Голод (СИ) - Попова Любовь - Страница 2

Но у меня, как и у любой жертвы стоящей перед готовой сожрать стаей шакалов, сразу открывается нюх на вожака. Его запах перебивает все остальное. Острый. Мужской. Запах власти и силы, который подавляет, будоражит сознание и до смерти пугает.

Страх впитывается в меня вода в губку и скручивает внутренности.

Я уже чувствую его взгляд, но все равно смотрю на Веронику, даю себе время подготовиться. Пытаюсь морально, мысленно пусть на расстоянии ее приободрить.

В конце концов здесь же люди, а не звери.

Еще бы самой верить в то, что думаешь.

Наконец решаюсь, делаю вдох и поворачиваю голову туда, где судя по интуиции и находится он. Главный. Вожак. Лидер.

Его тяжелый взгляд прожигал. Его лицо было словно высеченным из камня грубым тесаком. Он не был красив в общем понимании слова, но его привлекательность и уверенность в ней, ослепляла.

Не смотря на весь камуфляж от нежелательного мужского внимания я остро ощутила себя девушкой, ощутила эту проклятущую пустоту между ног, которую нужно заполнить, ощутила как себя слабой, беззащитной, обнаженный под его внимательным метким взором.

Он мысленно — слой за слоем снимает с меня одежду, и уже нагнул для осмотра и наверное понял что я чувствую.

Словно ягненок перед волком. Страшно и в то же время бурлит внутри кровь и тело горит и плавится.

— Так, так, так, кто тут у нас? — пророкотал он и переместил вес. Чуть нагнувшись вожак положил локти на мускулистые, обтянутые джинсой колени. Движения были обманчиво спокойными, как у хищника затаившегося перед прыжком, как у вируса, готового поразить организм новой болезнью.

Сам он вроде бы крупный, как бодибилдер, но легкий и быстрый как спринтер. Было ощущение, что он вот вот сорвется и может пробежать пару десятков километров даже не запыхавшись.

Я невольно взглянула на Пашу краем глаза, чувствуя его дрожь. Видно что тоже пришибла мужская сила и аура самца.

— Лёня, кто это? Кастинг стриптизеров закончился вчера…

Парни загоготали, а я поджала губы. Меньше всего мне нравится, когда меня осмеивают. Тем более незаслуженно.

— Я не…

— Она за этой. Подружка. Спасательница, — ответил за меня охранник и пальцами чуть толкнул вперед.

Остальных мужчин я почти не замечаю, хотя и чувствую их взгляды. Они как туман и лишь два лица ярко выделяются в нем. Испуганное вероники и насмешливое самого главного Макара.

Кто он? Что он? Я не знаю. Может быть убийца, насильник, садист, вор? Но почему несмотря на страх перед возможными вариантами хочется преклонить чертовы дрожащие колени и опустить взгляд как покорная рабыня. Что же это со мной?

Я никогда не чувствовала себя так.

Тело словно магнит и этот Макар противоположный полюс, тянет меня к себе.

Я всегда думала, что стойка к мужской энергии. О, как же я ошибалась.

— Вот как, — усмехается Макар, чуть прищурив взгляд, скользя им по телу и часто задерживаясь на груди. Где я, наверное впервые остро ощутила соски. — Смело. Может быть, ты хочешь ей помочь?

— Хочу.

Он тут же хлопает в ладоши, откидывается на диванчике.

— Мы как раз собирались вытрахать её во все щели, — кивает он на жадно скалящихся парней, а я быстро соображаю, как избежать лишения девственности в групповом изнасиловании. Может быть, попробовать рассмешить? Говорят, парни любят смешливых девчонок, но они их не возбуждают. — Присоединишься?

— Я бы с удовольствием, но природа скотина такая наградила меня только яйцеклеткой, — развожу я руками, на что Макар закидывает голову назад и гогочем. Красиво так, пуская прохладный ток по венам. Ему вторили мужчины, создавая почти адскую какофонию, кроме тех кто кажется не понял о чем речь.

— О, малыш, я вижу твою яйцеклетку, — прочистив горло, говорит Макар и вдруг резко встает. Вот, так без предупреждения. Я не готова, не подходи, — думаю я и пячусь, врезаясь в Пашу, который сам стоит не жив не мертв.

— Мои сперматозоиды давят на яйца, держа курс как раз на твою яйцеклетку, — вкрадчиво говорит он и один из парней прыскает со смеху, остальные молчат. И я молчу. И Макар молчит. Только осматривает с ног до головы. Держится близко. Слишком близко.

