Портрет моего мужа (СИ) - Демина Карина - Страница 119

- Неужели не слышишь ветер?

- Слышу.

И ветер стих. Остался лишь снег, летящий и легкий, он оседал на рыжих ресницах, таял, коснувшись бледной щеки. Он отделял нас от прочего мира. И это длилось, длилось, пока Кирис не вздохнул. И теплое его дыхание коснулось моей щеки.

Он и сам подался вперед.

И отступил.

Снова.

- Идем, - Кирис отпустил мою руку. - А то ведь и вправду замерзнешь.

Вот же...

Ничего, у меня еще мышь имеется. И белье, на которое я потратила с две сотни золотых... если не поможет, я его этим кружевом удушу.

...дверь вылетела с одного пинка. Вот же... я ведь специально оставила ее незапертой. А он пинается. Этак и ногу сломать недолго.

Впрочем, собственные ноги Кириса заботили мало.

- Что?

- Мышь! - всхлипнув, сказала я и указала в угол комнаты, где эта самая мышь сидела. Ровненько так сидела, не спуская настороженного взгляда с Этны.

- Мышь? - переспросил Кирис, развеивая огненный шар.

Кажется, кричала я слишком уж душевно.

- Мышь.

- Эта?

- Да!

- Ты боишься мышей? - уточнил он недоверчиво.

Не то, чтобы боюсь... точнее не боюсь совершенно, но... кажется, что в наших отношениях что-то пошло не так.

- Боюсь, - я даже всхлипнула.

И руки к груди прижала.

Ага... действует.

Стало быть не зря мы вчера весь вечер эту несчастную мышь отлавливали. И белье подбирали. То есть, отлавливала Этна, а подбирала я, но...

...он очень старательно отводил взгляд. А я испытывала преогромное желание стукнуть этого... этого... слов нет, по голове. А когда он сдернул с кровати покрывало и набросил на плечи, желание стало просто-таки непреодолимым.

- Замерзнешь, - сказал Кирис мрачно. - Здесь дует.

- Баран.

- Кто?

- Ты.

Искра огня метнулась в угол, спугнув несчастную мышь, которой и без того досталось. Очень надеюсь, что она переживет сегодняшний день.

- Причем круторогий, - я попыталась слезть со столика, устроиться на котором получилось далеко не сразу, потому как несмотря на солидный внешний вид он несколько шатался. И стоило мне пошевелиться, как столик подозрительно затрещал.

И развалился.

Падать было...

...не падать.

- Я не баран, - Кирис поставил меня на пол. - Просто ты заслуживаешь лучшего.

И покрывало поправил.

Точно баран.

- Определять как будем? - я была зла.

И на мышь в том числе, потому что она не убралась, а, спрятавшись под буфет, наблюдала за нами.

- Кого?

- Лучшего. Рекомендации там... соревнование?

- Эгле!

- Что? - я выдернула хвост покрывала из руки, правда, опять не удержалась. Вот же... Кирис подхватил и упасть не позволил.

Поднял.

Отнес на кровать.

Усадил.

И сел рядом.

- Ты понимаешь, что фактически у меня ничего нет?

Понимаю.

- Даже имени. Не говоря уже о репутации.

И это понимаю. Впрочем, с репутацией и у меня проблемы. Не стоит обманываться, даже если я вернусь в столицу и выйду замуж за молодого и прекрасного эйта из древнего рода, о моем происхождении не забудут, как и о побеге, и...

В общем, плевать.

- Меня могут убить.

- Значит, постарайся, чтобы не убили, - я почесала бедро. Кто ж знал, что эти кружева настолько колючие. - И вообще... если что, у меня знакомый некромант имеется. Ну, если вдруг...

...кажется, перспектива Кириса не вдохновила.

Он встал.

И вдруг подхватил меня на руки.

- Куда?

- Туда, - он кивнул на проем.

- Зачем?

- Затем.

- А тут?

- Тут двери нет. Да и... - Кирис несколько смутился. - Недолюбливаю я мышей, говоря по правде. Но учти, если вдруг ты...

- Замолчи уже, что ли, - я поерзала, устраиваясь поудобнее. Кружево кололось все равно. - Не порти момент.

Не испортил.

