Право на выбор (СИ) - Беренс Лилия - Страница 91

– Он не спит, – голос мага-целителя прозвучал одновременно удивленно и обеспокоенно.

Над лицом архана склонился эльф.

– Сопротивляешься?

Зиргрин криво улыбнулся.

– Ты делаешь себе только хуже. Гораздо легче, когда твоя работа приносит тебе удовольствие. Это ментальный блок, благодаря ему ты будешь чувствовать радость от исполнения приказов… – Эльф осекся, заметив, что архан откровенно веселится. – Прости. Это твое право. Ты ведь сам выбрал Ренана. Уверен, тебе не нужны дополнительные стимулы.

Удовольствие от выполнения приказов! Не удивительно, что Лил запаниковала. С такой установкой от рабского мышления мало кто способен избавиться. Переживает о нем сильда. Вот только знать бы, как связаться с ней вновь… Хотя, зачем? В ближайшее время ему это ничего не даст. А вот малышка Лирилил из-за него может попасть в беду. Пусть лучше и дальше молчит.

Маги закончили с «лицевой» стороной его организма, после чего отстегнули от стола, чтобы он мог перевернуться. Зиргрин посмотрел на свои руки.

– Ложитесь на живот, господин. Нам нужно заняться вашей спиной, – нетерпеливо произнес один из магов.

– Дайте ему минуту, – ответил альвар. – Принятие себя – это тоже часть процесса.

– Как прикажет господин, – ответил маг, отступая от стола, на котором сидел архан.

Зиргрин продолжал осматривать свои руки, по белой чешуе которых змеились тысячи мелких черных значков, складывавшиеся в странный извивающийся узор. Возле каждого энергоузла виднелась особенно сложная круглая магическая печать. На руках такие печати были на подушечках пальцев, в центре ладоней с обеих стороны, на костяшках и запястье, потом на локте... Соединяясь тонкими дорожками рун, этот узор переходил на грудь, где под ребрами была особенно крупная круглая печать, спускался по ногам до самых кончиков пальцев. Каждый энергоканал и каждый энергоузел был неразрывно связан с этими рунами. Гениальнейшая формация. Она бы искренне восхищала архана, если бы он не видел ее на собственном теле.

– Нужно продолжить, – вывел Зиргрина из раздумий маг-артефактор. – С момента подготовки тела зельями время на нанесение заклятья ограничено.

Парень кивнул и улегся на живот, позволяя вновь себя привязать. К немалой радости архана, костяные щитки с позвоночника сдирать не пришлось. Последнее, чего ему хотелось, это терпеть еще и нечто подобное.

– Мы закончили, – произнес, наконец, один из магов.

– Можете идти в комнату ожидания, – отпустил их альвар. Единственный выход из этой «операционной» был комнатой ожидания, где выпившие зелье забвения ожидали начала его действия. – Ты тоже ступай. Дальше я сам.

– Это работа старшего Филира. Я собирался его позвать. Клятва на крови больше не действует, так как в прошлый раз старший все исполнил. А теперь, без языка, он не сможет дать вторую, – второй Советник вновь решил проявить инициативу. Это было даже удивительно. Сдался им этот «старейшина»!

– Не будь идиотом, – произнес эльф, увидев опасный блеск в глазах своего бывшего ученика. – Не раздражай лишний раз того, кто через несколько часов станет твоим командиром. Или хочешь оказаться в какой-нибудь выгребной яме, наполненной тварями, с невыполнимой миссией? Я сам тут разберусь!

Советник все же внял голосу разума и удалился. Альвар приблизился к Зиргрину. Покрытое рунами и печатями тело стало выглядеть еще более экзотично. Татуировки скрыли большую часть шрамов, но, при желании, их все же можно было заметить. В районе основания шеи рун было значительно больше. Татуировка в этом месте была похожа на ошейник, замыкавшийся позади, чуть выше уровня плеч, специальной ключ-руной. Выше шеи татуировки не поднимались. Чем ближе к мозгу располагаются элементы формации, тем выше шанс повредить рассудок объекту заклинания. Или даже превратить его в тупого зомби.

Эльф подошел к дальней части помещения и выдвинул ранее скрытое в стене зеркало.

Зиргрин прошлепал босыми чешуйчатыми ногами по холодному камню. Встав перед зеркалом, он начал внимательно себя рассматривать. Бывший куратор приставил еще одно небольшое зеркало сзади так, чтобы в отражении парень мог увидеть свою шею.