Будь мы в другом месте, я бы даже улыбнулась, насколько остроумным мне показался этот мужчина, но мысль о посягательстве на мою яйцеклетку и возможные последствия привели меня в ужас. Судя по габаритам это самец может вырабатывать столько сперматозоидов, что беременность может наступить даже у бесплодной.

— Если у вас есть пара тысяч свободных головастиков, то вы можете обратиться в банк спермы, там всегда недостача.

Наверное, ему надоело, потому сколько бы я не пятилась, уже в следующую секунду его огромная грабля до боли рванула мой пучок, распуская по плечам волны пепельных волос, а другой сдергивая очки с простыми стеклами.

В груди сердце, которое билось часто, теперь зашлось в страхе.

— Вы что…

— Сколько бы ты не строила из себя умную и страшную, ты просто баба, красивая, желанная бабенка с маленькой уютной пещеркой между ног.

Кто-то присвистнул, а кажется, дыхание Паши за моей спиной скоро прервется.

— При чем тут моя внешность и мои гениталии, — поднимаю брови и складываю руки на груди.

— Раз ты сюда пришла, ты чего-то хочешь.

— Точно не ваши сперматозоиды…

— Тогда может быть у тебя есть двадцать тысяч баксов? — кривит он губы в ухмылке.

Я невольно приоткрыла рот, услышав сумку. В принципе можно попросить у дяди Давида, но не хотелось бы подвергать его опасности.

Наверняка есть способ договориться с этим бандитом без убийства, шантажа и возможной беременности.

Взгляд на виноватую Нику ничего не дал. Это же надо было додуматься украсть машину у бандита….

— Вы же понимаете, что у меня нет и не может быть такой суммы.

— Зато у тебя есть ротик, — скалится он на меня как волк на добычу.

— Не понимаю, причем тут мой рот? Я не голодна. — не целоваться же он со мной хочет?

— Зато голоден я, — вкрадчиво произносит он, пугая меня хитрой улыбкой и под глумливые шутки парней, прижимается ко мне своим половым органом. Внушительного размера. Хотела отпрянуть, но он нагло хватает меня большим и указательным пальцем за лицо и приближается, почти целует, но шепчет:

— Никогда не видел таких губ.

Что?

— Отсоси мне, и я вас отпущу.

— Что? — пытаюсь ударить оттолкнуть, но шею сдавливает рука. — Я не буду этого делать. Я лучше найду денег. Мой дядя он…

— Либо ты мне сейчас отсасываешь и глотаешь моих сперматозоидов, либо мы вас обеих пускаем по кругу. — Он смотрит мне за спину и усмехается. — Этого голубка тоже. Наверняка кому-то приглянется его задница.

Все заржали я бы и хотела посмотреть на Нику, на Пашу, но этот хищник вынуждал смотреть только на него.

— Вам же нужны деньги. Я могу их достать, — шепчу я уже испуганно, напряженно представляя как буду брать в рот эту махину.

А если она не влезет и мне придется отрабатывать со всеми и смотреть, как по кругу пускают моих друзей.

— Деньги у меня и так есть, а вот такой рот я вижу впервые.

— Только недоразвитый человек вместо того чтобы соблазнить девушку, будет ее шантажировать, — говорю я и вижу, что зря.

Уже в следующую секунду меня отбрасывают на длинный кожаный диван с яростным криком.

— Ты совсем страх потеряла?! Ты с кем базаришь?! Я тебя сейчас отправлю в притон, накачаю наркотой, и ты сама будешь хотеть, чтобы тебя трахал каждый на расстоянии метра. Открывай рот или раздвигай ноги! Решай!

Мысли лихорадочно носились по кругу, почти так же лихо, как мурашки по коже, но выбор был настолько очевиден, что я откинула голову, смахнула с лица волосы и произнесла в гнетущей тишине.

— Мне нужна расписка, что после орального секса с вами, к нам больше претензий не возникнет.

Это опасно, очень опасно так нагло разговаривать с такими людьми, но тут как в зверинце. Если они видят равного по положению, то не будут загрызать. Осталось убедить его, что я не овечка, а самый настоящий тигр, с когтями и зубами. А еще есть шикарный способ просто выкинуть из головы этот вечер. Раньше я не пользовалась им специально, но кажется, пора использовать мою удивительную способность.