не хватало еще провалиться в дыру.