– Здесь находится ключ-руна. Ты знаешь, что нужно делать?

Архан кивнул. Он знал.

– До отъезда во дворец осталась пара часов. Пошли за мной. Я отведу тебя в комнату отдыха. Там же находится твое снаряжение.

Зиргрин прошел за своим бывшим куратором в смежную комнату. Небольшая, даже уютная. На полу были расстелены пушистые ковры. Мягкий диван с подушками, столик с фруктами и вином. В самом сердце «клетки» все это выглядело несколько странным. Если бы не длинный стол, на прозрачной столешнице которого были аккуратно разложены кинжалы, иглы, меч, миниарбалеты и прочие привычные приспособления тени. Вот только качество всего этого было таким, что архан на мгновение забыл все свои пережитые мучения. Метательные кинжалы буквально завораживали своей хищной остротой. Металл, из которого были сделаны даже метательные иглы, был настолько редким и настолько дорогим, что в памяти Зиргрина у его покойного арханского отца был всего-лишь один меч, выкованный из него. А здесь – все снаряжение!

– Все, что ты видишь – артефакты. Перед тем, как взять – свяжи кровью. Это касается и мелочей, вроде метательных игл. Как ты, надеюсь, заметил, все оружие сделано с использованием лунного металла. Вещи это очень дорогие, так что после привязки они станут практически частью тебя. Ты всегда сможешь почувствовать их местонахождение, так безвозвратно утерять их почти невозможно. Разве что сбросишь в пропасть. Но лучше этого не делай. Король очень не любит лишних трат.

Архан подошел к разложенному здесь же костюму тени. Внешне он не отличался от привычной одежды, но на ощупь…

– Тоже артефакты. Костюм будет скрывать все твои возможные ранения и особенности тела, – взгляд эльфа упал на ноги архана, ступни которого были не менее цепкими, чем руки, за счет удлиненных когтистых пальцев. – Поврежденные места артефакта будут мгновенно восстанавливаться за счет твоей внутренней энергии. Так как снаряжение привязывается кровью, то антимагический дар не будет его отторгать. Но если ты будешь на грани смерти, а костюм раскурочен в лохмотья, то это снаряжение тебя убьет, выпив последние силы. Так что будь внимателен.

Архан поочередно связал кровью и надел костюм, потом связал и распределил по специальным кармашкам и отделениям снаряжение. В конце осталась одиноко лежать на столе только сплошная темная маска. Она казалась просто сгустком темноты без прорезей для глаз или рта. Почти как визор мотоциклетного шлема, она была непроницаема снаружи и совершенно прозрачна изнутри.

– Маска не мешает прохождению воздуха или обзору, – сказал альвар, заметив сомнение на лице своего ученика. – В ней не пострадает твоя чувствительность к запахам или острота зрения. Тебе пока не обязательно ее надевать. Еще успеешь с нею сжиться. Просто свяжи пока кровью.

Парень привычно капнул кровью на маску, после чего устало опустился на диван.

– Зиргрин…

Архан вопросительно взглянул на эльфа. Тот обычно старательно избегал упоминания его имени.

– Извини. Хочется сказать что-то в поддержку. Или утешение. Да только что здесь скажешь? Вот старший Филир точно нашелся бы, что сказать. Зря ты его прогнал. Я – не самая лучшая ему замена.

Зиргрин только протяжно застонал и потер переносицу. Вот ему сейчас только промывания мозгов в исполнении странного старикашки-Советника не хватало!

– Не понимаю, что ты так на него вызверился? – ухмыльнулся эльф. – Ну да это дело твое. Если вдруг случится чудо… Ты всегда можешь меня найти. И я всегда буду рад тебе. И мне плевать на амбиции Совета. Это только мое решение. И я его принял до того, как выпил зелье.

Парень не знал, как реагировать. С одной стороны, альвар казался очень искренним. С другой же, в его словах ощущался какой-то подтекст. Словно эльф на что-то рассчитывал…

Никак не отреагировав, архан в тишине просидел оставшееся время. Тишина. С этого момента она станет его самым верным спутником. Он до сих пор до конца не мог поверить, во что сам себя превратил. Что его ждало? Каково это – превратиться в чью-то верную собаку? Проклятье! Как же он не хотел этого! Но в груди пульсировала магическая бомба с часовым механизмом. Выбора ему не оставляли.