Магия Мериты (СИ) - Григоров Сергей Львович - Страница 75

— Не знаю, не уверен.

— Не уверен — подумай еще и еще раз. О существовании Большого Взрыва уже свидетельствует множество фактов. Кроме того, сейчас, вероятно, можно ускорить процесс получения новых косвенных доказательств, используя кое-какие дополнительные источники. Например, поискать Центр Космоса и определить, чем он отличается от всех других местечек.

— Это что еще за Центр?

— Ну, если был Взрыв, значит, где-то осталось место его возникновения. Как его найти? Очень просто: по законам механики оно должно совпадать с положением общего центра масс материи Вселенной.

— Ничего не выйдет, ты не сможешь рассчитать положение вселенского центра, — возразил Критик. — Очень много скрытого вещества — того, которое не видно ни в один телескоп. К тому ж неопределенность с границами. А самые удаленные массы со своей огромной скоростью разлета несут громадный импульс. Нет, ничего не выйдет.

— Можно предложить иной путь. От первых мгновений жизни Вселенной осталось так называемое реликтовое излучение — электромагнитный фон, который в настоящее время можно считать покоящимся. Астрономы давным-давно определили, что наша Галактика движется относительно реликтового излучения. Осталось лишь посмотреть в противоположном направлении да умножить среднюю скорость движения на возраст Вселенной.

— Маленькая неувязка, — торжественно заявил Критик. — Галактика образована вторичными звездами.

— Ну и что? Не понимаю, в чем проблема.

Критик промолчал, считая ниже собственного достоинства разъяснять очевидное. Пришлось вмешиваться Энциклопедисту.

— Дело в том, — пояснил он, — что вещество Галактики содержит ощутимое количество атомов всех элементов Таблицы Менделеева. В то же время теории Большого Взрыва утверждают, будто бы в начальный период образовавшееся вещество состояло только из самых легких элементов — водорода и гелия. Появление, например, углерода, необходимого для зарождения белковой жизни, считается невозможным. Разрешение видимого противоречия следующее. Из первичных водорода и гелия образовались первые звезды. Основная их часть завершила свое существование взрывами сверхновых, в ходе которых были синтезированы более тяжелые элементы. Получившиеся после этих взрывов сгустки вещества, как представляется, взаимодействовали между собой весьма сложным образом, изменяя величину и направление скорости движения. И уже спустя продолжительное время из них стали формироваться новые звездные системы, давшие первые ростки жизни. «Мы выросли на прахе давно умерших звезд», — сказано кем-то в незапамятные времена. Наша Галактика принадлежит к подобным вторичным образованиям, и направление, в котором она движется относительно реликтового излучения, мало что может сказать о положении начальной точки расширения Вселенной.

— Ну, хорошо. Если нельзя с приемлемой точностью определить Центр, то следует бросить все силы на детальное воспроизведение процесса появления Жизни.

— Зачем?

— Чтобы подтвердить или опровергнуть естественность ее появления.

— Много было таких попыток. Однако все они почему-то рано или поздно добирались до одного и того же неразрешимого вопроса: что первично — курица или яйцо?

— Ты полагаешь, что этот вопрос принципиально неразрешим?

— Полагать и предполагать — твоя функция. Я же обязан выявить изъяны твоих предложений.

— Ладно, не будем трогать всю Жизнь. А почему бы не восстановить генеалогическое древо человека? Если мне не изменяет память, возраст самых древних останков кроманьонцев, биологически неотличимых от современного человека, составляет где-то сорок пять тысяч лет. До сих пор не ясно, откуда они взялись. Когда-то полагали, что они произошли от неандертальцев, но генетический анализ опроверг эту гипотезу. А жаль — неандертальцы были значительно сильнее и, вероятно, умнее человека. Почему они вымерли, до сих пор представляет загадку. Тем не менее, прямой предок человека так и не найден, и его происхождение загадочно. Может, и в самом деле он является продуктом творения какого-то разумного существа?

