Солдат… не спрашивай! (СИ) - Иванов Петр Иванович - Страница 64

 – Добрый день! Нам бы старосту вашего надо повидать.  – сразу приступил к делу Сашка, а чего тут медлить, он должен до вечера еще две деревни посетить, а посему время дорого и не до пространных комплиментов.

 – Помещичьи мы, барина енерал-аншеф Ильинского, у нас бурмистр, а староста чай тока у казенных хрестьян.  – поправила его баба, и в самом деле ошибся немного унтер-офицер, у этих "хрестьян" даже подобия самоуправления нет, кого барин назначит руководить, тот и старший.

 – Ну тогда бурмистра! Где его найти?  – продолжил разговор Сашка.

 – Энто сызнова поди пороть ево зачнете за егорьевский лужок, за потраву?

 – Ты чево тетка, совсем сдурела, мы те не гарниза рваная, а егеря!  – это уже остальные нижние чины к диалогу подключились, разъясняют пейзанам "политику партии" и "текущий момент". Действительно, хоть и доводилось им иногда "подавлять" крестьян, но непосредственно экзекуциями обычно занималась полиция или гарнизонные войска.

 – А кто вас чертей эких зеленых разберет, у нашенских то честных хрестьян праздник, а вы колобродите!

После этих слов женщины Александр оглянулся назад, что же Григорий его не предупредил? Но главный консультант и советчик по части религии в ответ на немой вопрос начальника только пожал плечами. Скорее всего сельчане какой-то местный обычай здесь соблюдают, может быть сохранившийся еще с незапамятных языческих времен, официального церковного или светского праздника в календаре сегодня нет.

 – Так где он?

 – У церквы поди ево сыщете.  – ответила баба и решительно направилась обратно в сторону своей избы, ее дети же, однако, остались на месте. Стоят белобрысые, глазенками любопытными сверкают, разглядывают сашкину маленькую армию и нисколько не боятся пришельцев, судя по всему, может еще просто и не понимают, что за "гости" такие пожаловали. Одеты примерно одинаково и мальчик и девочка – оба в длинных, не очень чистых, и покрытых местами заплатами рубашках, длиной доходящих примерно до половины голени. Единственное отличие – у представителя сильного пола рубашонка подпоясана веревочкой, а у девки – нет, ну и оба конечно босые. Выглядят совсем как те детишки, что первыми встретили когда-то пришельца из будущего у Сосновки… ну почему он тогда не повернул обратно к бункеру?

Приняли не особенно их не особенно ласково, но до всяких там лужков и потрав и прочих местных "терок" Александру дела не было, ему поставлена командованием другая задача. "Церква"  – это церковь? Скорее всего так, а вон и маковка с крестиком виднеется, совсем рядом – надо только пройти по улице дальше и там, похоже, повернуть налево. Он оценил на глаз, как выглядят его "бойцы", конечно так себе – не гвардия на параде, особенно фуражные колпаки смешно смотрятся, его панама-афганка не в пример удачнее на вид, жаль только кокарда не сохранилась, вот таким же мелким "шкетам" пришлось презентовать звездочку. По правде говоря, иного ретивого службиста и ревностного поклонника фрунта один вид такого "воинства" довел бы до инфаркта, но для деревни сойдет и так. Здесь главное, что бы люди видели, что к ним пришли представители власти, а не какие-то там левые "партизанены" или вообще бандиты с большой дороги.

