Знахарь. Шаг в бурю (СИ) - Сэт Константин - Страница 33

— Селена, со мной всё в порядке, хотя я и неважно выгляжу, — ответил итальянке, достал разбитый телефон, и, вытащив из него карту, грустно вздохнул. — Опять новый покупать придётся. Сплошные траты с этими покушениями…

— Лучше бо́льшие траты, чем одни похороны, — ответила мне жена, смотря за дорогой.

Нам навстречу, тем временем, выехало несколько пожарных машин, что проехали мимо в направлении горящей свалки. А потом, немного подумав, взял рацию:

— Говорит Знахарь. Всем группам доложить о ситуации в городе. Приём.

— Говорит Заря. У нас тихо. Маленькое ДТП на выезде. Приём.

— Говорит Ворон. Был бой с мастерами, на место прибыли криминалисты. Нефрит отбыла на лечение. Приём.

— Говорит Гюрза. Снимаем оцепление с микрорайона. Приём.

— Говорит Тополь. Ведём наблюдение. Тихо. Приём.

— Говорит Холодец. Проверяю склады.

— Говорит Батон. Обедаем. Пока всё тихо.

После этого в рации зазвучал смех, пока кто-то их не одёрнул, скомандовав:

— Отставить смех!

— Говорит Знахарь. Бой возле свалки. Всем группам собраться в шесть вечера в столовой медцентра. Приём.

После этого последовал ответ от всех, после чего я дал команду отбоя и просто слушал, как парни изредка переговариваются в эфире.

— Что будет теперь?

— Если планы не изменятся, нужно лететь в Болгарию. В этот раз никого с собой брать не буду — лучше вы будете здесь все вместе и под охраной. Пока охотятся на меня, но что будет, если начнут охоту и на вас?

— Веня…

— Селена, прошу, не спорь. Мне будет спокойней, если вы будете в безопасности.

Селена ничего не сказала, но я заметил по невыразительным жестам, что она осталась недовольна моими словами, и осторожно погладил её по щеке, на что она только фыркнула себе под нос.

Приехав в медцентр, я быстро прошёл по коридору и направился в палату к Ню. Отметив, что экстренно прибывшим раненым уже оказывается помощь.

Мне не нравится, что, ведя охоту на меня, эти твари калечат и посторонних людей. Сейчас главное расколоть этого профи, что я сумею сделать — всё-таки тот, кто хорошо лечит, знает, как лучше и калечить.

— Вениамин Борисович, тут экстренный, — окликнула меня со спины медсестра.

— Где? — повернулся я к ней.

— А это… — неуверенно проговорила она и шарахнулась к стенке. А, после, не отрывая от меня взгляда, стала медленно по ней сползать, но была подхвачена мной и уложена на лавочку. После чего я осторожно привёл её в сознание и отошёл чтобы встретить больного, которым оказался мальчик примерно десяти лет с посеревшим лицом.

— Везите его в пятую палату, я сейчас буду, — распорядился и побежал по лестнице вверх в свой кабинет.

Быстро скинув с себя то, что осталось от моего строгого костюма, облачился в халат и сменную обувь, чтобы после этого быстро выскочить из кабинета и, спустившись вниз, войти в кабинет, где пострадавшего встретил врач и медсестра.

— Что скажете, Николай Петрович? — обратился к одному из двух врачей общей практики работавших здесь.

— Ничего хорошего. Они в ДТП на трассе угодили, ребёнок не был пристёгнут. Вижу сотрясение, а…

Кивнув, обработав руки, подошёл к мальчишке и принялся изучать, что у него случилось, чтобы после этого быстро начать восстанавливать оборванные сосуды, вызвавшие внутреннее кровотечение.

— Николай Петрович, внутреннее кровотечение в области таза, разрыв тонкого кишечника, компрессионный перелом позвоночника, сотрясение мозга средней тяжести. Кровотечение остановил, сосуды восстановил, но придётся резать… Перитонит начался.

— Антибиотики, — кивнул врач и, сделав пробу, принялся ждать, а затем обратился к медсестре: — Света, возьми кровь и передай в лабораторию, это срочно.

Молча выполнив распоряжения, медсестра быстро взяла кровь и выскочила из палаты, а я держал мальчишку, поддерживая функции организма и осторожно восстанавливая повреждённые нервные ткани в позвоночнике…

— Вениамин, — мягко отстранила мои руки незаметно вошедшая Олеся Цветаева, — ты сам изранен, лучше себя сначала в порядок приведи. Твой халат весь в крови.

