Вечная полуявь (СИ) - Емелин Андрей - Страница 49

Они не видели того, что происходило, но прекрасно понимали это и в тот момент, когда компания поднялась на холм, подпирающий собой основание высокой скалы, раздался звук, которого они ожидали. Громовой раскат резанул уши глухим утробным басом, а спустя секунды за ним пришел теплый порыв ветра, обдувающий их лица, усталые от многочасового пути и тревожные от неизвестности впереди.

В этом ветре чувствовалась сброшенная тяжкая ноша, всех тех, кто бился, давая им время уйти. Но окажется ли их путь тупиком или дорогой к спасению, не ведал пока никто.

Черные столбы дыма сливались в густую мутную взвесь на десятки километров от острова и казалось, будто сам океан занимался огнем, чтобы вспыхнуть и поглотить всех, не делая исключения ни спящим, ни скринам, ни детям этого мира.

Наконец, один из людей, облаченный в черное, всмотрелся в даль, приставил ладонь ко лбу и сказал тем, кто был с ним рядом всего одно слово, ставшее понятным и бывшее не менее ожидаемым, чем подрыв линкора. Однако от этого слова у всех защемило сердце. Это было слово «десант».

Они расположились у подножия скалы, в которой обнаружилась неглубокая пещера. Мужчины побросали на землю тюки с припасами, что несли от самого берега, а девушка принялась разводить костер. Они не проронили более ни звука, и не боялись, что дым от костра может привлечь к ним внимание, так как вся их дальнейшая судьба была теперь предрешена. Мечники прочешут весь остров, перевернут на нем каждый камень и рано или поздно найдут их.

Время текло вяло и к исходу дня, когда солнце уже окрасило небо всеми оттенками рыжего, а в другой стороне у горизонта проступила робкая еще синева ночи, им казалось, будто они провели на этом острове не меньше недели.

– Как думаете, когда нас найдут? – спросила Алиса, глядя на догорающее пламя костра.

– Если ночью не будем разводить огня, – ответил Бриз. – То, полагаю теперь уже завтра днем. Хотя черт разберет этих уродов, может они ночью видят не хуже, чем при свете. В таком случае мы можем проснуться уже мертвыми.

– Я бы прогулялся, когда опустятся сумерки, – сказал Тисато и взглянул на девушку, – Составишь мне компанию?

– Конечно, – с улыбкой ответила она и взглянула на Бриза, однако, против ожидания, никакой колкости от того не услышала.

Около получаса они еще сидели молча, а затем Страж поднялся, достал из тюка бутылку виски и двинулся прочь.

– Эй! – позвал его капитан, – А может поступим так: тебе смуглая, рыжеволосая красавица, а мне маленькая бутылочка пойла на эту ночь?

Тисато остановился и задумчиво посмотрел на бутылку.

– Пожалуй нет, – ответил он, на что капитан довольно развел руками.

– Алиса, ну ты его слышала! Он сделал свой выбор, так что не обессудь.

– Мы тебе чуть-чуть оставим, Бриз, – с улыбкой сказала девушка, поднимаясь.

– Да ладно уж, – отмахнулся тот. – Вам там и так на двоих не много.

– Вот-вот. К тому же алкоголь вреден для здоровья, – иронично подытожила Алиса. Ее вдруг начал забавлять этот черный юмор, над самими собой, а ощущение близкой смерти стало сменяться эйфорией, от которой просто хотелось насладиться последними часами жизни.

Они с Тисато двинулись сквозь заросли и всего через несколько минут пути вышли к большому озеру с пляжем из мелкого светлого песка. Пляж оказался усеян камушками размером не крупнее перепелиного яйца, испускающими едва заметное бело-голубое свечение, особенно хорошо различимое в воде, которую они делали совсем прозрачной, так что можно было рассмотреть чистое дно далеко перед собой.

– Ух ты, Тис! – воскликнула Алиса, пробежалась по пляжу и подняла один из камней, внимательно рассматривая тот на ладони. – Ты знаешь, что это?

Похоже Страж так же был удивлен не меньше нее и приблизившись осмотрел находку.

