Золотая осень 1977 (СИ) - Арх Максим - Страница 80

— Нда… Пятнадцать, несколько многовато, — обрадовал меня генерал и тут же огорчил, — но я думаю, договорюсь…

— Спасибо Вам товарищ генерал! — вскакивая со стула обрадовался мой сопровождающий и принялся жать генералу руку.

«Ё-моё! Это дело надо немедленно прекращать! Пока меня в армию «не захомутали»!» — категорически решил я прекратить этот фарс и стал прекращать…

В течении нескольких минут, я пояснил «высоким договаривающимся сторонам», что не в какую армию я не собираюсь, что мне скоро шестнадцать и в училище мне ловить нечего, что я уже закончил школу и практически поступил в институт, что, я музыкант и хочу им и остаться!

От предложения стать военным музыкантом я также категорически отказался, после чего напомнил некоторым забывшим товарищам, зачем мы вообще сюда пришли выжидательно «уставившись» на них.

«Забывшие товарищи», к которым относился лишь Семён Лукич, моей речью были удивлены и расстроены, но несмотря на такой «форс-мажор» всё же сумели взять себя в руки и принялись, как могли, рассказывать начальству о цели визита, естественно не забывая описывать мои успехи на музыкальной ниве.

Минут через пять хозяин кабинета окончательно понял, что ничего не понимает и подойдя к стоящему на рабочем столе селектору, приказал адъютанту принести магнитофон.

— Песня отличная, но почему такое плохое качество? — по окончании первой песни спросил Максим Иванович.

— Это всё потому, что музыкальной аппаратуры хорошей у меня нет. Практически дома, «на коленке» записывать пришлось, — пояснил я и мы продолжили прослушивание…

— И что ты эти записи сам придумал? — через пол часа спросил меня генерал.

— Да товарищ генерал. Сам, — отрапортовал я.

— Гм… Отличные песни! Прекрасные! Ты молодец! Не знал, что такие есть… Говоришь сам написал? Не врёшь? Ну, просто нет слов!.. Ай да комсомол! Замечательно! — сказал он и похлопал меня по плечу, после чего посмотрел на улыбающегося Семёна Лукича и добавил: — Так, что вы от меня хотите? Я же вам не студия звукозаписи… Это вам на «Мелодию» надо, или кто там у нас выпуском пластинок занимается…

— Товарищ генерал, Максим Иванович, ну сил нет смотреть, когда этих… всяких… слушаешь!.. Когда поклатые эти поют!.. — горячо начал тот. — Ну они же всё с запада копируют!.. Ну ничего нашего же нет!.. Ну ты же сам видишь, куда наша молодёжь катится… Битлз всё этот проклятый и ещё всякая американская мутата!.. Ну наших песен-то совсем нет!.. Подсоби, пусть выпустят пластинку!.. Ты ж генерал!.. Ты всё можешь!.. Ведь сам же видишь, какие песни хорошие!..

— Гм… — в сомнении произнёс хозяин кабинета и мой сопровождающий сразу же поправился:

— Ну я имею ввиду, что Пьеха, Кристалинская, Кобзон — это всё хорошо, но вот таких вот, военных песен… и что б молодёжь…

— Гм… — ещё раз усомнился в его словах собеседник. — По-моему Семён ты преувеличиваешь… песен о той войне у нас довольно много поётся…

— Много, — согласился тот, — но они все, — он запнулся, — как это сказать-то лучше… — он задумался и через пару секунд сформулировав мысль произнёс: — Не молодёжные они все какие-то!.. Гимны они… А вот таких, простых, молодёжных… очень мало.

— Гм… — произнёс Максим Иванович и обратился ко мне: — А ты, что Вань скажешь?

— Я?.. — сыграв удивление произнёс Ваня, наблюдая как мой сопровождающий уже собрался вновь начать доказывать генералу, что меня зовут Вася, а посему продолжил чуть громче: — Мне кажется, что тут и вы и уважаемый Семён Лукич правы оба, но… дело в том, что, как мы все хорошо знаем, СССР фактически находится в состоянии холодной войны которую навязали нам капиталистические страны.