Эпилог

Эпилог

На местном рынке торговали рыбой. Прямо на земле стояли огромные корзины с гребешками и мидиями, морскими огурцами, камбалой и тунцом, который потрошили здесь же, на радость разбойничьему племени котов. Их, конечно, гоняли, но вяло, скорее для порядку. И зверье, соблюдая правила, отступало, чтобы после вернуться, тишком, воровато, скользнуть под прилавок, мазнуть пушистым хвостом по ноге, ласкаясь. И утащить из корзины смачную рыбью голову.

Уносили их недалеко, порой жертвуя более слабым, и возвращались за новой добычей.

Гудели мухи.

Воняло.

И мальчишки-водоносы сновали в толпе, стараясь перекричать друг друга.

- Свежая вода, свежая... всего...

Медленно прохаживались почтенные матроны, которые выбрались на рынок не столько покупок ради, сколько от скуки. Они раскланивались друг с другом, перебрасывались парой слов, но больше ревниво поглядывали, не появилось ли у соседки чего-нибудь этакого...

...интересного.

Суетились молоденькие кухарочки. Важно ступала прислуга из белых домов, снизошедшая до рынка, верно, исключительно в виду любопытства. Порой гремели тележки, заставляя старого горшечника разразиться бранью. Дремали мужики под старым кленом, темные листья которого почти не пропускали свет. И лишь время от времени кто-то, будто вспомним, зачем вовсе явился сюда, протягивал руку и передвигал круглый камешек на доске для игры в ганмаш.

Партия длилась, сколь понимаю, не первый год.

И в этом тоже что-то да было.

Я остановилась перед лавкой, на пороге которой сидела чумазая девочка с черными глазами. Облаченная в безразмерные штаны и драную рубаху, она умудрялась не выглядеть жалкой. Длинные волосы девочка связала в хвост, из которого торчали рыбьи кости и сухая трава.

- Привет, - сказала я, разглядывая не столько ее, сколько лавку.

Старый, покосившийся на один угол домишко, с крыши которого свисали медные сковородки, плетенные из ивовых ветвей амулеты «на удачу», тряпичные обережцы и белые камни с дыркой в центре. Дырки, полагаю, сверлили здесь же.

Сушеные рыбины.

Венки из морской травы и в то же время самый настоящий морской сапфир, который висел в связке простых стекляшек, правда, выделяясь среди них глубиной и характерными полосками.

- Госпожа? - из дома выскочила полная женщина в темно-вишневом платье. - Госпоже что-то угодно? Госпожа будет довольна... у меня самые лучшие зелья...

- Врет, - меланхолично заметила девочка, вычерчивая на песке безголовую рыбину.

- ...есть на удачу, на красоту... веснушки вывести.

Выводить веснушки я не собиралась.

- ...на приворот или отворот. Отсушку так и по волосу могу сделать, - женщина вцепилась в меня и потянула внутрь хижины. - Идемте, госпожа, дело такое... сердцу-то понятно, не прикажешь...

- Ничего она делать не умеет.

К рыбине девочка пририсовала крючок.

- Пшла отсюда...

- Бабушка вот настоящей ведьмой была, а эта... только и способна, что людей дурить. В бутылках у нее морская вода, чаем подкрашенная.

Руку выпустили, а женщина, как-то хитро извернувшись, толкнула меня в хижину. А сама выскочила, чтобы отвесить пинка.

Только...

Не посмела.

Девочке хватило взгляда.

Она поднялась, кое-как отряхнула песок с ладоней и произнесла:

- Она не злая. Просто глупая. Думает, что если притвориться ведьмой, то заработаешь больше.

- Я... - женщина схватилась за сердце. - Я тебя родила... я тебя...

- Неизвестно от кого, - также спокойно ответила девочка, - а потом бросила. Ты и вернулась-то лишь когда ба не стало. Лавку забрать.

Женщина всхлипнула.

И по некрасивому лицу ее потекли слезы. А девочка лишь головой покачала.

- Эгле... - Кирис все-таки меня отыскал.

Нет, не то, чтобы я надеялась всерьез спрятаться, не на этом острове и уж точно не на этом рынке, и вообще получилось случайно, я не виновата, что им так заинтересовались те две очаровательные подавальщицы...