Карамелька (СИ) - Огненная Любовь - Страница 1

Любовь Огненная

Карамелька

Часть 1

Глава 1: Побег — дело тонкое

Каролина

Еще одна минута прошла. Секундная стрелка на круглых серых часах, словно в насмешку, двигалась слишком медленно, а перед глазами мелькали события, произошедшие три года назад. Две тысячи сто шестнадцатый год — мне едва исполнилось восемнадцать. Еще не совершеннолетняя, но первая ступень уже пройдена, а потому меня, как и сотни других девушек. направили в главный медицинский центр Верграйза.

Помнила, как волновалась. Нервничая, заламывала кисти рук, пытаясь болью вытравить волнение, а потом нас осталось только трое. Три девушки, больше всех остальных подходящие одному конкретному имситу. Тому, кто стоял по ту сторону толстого стекла, разделяющего две белоснежные комнаты.

Тому, кто жадно шарил взглядом по моему еще по-детски угловатому, тощему из-за недоедания и тяжелой работы, обнаженному телу, прикрытому лишь двумя полосками белой ткани. Она едва ли прятала темные ареолы сосков, обтягивая маленькую грудь. Сжимала бедра, скрывая от взоров треугольник светлых волос, но ощущение чересчур откровенной, смущающей наготы не пропадало. Хотелось сжаться, прикрыться руками, но делать это было строжайше запрещено.

Имситы…

Бич нашего общества, чума, заполнившая Землю, и одновременно самые идеальные существа из тех, что когда-либо были выведены. Сверхлюди, благодаря кому мы все еще живы как раса и из-за которых мы фактически порабощены, потому что им принадлежат абсолютно все крупные предприятия, все структуры власти, вся политическая арена.

А ведь когда-то их не было. Когда-то мы смело покоряли космос, считаясь единственной обитаемой планетой. Единственными разумными существами.

До встречи с космическими пиратами.

Страх перед неизвестностью заставил все страны сплотиться в поисках силы, которая могла бы противостоять представителям других рас. Тем, кто превосходил нас по силе и технологиям.

Так после облучения ударной дозой радиации появились первые сверхлюди, а чуть позже уже они вывели идеальный ген, модифицированный ровно настолько, чтобы превосходить обычных людей буквально во всем. Однако внешне эти особи по-прежнему выглядели людьми.

На то, чтобы захватить власть во всех странах, им понадобился только год, за который изменилось все. Да, мы перестали быть разрозненным обществом с барьерами вроде языка, политических убеждений и цвета кожи, но потеряли слишком многое. Свободу, право выбора, саму жизнь.

Страх.

Встретившись взглядом с имситом Ирадием, я испытала неизведанный ранее страх.

Сердце болезненно сжалось в груди, низ живота заполнился неприятным щекочущим холодком. Мужчина пожирал меня темным взором, в котором то и дело проблескивало серебро — единственное, что отличало имситов от обычных людей.

Желание, похоть, жажда — я видела эти взгляды слишком часто, чтобы обмануться и охарактеризовать их как-то по-другому. Видела, но ни разу не примеряла на себя, предпочитая оставаться тенью, блеклой серой мышью, не привлекающей внимание.

Так жить было гораздо легче.

Словно зверь, веркомандир космической армии — элита нашего общества, один из самых известных сверхлюдей на Земле — прильнул к толстому стеклу, разглядывая меня, будто вещь, собственность, что уже принадлежит ему.

Белая рубашка, серый костюм, темный пиджак. Он так сильно был похож на обычного человека, но сила, мощь, сверхъестественные способности — они ощущались даже через разделительное стекло.

Я до отчаяния наивно надеялась, что в нем победят логика и прагматичность. Две другие девушки в процентном соотношении были совместимы с ним гораздо больше, чем я.

Одна — на все сто процентов, другая — на девяносто восемь, тогда как я всего лишь на девяносто семь.

Он не должен был выбрать меня.

Но выбрал.

