Клятва (СИ) - Анданченко Светлана - Страница 48

Недавно он с восторгом гонял для Ромочки паровозик по рельсам железной дороги. А ехидная Катерина надсмехалась над ним, говоря, что папе это гораздо интересней, чем сыночку.

Жизнь в поместье течёт по установленным правилам. Лоттария строго следит за тем, чтобы в доме был порядок. Данис без возражений поддерживает чистоту, а Лайди очень вкусно нас кормит. Подать и убрать со стола, это уже забота Алана. Он злится, но терпит. Однажды я слышал его бурчание «в плену на милость победителей рассчитывать не приходится». Леви всё так же держится особняком, а вынужденное прозябание в этом мире тяготит юнца. Последнее время я прошу Ремтона брать его с нами, когда случаются вылазки в город. Может хоть это смягчит тоску Алана по империи.

Я же сам не стремлюсь поскорее вернуться в проклятую Богами империю Истар.

Часть 5 ПРОТИВОСТОЯНИЕ

Империя Истар.

Овертин Истарийский подался вперёд и, обхватив подлокотники трона побелевшими от напряжения пальцами, безмолвно внимал магу из своей личной гвардии, через прорву лет безуспешных поисков таки сумевшему отыскать принцессу-беглянку.

Взбудораженный полученным известием, император задыхался от вырывающихся из под контроля эмоций. Ноздри его раздувались, бровь подергивалась. Он изнемогал от желания тут же, просто сейчас, приказать немедленно доставить к нему непокорную дочь. Но тихий настойчивый голос в голове запрещал ему сделать это.

Советнику Стани стоило не малых трудов сдержать своего господина от необдуманных импульсивных решений. На лбу у Глоя проступили бисеринки пота, от затраченных усилий потемнело в глазах, но, флегматично махнув рукой, император, всё же, не поддался искушению и отослал прочь Ристона Золи, бездумным изваянием застывшего в ожидании высочайшего повеления.

— Что будем делать с девчонкой, Глой? Позаботиться о её скорейшем возвращении твоя забота. И поторопись, — брюзжащий недовольством голос его императорского величества заставил Стани напрячься, отдаваясь пульсирующей болью в висках.

— Да, мой император, — Глой низко склонился перед своим господином, пряча от него прорывающееся раздражение.

Голова у советника отчаянно болела. А время поджимало. На заданные императором вопросы требовалось дать быстрый и верный ответ. Ошибиться Глой не имел права. Не в этот раз. Его противник оказался достаточно силён и изворотлив. А возвращение принцессы в империю было жизненно необходимо в первую очередь самому советнику Стани.

От улыбнувшейся ему, наконец, удачи Глой испытывал нешуточное облегчение. Долго же принцессе Лоттарии удавалось скрываться. И, если бы не его ум и интуиция, задуманная Лейтоном Отави месть, вполне, могла бы осуществиться.

Боги наделили Глоя Стани многими талантами. Один только дар ментальной магии дорогого стоил. А советник ещё и к размышлениям оказался склонен. Правда, размышлял он неспешно, подолгу прожевывал информацию, рассматривая её со всех сторон. Но выводы делал правильные. А, разве, не это главное?

К тому же, Глой мог похвастаться ещё и интуицией. Ведь едва не прошёл мимо того окраинного мира, до которого из империи совсем не просто было дотянуться. Но чем-то он советника зацепил. И, отправляя ищеек во все сопряжённые с империей миры и к ним близлежащие, Глой Стани лично указал на необходимость включить в сферу поисков измерение Земля.

То, что принцесса Лоттария оказалась умней, чем мог предположить советник, и наследнице удалось выскользнуть из умело расставленной им ловушки, очень усложнило жизнь Глоя.

Мириться с крахом своих планов, уже почти получив желаемое, император не собирался. В результате сорвавшейся задумки, его бесценная жизнь повисла на волоске. Смена династии гораздо страшнее предопределённой богами добровольной передачи власти наследнику. Низложенному императору смерти не избежать.

Искать в том виновного нужды не было. Овертин Истарийский во всём обвинил советника, подкинувшего ему неудачную идею. Глою Стани пришлось очень постараться, чтобы убедить взбешённого владыку империи в своей полезности и незаменимости. Кончить жизнь в кубе мага ох как не хотелось!