Отойдя, я внимательно себя осмотрел. И вправду плечо до сих пор сочилось кровью, плюс на ноге висели лохмотья всё ещё не отпавшей плоти. Не успел, однако, я её поблагодарить, как они вместе с Николаем Петровичем покинули палату, покатив койку с больным в операционную.

Немного подумав, я устроился на стуле и, взяв инструменты и подтащив к себе урну для перевязок, принялся убирать отторгающуюся организмом плоть и смывать кровь. Здесь меня и нашла Селена и, внимательно на меня посмотрев, проговорила:

— Скоро буду. Ню в десятой палате.

— Спасибо, сейчас закончу и дойду, — убрав кусок изрезанного мяса, кинул его в урну.

Бросив на меня короткий взгляд, она вышла из медцентра и, сев в броневик, уехала за пределы моих сенсорных способностей. А я, тем временем, закончив с плечом и правой рукой, наблюдая, как они затягиваются новой красноватой кожей, взялся восстанавливать ногу. После чего, наконец, направился в палату к Ню. Войдя, смотрел на девушку, спокойно сидячую на кровати и уже переодетую в больничную одежду…

— Ты в порядке? — тревожно посмотрела она на меня.

— Не переживай за меня — я себя уже вылечил. Давай ложись, посмотрю, что с тобой случилось, — подойдя к ней, осторожно обнял, после чего помог лечь. — Сложный бой был?

— Они не ждали нас, — тихо ответила она.

Осторожно положив руки на спину, я принялся изучать характер повреждений и даже поправил два нерва, что были недостаточно ровно сращены, а в целом лекари хорошо выполнили свою работу, полностью восстановив повреждения позвоночника. Конечно, кореянка потеряла много крови, но сейчас она была почти полностью здоровой.

— Некоторое время может быть онемение в ногах и спине, — проговорил я и сел на койку. — Честно говоря, я сильно испугался…

— Селена сказала, что, не успев появиться, ты бросился лечить ребёнка. В этот раз всё обошлось?

— Да, обошлось. Впрочем, ложись, полежи до вечера и отдохни — потом буду решать отпустить тебя домой или нет, — проговорил я и поднялся. — Мне нужно решить некоторые дела.

В это время к чёрному входу подъехал Шаман с выжившим профи, которого они быстро вытащили его из броневика и затащили в подвал.

Чмокнув Ню в щёчку, покинул палату и отошёл к лифту, после чего, спустившись вниз и направился в тайную палату. Кивнув Шаману, посмотрел на профи, так и не пришедшего в сознание, и принялся подключать его к проборам.

— Шаман, сфотографируй его и пошли фото Ире. Мне важно знать о нём всё: где жил, кого любил, с кем рядом на горшке в садике сидел… Всё!

— Понял, только не надо действовать на эмоциях, — ответил мне Шаман, оставив внутри только Семёна.

Нервно дёрнув щекой на его слова, принялся приводить искалеченного профи в сознание, однако общая усталость организма делала своё дело, приходил он в себя очень долго.

— Слышишь меня, профи? — обратился я, к нему устроившись на стуле. — Ты знаешь кто я?

— Малолетний ублюдок, возомнивший себя кем-то значимым, так же как и вся твоя семья, — прохрипел он в ответ.

— Рад, что с памятью у тебя ничего не случилось, а то уже начинал беспокоиться. Ты знаешь, что мне от тебя надо.

— Вы, Стариновы, всегда такими, похоже, и останетесь — слишком честными, правильными… Слепые идеалисты, старающиеся подчиняться законам чести и кодексу.

— Ублюдков, что убивают просто так, предостаточно. Не вижу смысла следовать их примеру.

— Простые люди? Ты про этот скот, что является абсолютным большинством? Вот благодаря таким семьям, как Стариновы, мы и не можем их подчинить. Подумай, Вениамин, это просто люди — слабые, никчёмные, не способные защититься даже от удара ножа в тёмном переулке. Какой смысл нам, ранговым, обращать на них внимание? В императорские времена они были не более чем рабами.

— Императорские времена прошли.

— Императорские времена наступят вновь. Не сомневайся. Или ты не знаешь, для чего нужна эта война? Думаешь, много ранговых семей захочет проливать свою кровь ради каких-то территорий, где живёт больное стадо? Оглянись Старинов, и ты поймёшь всё сам.