Знахарь. Шаг в бурю (СИ) - Сэт Константин - Страница 43

— Власть, Шаман. Многие упиваются чувством собственного величия, считая, что каждое их слово и жест будут исполнены. Неполноценные люди, как ни посмотри.

— Эти «неполноценные люди» вершат историю.

— Да, Шаман, но сейчас их придётся остановить, причём самым надёжным способом.

— Когда начнём?

— Скоро, Шаман, скоро, — ответил я и тяжело вздохнул, глядя на неспешно меняющийся дорожный пейзаж. — В принципе, сейчас в районе ситуация стабильная, но в одиночку в столицу я не сунусь. Всем сразу станет понятно, зачем я прибыл… Нужно немного переждать, а потом нанести неожиданный удар. Однако для начала нужно собрать ударный отряд…

Заскочив в лечебницу, я проверил маленького пациента, рука которого полностью сформировалась и начала отрастать, после чего вернулся домой и принялся разбирать завалы бумаг. Особенно много бумаг пришло с администрации, члены которой согласовывали со мной договора.

В кабинет вошла Ева с серьёзным видом:

— Веня, нужен совет по одному вопросу.

— Спрашивай, — свернул я акт по поводу мероприятий посвящённых новогодним праздникам и вздохнул.

— Просто я не представляю, как это реализовать, — проговорила Ева и протянула мне пачку ничем не скреплённых бумаг. — Посмотри сам.

Взяв документы, я принялся их внимательно читать, отмечая краем глаза, что Ева просто сидит, что-то говоря безмолвно, активно жестикулируя…

Сам текст законопроекта был написан хорошим языком с формулировками без двойного толкования, что прорабатывалось Евой тщательно. Однако, несмотря на хорошо прописанные положения…

— Это практически нереализуемо, — проговорил я, положив бумаги на стол. — Ева, у нас полмиллиарда населения, из которого только несколько тысяч являются ранговыми лекарями, причём далеко не все могут провести полную диагностику человеческого тела.

— Но… Если создать организацию…

— Да, только под чьей юрисдикцией, Ева? Вот смотри, ты планируешь создать организацию реализующую программу «Здоровые дети — здоровое детство», однако, помимо выявления различных заболеваний путём диагностики их лекарями, ты планируешь отслеживать тех, над кем были совершены насильственные половые акты, а после проводить расследование по выявлению лиц причастных к этому. Да, идея хорошая, но вот реализовать…

— Поясни. Может, я чего-то не понимаю.

— Смотри: когда идёт диспансеризация лиц школьного возраста, приходится увеличивать нагрузку на медицинских работников, где они в конце рабочего дня, проведя проверку нескольких сотен пациентов, реально просто падают от усталости. А лекарей мало, подобную нагрузку каждый день в течение пары месяцев не выдержит никто. Теперь рассмотрим ситуацию с другой стороны: кому будет подчиняться данная организация. Пойми, Ева, люди любят сплетничать — были уже не один и не два случая, когда, на моей памяти, медицинские работники просто выставляли на свет диагнозы тех или иных людей, о которых лучше никому не знать. А здесь будет ребёнок, и неважно, мальчик или девочка, но если факт того, что он был изнасилован, пойдёт по языкам, ему придётся менять место жительства.

— Можно же сделать подписку о неразглашении.

— Можно и даже нужно, но даже это не остановит. Порой, государственные тайны обсуждают за праздничным столом. Ты затронула одну из самых сложных тем, Ева.

— Но что-то же нужно делать.

— Нужно. Только вот данный законопроект даже на уровне Воскресенского района труднореализуем. Можно, конечно, выделить детей из неблагополучных семей и только проверять их — это, конечно, принесёт свои результаты, но опять же…

Задумчиво посмотрев на полку с книгами, я сориентировался, создав технику ветра, вытащил одну из них и перенёс себе в руку, после чего протянул Еве:

— Это специальная литература по твоей теме. Законом она запрещена и потому выдаётся под строгий учёт только психологам и психиатрам, работающим с реабилитацией жертв сексуального насилия.

— Ты изучал?

— Разумеется, изучал, но я не люблю работу психов, — проговорил я, потирая затылок. — Знаешь, Ева, лекари тоже выгорают.