Когда император пребывал в таком возбуждённом состоянии как сегодня, за воздействие на него Глою Стани приходилось расплачивался сильной головной болью. Вот и теперь, чтобы привести себя в рабочее состояние, советник вынужден был воспользоваться услугами целителя. Только после его ухода, он смог ещё раз выслушать Ристана Золи. Глоя интересовало всё, вплоть до мельчайших подробностей. В них, зачастую, и была сокрыта самая ценная информация.

Измерение Земля

Женщина кричала, извиваясь, пыталась вырваться из ограничивающих её свободу пут. А он упивался её криками, её болью и полной зависимостью от него. Отбросив плеть, Алан притянул к себе рыдающую жертву и резко ворвался в её узкое, горячее лоно. Всего несколько судорожных движений и теперь уже его крик сорвался с губ, разрывая тишину ночи.

Настойчивый стук в дверь достиг упивающегося сонными грёзами сознания Алана не сразу. Он неохотно сполз с кровати, ругаясь про себя последними словами.

— Натин, чего тебе? Я, вообще-то, спал, — Алан даже не пытался скрыть раздражение, вызванное неуместным визитом.

- Ты кричал, — сообщил Санари.

Кричал? Возможно. И что теперь? Неужели даже ночью он не может остаться наедине с собой?

— Не думаю, — зло сверкнув глазами, Алан попытался удержать отстранённо-спокойное выражение на своём заспанном лице.

— Я слышал, — напирал на него Натин, заглядывая Алу через плечо.

Пришлось посторониться и впустить в свою комнату, проявившего неуместную заботу, Санари.

- Спал, говоришь? — не нашедший подтверждения своим подозрениям Санари не спешил убраться вон. — И с чего это тебе кошмары по ночам снятся?

Против воли, по-юношески нежные щёки Алана стали пунцовыми. Чувствуя опаливший их жар, он поспешил отвернуться. Но Натин, ясное дело, заметил, хмыкнул.

— Или не кошмары? — с лёгкой насмешкой уточнил он, сменив настороженное выражение лица на снисходительно-добродушное. — Давно мы в клуб не выбирались, да? — буркнул себе под нос. — Ладно, учту. Послезавтра у Ремтона выходной, оторвёмся немного. Всем не помешает сбросить пар.

С этими словами Натин Санари отправился к себе досыпать, а Алан, застыв у открытого окна, попытался привести в порядок расшалившиеся нервы.

Семь лет тому назад Алан Леви, злой насмешкой судьбы, был лишён привилегий и радостей, положенных и доступных ему, как осенённому даром слуге великого императора.

Свою жизнь в империи, чтобы не травить душу, боевой маг Леви старался не вспоминать. Слишком уж его нынешнее существование оказалось ничтожным. Но Алан верил, что это не навсегда, и рано или поздно, императорские ищейки сумеют разыскать беглецов и окажутся более удачливыми, чем их, провалившая задание, группа. Он ждал. И вот, наконец, его терпение было вознаграждено.

За Аланом Леви всегда приглядывали. Чаще Натин Санари. Иногда Ремтон Дигрант. Одного из поместья Алана никогда не выпускали.

Но сегодня Ремтон с Натином уехали в город за покупками, а Лайди, вдруг, срочно потребовались яйца. И принцесса Лоттария, нарушая негласное правило, велела Алану сходить за необходимым в деревню.

Его окликнули, едва поместье скрылось за поворотом. Он обернулся на зовущий голос, замер на миг, не веря своим глазам, а потом кинулся к стоящему неподалёку мужчине.

— Нашли, — выдохнул он осипшим от волнения голосом.

— Ну, здравствуй, Алан, — пристально всматриваясь в его, потрясённое нечаянной встречей лицо, криво усмехнулся маг Золи. — Не ожидал?

— Почему? — искренне удивился Ал. — Я верил, что беглецам не скрыться от императора. Но вас так долго не было, — пожаловался он.

— Что случилось с вашей тройкой? — Ристан Золи не спускал с Алана глаз, пытаясь понять, кто перед ним, враг или заложник ситуации.

- Мы попали в плен.

- Хочешь сказать, что проводник сумел справиться с двумя боевиками? — холодное презрение в голосе Ристана ранило Алана несправедливой обидой.