Ты любил меня за мои слабости (СИ) - Харпер Эви - Страница 17

— Я знаю. Прости, Канье, — мягко говорю я.

— Я не хочу, чтобы ты сожалела, Эмми! — кричит Канье и вскакивает с дивана. — Ты ни в чем не виновата, но ты должна впустить меня. Я просто полз последние пять лет своей жизни. Я хочу встать на ноги или хотя бы на колени и начать заново строить свою жизнь с тобой.

Канье делает два шага, опускается передо мной на колени и обхватывает мои щеки своими большими мягкими руками. Слезы быстро катятся из моих огорченных глаз.

— Детка, прости меня. Я не хочу, чтобы ты плакала, — тихо говорит он, вытирая мои слезы большими пальцами.

Тепло окружает меня, растекаясь по венам. Мое тело узнает его. Это прекрасное ощущение напоминает мне, что я в безопасности, что меня любят и что когда-нибудь со мной все будет в порядке.

Я встречаюсь взглядом с Канье и сдаюсь. Я люблю этого мужчину. Мне нужен этот мужчина. Протяни руку и возьми его! Я так и делаю. Я игнорирую крик в голове, который твердит держаться от него подальше, и мои руки тянутся и обнимают шею Канье.

Прижимая его к себе, я слышу, как Канье резко втягивает воздух. Мое сердце бешено колотится, когда я прижимаюсь губами к его губам. Давление исходит только от меня, поскольку он все еще в шоке. Это всего лишь один жесткий, долгий поцелуй с закрытыми губами.

Я отстраняюсь, задыхаясь. Адреналин проходит по моему телу, и я чувствую, что могу сделать что угодно прямо сейчас.

Наши глаза встречаются, и я вижу, как Канье потрясенно смотрит на меня. Его глаза вспыхивают надеждой, и это все, что мне нужно, чтобы снова приблизить его к себе.

На этот раз руки Канье обхватывают меня за талию. Он поднимает меня, и я обхватываю ногами его бедра, наши губы сталкиваются в жестком, голодном, болезненном поцелуе. Наши зубы лязгают, и мы кусаем друг друга за губы.

Канье осторожно кладет меня на диван, стараясь не прервать поцелуй. Наши руки повсюду. Я впиваюсь руками в его задницу, а пальцы Канье медленно изучают меня под топом и над грудью. Когда его теплые руки обхватывают мою грудь, я вздыхаю ему в рот. Блаженство. Мы остаемся в таком положении, кажется, несколько часов, но, вероятно, это всего лишь минуты. Когда нам нужно дышать, Канье прерывает поцелуй и двигает губами вдоль моей челюсти и вниз по шее.

— Эмми, — снова и снова шепчет он мне на ухо. Потом он снова захватывает мои губы, и все исчезает, кроме ощущения мягких влажных губ Канье на моих губах и его теплых мозолистых рук, скользящих по моей коже.

Канье снова отпускает мои губы, и наше тяжелое дыхание эхом разносится по комнате. Он целует меня в подбородок и шею.

Внезапно в моем сознании возникает яркий образ безликого человека. Его руки будто обхватывают мою шею. Мое дыхание учащается.

Голова Канье поднимается от моей шеи и изучает мое лицо. Безликий человек смеется. Его хватка на моем горле сжимается. Я поднимаю руки, пытаясь освободиться, чтобы дышать.

— Эмми, детка. Что случилось?

Прижав руки к шее, я смотрю на Канье безумными глазами. Паника вспыхивает на его лице, когда он понимает, что я застряла в воспоминании, которое поглотило меня и не отпускает. Канье бросает взгляд на мои руки, потирающие горло.

— Эмми, никто тебя не обижает, детка. Здесь только ты и я. Никто больше не причинит тебе вреда. Обещаю.

Безликий мужчина продолжает смеяться и издеваться надо мной. Я закрываю глаза и чувствую, как выскальзывают слезы. Они скатываются по щекам и попадают в уши.

— Эмми, тебе нужно дышать. Ты контролируешь ситуацию. Вдохни через нос и выдохни через рот.

Все еще с закрытыми глазами, я пытаюсь следовать инструкциям Канье, но в конечном итоге я только выдыхаю через рот в моем паническом состоянии, вместо того, чтобы попытаться успокоиться.