— Давай так, я сделаю поправки, но, Веня, я реально хочу что-то изменить. Даже документы в местный университет подала — пойду учиться на педагога, — ответила Ева с довольной улыбкой.

Задумчиво на неё посмотрев, я невольно улыбнулся, чем вызвал у неё тяжёлый взгляд исподлобья, вскочив, она опёрлась на стол и смерила меня взглядом:

— Давай скажи, что у меня не получится, самодовольная морда.

— А-а…

— Спасибо за помощь, — выхватив листы своего законопроекта, она уверенно направилась на выход из кабинета, бросив: — Не думай, что раз ты глава семьи, то только на тебе всё держится.

Эта черта её характера забавна… Но учительница? Впрочем, её характер для этого прекрасно подходит — она гибкая, а вот Селена или Ирис бы точно не смогли. Однако Ева так и не заговорила со мной по поводу возвращения своих родителей, кажется, она опасается затрагивать эту тему… Её можно понять — она чувствует себя брошенной. Когда мы были детьми, она часто спала со мной и тихо плакала во сне, считая, что это из-за неё родители исчезли.

— Веня! — с радостным криком в кабинет ворвалась Нуо в одних трусах. — Меня издавать будут!

— Поздравляю. Твои усилия были не напрасны, — несколько растерялся я.

— Да, — счастливо улыбнулась китаянка, выскочив, побежала по дому делиться своей радостью с остальными членами семьи, сразу же с порога повиснув на шее у только что вернувшейся Ню и, обняв Селену, убежала обратно наверх.

Сняв очки, я отложил их в сторону, приложил кончики пальцев к вискам и начал работу…

Выбравшись из кабинета к ужину, я вошёл на кухню и попал под внимательные взгляды своих жён. Улыбнувшись, я прошёл, набрал себе воды в кружку и принялся неспешно пить.

— Снял очки? Почему сейчас? — спросила Селена. — Мог и раньше.

— Когда зрение стремительно падает, можно только останавливать его падение, но ни в коем случае не восстанавливать его полностью. Слишком нежный орган — можно вообще зрение утратить. А последующая операция не даёт гарантий на полное восстановление.

— Понятно. Город мы проверили полностью, — проговорила Селена. — Документы на Михаэля на рассмотрении — дают хорошие шансы на одобрение.

— Вы хорошо справились. Я тоже разобрался с бумажной волокитой, — зевнул я, прикладывая ладонь ко рту, а после громко чихнул.

— Будь здоров.

— Спасибо, — потёр я нос. — Завтра буду работать в медцентре, должны прибыть психолог и психиатр, а так же нужно разобраться с боевыми стимуляторами.

— Что сказал император Шунь? — спросила Нуо.

— Попросил союза перед лицом надвигающейся войны. Китайская Империя тоже под ударом — её в скором времени атакуют Япония и Монголия.

— Может, не будем обсуждать политику за столом? — устало спросила Виолетта, облокотившись на стол и водя по нему кончиком пальца. — Если честно, я устала от мыслей касательно приближающейся войны.

— Нам всем неприятно думать об этом, но приходится, — ответила ей, Лиен-Сун, поправив свои белоснежные распущенные волосы и дунув на чёлку. — Ужинать будем?

— Ещё не допеклось, — ответила ей Ева, кивнув на духовку. — Эх, как же я устала, может баню завтра протопим?

— Могу протопить, умею, — ответила Ирис, сонно клюя носом.

— Сам протоплю, думаю, справлюсь с делами быстро, — поймав рукой Нуо и прижав к себе, вдохнул запах волос и слабо пощекотал её через футболку, на что китаянка просто улыбнулась, — кого сегодня помучить?

— Займётесь этим на кухне — прибью, — смерила нас взглядом полным угрозы Ню. — Мне неприятно готовить завтрак при подобном запахе. Кто-то уже делал это здесь… — прошлась она колючим взглядом по девушкам.

Все принялись переглядываться между собой и внимательно посмотрели на меня, но я в ответ только многозначительно улыбнулся и проговорил:

— Настроение такое было.

— Живём же все вместе, давайте определимся, где мы не будем заниматься сексом, — проговорила Ню, недовольно медленно пройдясь взглядом по всем.