В тот самый момент, когда имсит Ирадий небрежно кивнул в мою сторону, я рассматривала его лицо и пыталась понять, что скрывается за жестокой усмешкой, что легла на скривившиеся тонкие губы.

Какие мысли были в его голове? Волевой подбородок, идеальный прямой нос, короткие темные волосы и татуировки на висках.

О чем он думал, выбирая меня?

Ответ на этот вопрос я не могла получить ни тогда, ни сейчас. Прекрасно знала, что в тот злополучный день после моего возвращения в нашу квартиру пришли незваные, но очень важные гости. Отчим не думал ни секунды, подписывая договор, фактически продавая меня, как вещь. И это неудивительно, потому что после смерти матери он только и ждал момента, когда сможет от меня избавиться, чтобы небольшая квартирка в спальном районе полностью отошла ему. Ведь невесты имситов приходят в дом жениха ни с чем, потому что так принято, но…

Отчим мог меня не продавать.

Мог отказаться по закону, и тогда повторный контракт мне прислали бы только этим утром, в мой двадцать первый день рождения, в день моего совершеннолетия. И да, яв любом случае должна была его подписать, потому что меня уже выбрали, но именно от меня тогда бы зависело, какие пункты в него внесли, а теперь я была только вещью, собственностью, принадлежащей безропотно, не имеющей никаких прав.

Со слезами на глазах в тот вечер тихо наблюдала из окна за тем, как веркомандир космической армии покидает нашу многоэтажку. Видела, как выходит из подъезда и направляется к летной машине последней модели в сопровождении своей охраны.

Каждый его шаг разделял мою жизнь на до и после, да только в тот день судьба действительно повернулась ко мне не той стороной, потому что имсит Ирадий обернулся.

Обернулся и посмотрел точно на мое окно.

Я не вздрогнула, не отпрянула от подоконника. Храбро встретила его черный взгляд, лишь на секунды сверкнувший серебром.

Злилась ли я на него?

Нет. Просто потому, что он поступил по закону и имел полное право выбрать себе жену, купить ее, как это делали все имситы, но почему именно я?

Наверное, на этот вопрос мне должна была ответить дьявольская улыбка, что легко обняла его губы, прежде чем мужчина занял место в летной машине. Эту улыбку, не обещающую мне ничего хорошего, я помнила до сих пор. Она будто говорила: «Ты в моей власти. Ты принадлежишь только мне».

Последняя минута истекла. Секундная стрелка преодолела последний рубеж. Все эти три года я продолжала жить с отчимом, и моя жизнь фактически никак не изменилась, потому что я не увидела ни копейки из тех денег, которые отчим выручил от моей продажи и ежемесячно получал на мое содержание.

Да и разве могло ли быть по-другому?

— С днем рождения, Кара, — прошептала я, подхватывая свою тощую сумку и направляясь к дверям.

Фактически у меня не было ничего своего. Рюкзак был легким, потому что вмещал в себя только расческу, кошелек с деньгами и один из двух комплектов одежды, которые я купила этим вечером.

Каждая копейка, положенная в этот кошелек, досталась мне кропотливым трудом. За эти три года я бралась за любую, самую тяжелую и грязную работу, которую отказывались выполнять другие. Бралась, точно зная, что деньги не пахнут.

Сортировала мусор, очищала канализации на всех трех уровнях, истребляла баксамов — белых червей, что жрали остатки гнилья. Сами по себе они были безобидными, но имели невероятные размеры и оставляли после себя огромное количество противной слизи.

Таскала грузы на собственной спине, сжигала мертвых, чтобы отдать родственникам пепел, работала по ночам в пекарне, а рано утром шла собирать на поле цветы. Трудность была в том, что исохи — полевые, смертельно ядовитые осы — ненадолго засыпали только в предрассветные часы, но остро реагировали на любые запахи.

Да только в первый же день работы я поняла, что они спокойно воспринимают аромат карамели, которым в пекарне я за ночь пропитывалась насквозь. Никакие духи я никогда не использовала, потому и считалась самым лучшим собирателем цветов. Даже если осы просыпались, меня они не трогали.