— Так это или нет, вряд ли твое предложение достойно приложения наших сил.

— Почему? Вот создаст хозяин новый инструмент, тогда и…

— Я предвижу, что нас ожидают непредвиденные трудности. В глубокой древности подмечено, что Создатель — если Он, конечно, существует — проявил исключительную изобретательность, пытаясь скрыть свое участие в сотворении мира.

— Да, я тоже буду скрывать свое существование, чтобы мои творения придумали способ доказать, что я есть, — сказал Месенн, выбираясь из бассейна. Привратник услужливо набросил ему на плечи халат.

— Ждем указаний, — обрадовался Экспериментатор.

— Будем создавать мир, максимально приближенный по всем параметрам к человеческому. Все фундаментальные физические константы зададим абсолютно такими же. Из внемировых сущностей в нем будут только три — Промысл и ангелы Счастья и Горя. Их задача — обеспечить нужную направленность эволюции проявившегося разума, направив его усилия на поиски доказательств моего существования. Темпоральный геометрический преобразователь готов?

— Да, вот как он выглядит, — Экспериментатор подкатил ближе рабочую модель преобразователя. — Око нового мира формируется как вращающаяся сфера. За один ее оборот внутри будет проходить примерно миллиард лет. Скорость вращения можно произвольно изменять, однако крутиться она, к сожалению, будет только в одну сторону. При нулевой скорости вращения время внутри остановится. Так будет удобно?

— Да, вполне. Молодец, ты справился с поставленной задачей. А какого радиуса действия Промысла ты добился?

— В переводе на наши мерки — до сотни тысяч световых лет.

— Пренебрежимо малая величина, — прокомментировал Критик. — Фактически весь создаваемый мир будет находиться постоянно вне зоны его влияния.

— Промысл сможет свободно перемещаться во внутреннем объеме. Тамошнее пространство не будет для него препятствием.

— С какой скоростью он сможет двигаться?

— С любой.

— И ангелы так же?

— Конечно.

— Этого недостаточно, — не унимался Критик.

— Вы все до сих пор не можете осмыслить масштабы Вселенной, — поддержал его Мечтатель. — Чтобы оказать хотя бы минимально ощутимое влияние на эволюцию аналогичной конструкции, ангелы должны получить возможность присутствовать сразу во многих местах. Они должны уметь создавать двойников, точные копии самих себя.

— Интересная мысль, — сказал Месенн. — Разве я думал о такой возможности?

— Да, думал. Но не осознавал.

— Молодец, что подсказал. Так, сколько ангельских фантомов может поддерживать стандартная компьютерная система одновременно?

— Очень много — около пяти тысяч, причем каждый из них сможет вести диалог с аборигеном произвольного вида, в любых условиях окружающей среды, создавая полную иллюзию физического присутствия.

— Ха! По моим понятиям это ничтожно мало. Вот элементарный расчет. Типичная галактика содержит где-то сто миллиардов звезд. Пусть только около одной из миллиона сможет образоваться разумная жизнь. Следовательно, ангельских копий понадобится сто тысяч. Но это еще не все. Общее число галактик измеряется триллионами. Если Промысл со своими ангелами задержится у каждой минут на пятнадцать — вероятно, это минимальное время, чтобы оказать какое-нибудь воздействие, успеть хоть что-то сказать аборигену о том, как он должен себя вести, чего добиваться в жизни, к чему стремиться, то в следующий раз он окажется в той же галактике спустя каких-то «жалких» десять-двадцать миллионов лет. О каком управлении созданным миром вообще может идти речь?!

— Вероятно, Промыслу следует выделять только самые удачные цивилизации, которые смогут объединить усилия близлежащих собратьев по разуму на решение поставленной задачи, — возразил Критику Мечтатель — Например, в человеческой Вселенной раса людей, можно считать, в настоящее время опекает около двадцати видов разумных, в будущем это число, очевидно, увеличится.