– Это лунный камень, – уверенно заключил он после беглого осмотра предмета. – Судя по всему где-то здесь крупное месторождение, раз часть камня даже вымывает на поверхность, – он окинул взглядом небольшой горный хребет в центре острова и добавил: – Со временем кто-нибудь создаст крупную выработку в этих горах и заработает миллиарды.

– Ага, а заодно испортит такую красоту, – кивнула девушка и уселась на песок.

Страж согласно кивнул и сел рядом.

– Зато мы кажется раскрыли секрет свечения рыб призраков. Федор бы порадовался.

– Надо было попросить Шаркли отыскать его и рассказать про Лаиту, – грустно заметила Алиса, но Тисато ничего не ответил на это. Вместо этого он поднялся и попросил:

– Я отлучусь ненадолго, кое-что проверю. Если не вернусь через пол часа, пейте Дэлмор Тринитас вместе с Туманом без меня. После посиделок с Бризом ему не повредит.

Девушка с сомнением посмотрела на него, но не стала ни о чем спрашивать и проводила мужчину взглядом, наблюдая за тем, как он отправляется вдоль берега к далекой заводи, поросшей какой-то растительностью.

Скорее всего Тис не стал бы оставлять ее одну на долго, рассудила Алиса, а значит и о нем самом беспокоиться не стоило.

Главное, чтобы он не уселся там медитировать.

Девушка улыбнулась собственным мыслям, скинула с плеча Орсис и, аккуратно положив его возле себя, стала любоваться видом.

В чистом небе уже появлялись первые звезды и, сменив на посту дневное светило, свои очертания робко обретала большая полная луна.

Алиса уже начала волноваться, когда увидела любимого, идущего обратно вдоль пляжа. С ним вроде бы все было в порядке, разве что правая рука как-то странно оказалась заведена за спину.

– У тебя все хорошо? – крикнула Алиса и осеклась, запоздало догадываясь, что шуметь, когда по острову рыщут мечники, не самая лучшая затея.

Страж подошел к ней вплотную, загадочно улыбаясь, а затем достал из-за спины большой букет белых лотосов.

– Это тебе, – сказал он, глядя на округлившиеся от удивления глаза девушки. – Прости за то, что так повел себя на корабле.

Алиса вскочила и, едва не запрыгав на месте от радости, приняла из его рук букет, а затем обняла Тисато так крепко, как только могла.

– О океаны, Тис! Да… я на тебя уже и не обижалась вовсе.

Она отпрянула и вытянув руку с букетом принялась на него любоваться.

– А как ты их нашел?

– У нас на острове, в Храме Тишины, тоже есть месторождения лунного камня, – ответил он, улыбаясь, от того, что ему было приятно видеть радость на лице девушки. – Сагарю, наши монахи-рабочие, говорили, что именно из-за этих месторождений в озерах острова встречаются вот точно такие же лотосы. Похоже они были правы.

Они сели и принялись любоваться, преображающимся с каждой минутой пляжем. Камушки, лежащие на песке и в воде, светились все ярче в лунном свете и, в наступающей темноте, казалось, будто это звезды неровными россыпями попадали с небосвода, да так и остались лежать, усеивая собой озеро.

– Так красиво… – сказала Алиса и посмотрела на Стража. – Знаешь, а ты первый кто подарил мне цветы.

Тисато улыбнулся и опустил взгляд.

Алиса нахмурилась. Она чувствовала, что с ним что-то не так, но не могла понять, что именно, однако, когда Страж напряженно вздохнул, а затем попытался натянуть на лицо маску беспечности, все поняла. От озарившей ее догадки, девушка едва не ударила себя по лбу, благо в одной руке она все еще держала букет, а второй опиралась на песок. Все было настолько очевидно!

Он ведь был точно таким же ребенком, как и она сама, рожденным взрослым, с искусственными, ложными воспоминаниями. Быть может на год или два старше нее, успевший прочесть разные книги и гораздо лучше обученный убивать. Возможно, это был его первый подаренный букет цветов в жизни, а когда они стояли на палубе изуродованного Летучего – первый поцелуй.

Возможно.

Но что она знала точно, так это то, что он очень хотел быть для нее лучшим во всем. Особенно, лучшим чем один их общий знакомый пиратский капитан, у которого наверняка были десятки женщин до Алисы. И вот теперь он сидел возле нее, на этом сказачном пляже и боялся не оправдать ее ожиданий.