Я чувствую, как тепло окутывает мое лицо, а затем шепчущий голос Канье прямо у моего уха:

— Вдохни через нос, детка, выдохни через рот, — его мягкий и спокойный тон заставляет меня сосредоточиться на нем, и я следую его указаниям.

Вдох.

Выдох.

Вдох.

Выдох.

С каждым вздохом Канье повторяет свои слова все тем же мягким голосом.

Туман начинает рассеиваться, и я открываю глаза. Это занимает мгновение, но Канье и комната фокусируются. Он нежно убирает мои руки с шеи и целует оба запястья.

Я разваливаюсь прямо у него на глазах. Рыдания вырываются из моей груди. Я поворачиваюсь на бок и сворачиваюсь калачиком. Поцелуй. Я даже не могу поцеловать без этих отвратительных воспоминаний, которые всплывают в моем сознании.

Канье ложится рядом и притягивает меня к себе. Я чувствую вибрацию своих криков по его груди. Он молчит, его сильные руки крепко обнимают меня. Я чувствую, как он вздрагивает каждый раз, когда очередной душераздирающий крик вырывается из моего горла.

Через некоторое время я успокаиваюсь. Или в моем теле просто ничего не остается? Возможно, мои слезы снова высыхают. Я была здесь раньше, мое тело снова сдавалось и начинало считать.

Два мягких пальца касаются моего подбородка и приподнимают мою голову. Я крепко зажмуриваюсь. Я не хочу видеть его лицо. Что, если он разочарован, испытывает отвращение или считает меня сумасшедшей? Я не смогу с этим справиться.

— Эмми, пожалуйста, открой глаза, — я крепче сжимаю их, слыша боль в его голосе. — Я люблю тебя, Эмили. Ничто из того, что ты делаешь, не изменит этого. Не закрывайся от меня сейчас, детка. У нас был прекрасный момент. Помни хорошее, забудь плохое.

Ему так легко говорить.

Я открываю глаза. Нахмурив брови и поджав губы, Канье смотрит на меня. Я подумываю пошутить о линиях беспокойства, но передумываю. Его лицо расслабляется, и он целует меня в лоб. Он смотрит мне в глаза и не отводит их, пока говорит:

— Я обожаю тебя больше жизни, Эмми. Если снова пойдешь в темноту, скажи мне. Потому что я всегда буду рядом, чтобы вытащить тебя. Выйди на яркий свет, где и есть твое место.

Я ничего не говорю. Я выдерживаю его взгляд еще мгновение, а затем сворачиваюсь клубочком у его тела. Канье накрывает нас одеялом и крепко прижимает меня к груди.

Это неправильно, и я не должна лежать здесь с ним, но мне это нужно. Только одна ночь. Я сделала именно то, что обещала не делать. Он подобрался ближе и теперь увидел часть меня, уродливую часть моей жизни, которую я не хотела, чтобы кто-то видел. Это только вопрос времени, когда он поймет, что я зашла слишком далеко, и он не хочет быть частью моего темного мира. Люди могут брать так много, прежде чем уйти. Они увидят, что я не стою усилий, и тогда я буду знать, что потеряла их, потому что они увидели, какой уродливой я стала.

Мой желудок сжимается, но это не мой живот. Это гнев кружится вокруг моей израненной души. Ярость. Сейчас, как никогда прежде, мне нужно добраться до Донована. И, если я это сделаю, я могу не выжить. Но и он тоже.

Смерть в момент мести мне кажется подходящей идеей. Он создал меня, а я уничтожу его, и себя заодно.

Я просыпаюсь рано утром и легко выползаю из объятий Канье с дивана. Канье всегда крепко спал. Я еще немного наблюдаю, как он спит, он выглядит таким умиротворенным. Волосы растрепаны, лицо мягкое, губы слегка надуты. Он действительно самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела.

Час спустя я уже в столовой, пытаюсь сообразить, что же мне делать, сосредоточившись на фотографиях Лили и Джейка на столе.

Они прекрасны вместе, и это не имеет никакого отношения к их внешности. Их любовь друг к другу сквозит в их глазах. Один взгляд на них, и весь мир увидит, как много они значат друг для друга. Руки моего брата собственнически обнимают Лили. Он будет защищать ее вечно. Улыбка Лили говорит Джейку о том, как она счастлива, что она собирается всегда делать моего брата счастливым.