Генерал хмыкнул, мол, ты кому тут пионер про войну решил рассказать, а я, не обращая на это внимание продолжил:

— Так вот… Одним из элементов этой холодной войны является культура, частью которой без сомнения является, и музыка… Западом нам сейчас навязывается другая музыкальная культура, вместе с которой к нам проникают и их ценности, которые в основной своей массе достаточно вредные для нас… Я подумал, что нужно Советскому человеку? Мирное небо, свой дом, еда, машина, одежда… Всё это в той или иной степени у нас уже есть, и я уверен, что дальше, товаров будет ещё больше… но… Абсолютно понятно, что враг категорически не хочет нашего благополучия и всячески мешает, а посему, запад, внедряя через музыку и фильмы свой образ жизни ведёт агрессивную гибридную войну против нас, насаждая свои ценности… Как известно, запретный плод сладок, поэтому мы и видим на улицах нестриженную молодёжь, мечтающую о джинсах, жвачке и рок-н-роле… В этой связи с этим, я считаю, что в целях противодействия влиянию на нас, необходимо использовать принцип мягкой силы и прибегнуть к хитрости. Как говорится в пословице, не можешь запретить, возглавь… Вот я и решил, попробовать, возглавить меняя и корректируя под нас музыку, ибо, если не мы, то кто? Гибридная война уже идёт…

— Гм… Погоди, погоди, — произнёс генерал подняв бровь. — Как ты сказал? Гибридная война?

— Так точно, товарищ генерал! — отрапортовал докладчик.

— Что это за войну такую ты придумал?

— Ну… Это я её так назвал… — скромно соврал великий стратег и в двух словах пояснил «мною» придуманное теоретическое обоснование сего чуда: — Гибридная война — вид враждебных действий, при котором нападающая сторона не прибегает к классическому военному вторжению, а подавляет своего оппонента, используя сочетание скрытых операций, диверсий и информационной войны. При этом военные действия в мирное время могут вообще не вестись. Также, нападающая сторона осуществляет стратегическую координацию указанных действий, сохраняя при этом возможность правдоподобного отрицания своей вовлечённости в конфликт.

— Гм… — вновь произнёс Максим Иванович и посмотрел на моего сопровождающего, который открыв рот застыл в изумлении с так и недонесённым до места назначения стаканом чая в руке.

Хозяин кабинета перевёл взгляд на стоящие на столе бутерброды и глядя на них тоже «завис».

Наступила тишина в которой был слышен лишь ход больших, в человеческий рост, напольных часов.

Через минуту, генерал «очнулся», откашлялся, встал, прошёлся по кабинету и посмотрев на висящую на стене карту мира негромко произнёс: — Гибридная война говоришь?.. Враги говоришь?.. Битлы поклатые говоришь?.. — он зло ухмыльнулся и скомандовал: — А ну-ка, ещё раз включи запись…

Глава 40

Интерлюдия. Генерал-полковник.

Когда он проводил бывшего лейтенанта с внуком, то вызвал к себе адъютанта и поручил тому немедленно связаться и пригласить «на ковёр» генерал-майора ГРУ Николая Юрьевича Петрова и руководителя «ансамбля песни и пляски Советской армии имени А. В. Александрова», Бориса Александровича Александрова, после чего включил магнитофон и подойдя к карте мира принялся рассуждать о гибридной войне и о юном гении, который так точно сформулировал это невидимое явление.

Через час прибыл генерал-майор ГРУ Петров, с которым Максим Иванович имел дружеские отношения.

Особо сильно не деликатничая Порхунов поведал сослуживцу о необычной войне, которая давным-давно идёт, а также и о том, что в связи с предстоящим принятием Конституции СССР, которое должно состоятся седьмого октября, неплохо было бы сделать подарок, как Советским людям, так и руководству страны.

Такое неожиданное дело, генерала Петрова искренне удивило, но справедливо пологая, что старшему боевому товарищу, носящему более высокие погоны, виднее, об удивлении своём он ничего не сказал, а глотнув чая лишь поинтересовался, что в связи с этим от него требуется.