Бурмистра в многоликой и пестрой массе крестьян, уже расходившихся по домам после какой-то церемонии, Александр "вычислил" сразу же с первого взгляда. Кое-какой опыт уже был у него к тому времени, "старший" на селе всегда как-то выделяется среди остальных мужиков. Бляху медную, пожалованную барином бурмистр себе на шею нацепит, или медаль старинную найдет какую-то за неведомые никому заслуги – надпись давно стерлась, иной представитель власти берет в руки увесистую палку – понятно для каких нужд. Федор рассказывал, что у однодворцев деревенский "голова" и вовсе обязан носить постоянно специальную дубину – "булаву", как вождь у папуасов. У этого же мужика, единственного в толпе на голове имелась меховая шапка из овчины. Папаха, не папаха – размером шапочка не вышла, нет скорее – именно "шапка под хохла". Видно, что идет "местная власть", походка гордая – спина прямая, взгляд орлиный, красивая седина в висках и вдобавок – борода подстрижена, как у купца по последней моде. Он не один – жена в праздничное одежде под ручку рядом важно вышагивает как на смотру и из-за спин родителей выглядывает девчонка-подросток, строит глазки "офицеру" кокетка деревенская. И еще два каких-то мелких пацана рядом под ногами вертятся, может быть его отпрыски, а может и нет. Народ увидев прибывшее "начальство" как-то поспешно, и можно даже сказать – испуганно, расступился в стороны освободив проход, боятся – почему? Тогда Александр не понял в чем дело, потом уже когда они беседовали, бурмистр напоследок разговорился и рассказал, что недавно тут побывала совсем другая воинская команда – карательная. У них оказывается сосед-помещик "свойственник" губернатора, а местные у него еще летом случайно "потраву произвели", недосмотрели малолетние пастушки за порученной им скотиной. Обычное история для провинции, где произвол властей зачастую заменяет закон, "посекли маненько и побили" для науки всю деревню и больше всех досталось похоже именно "старшему".

 – Вы бурмистр?  – грубо разрушил семейную идиллию унтер-офицер, не хотелось ему, но что поделаешь – служба!

 – Ну я… А энто почто?  – крестьянин как-то изменился прямо на глазах, сразу посерел лицом, осунулся и даже голову в плечи втянул. Скорее всего, долгий опыт общения с "людьми в мундирах" подсказывал представителю сельской администрации, что сейчас за вопросом незамедлительно последует традиционный удар кулаком "в зубы" и возможно еще и не один. Обычно так с мужиками, что "казенными", что крепостными – без разницы, разная большая и маленькая чиновная "знать" и общается. По мнению "благородных" с простыми людьми иначе и нельзя, по другому они просто не могут – "народ их не поймет", да уж…

 – Пойдемте пожалуйста в сторонку, нам надо поговорить,  – Сашка мог бы и здесь, при всем "честном народе" вручить бурмистру предписание властей, но лучше все же без лишних свидетелей, да и стоит поближе к "своим" подойти, что ждут его в начале маленькой деревенской площади, там он их оставил. Зачем лишний раз искушать судьбу и провоцировать местных жителей на беспорядки. Законопослушность российского крестьянина – не константа, а величина переменная, зависящая от многих факторов и нижний чин не всегда воспринимается по умолчанию сельским населением как "начальство".

Мужик тяжело вздохнул, но плечи все же расправил, раз уж пришелец обращаются вежливо и на "вы"  – он русский ли вообще, как можно так с "подлым сословием" разговаривать? Что-то непонятное творится, но ясно одно, его – "старшого" вряд ли будут бить, по крайней мере – не сейчас. Жена и дочь, судя по выражению лиц у них, оптимизма мужа и отца совсем не разделяли совершенно. Так девчонка мгновенно слезу пустила, а баба готова была и в голос завыть и зареветь. Готова была была и уже рот широко раскрыла для крика, но ей не дали, мужик зло шикнул на свою "прекрасную половину" и та покорно заткнулась. Александр же только приветливо улыбнулся девчонке – "да не плачь, не съем я твоего папу"… а она ничего, может и не красавица, но свеженькая и симпатичная.

Вроде бы сначала все пошло хорошо, но потом увы, как Александр подошел к цели, ради которой они и пришли, то все – тупик. Уперся бурмистр и ни какие доводами его не пронять. Унтер-офицер не стал сразу выкладывать все козыри, рассчитывая потихоньку, полегоньку уломать упрямого мужика. Стратегия у него такая – сперва вежливо так напомнить о патриотизме и так далее, "за бога за царя"? Облом-с, народ деревенский оказывается и за то и за другое, но исключительно теоретически, а подводы давать не хотят. Бурмистр ссылается на волю барина, но тот давно уже где-то в Питере обосновался и видели его в последний раз лет пять назад. По словам местных жителей, господин тогда приехал, отдохнул в усадьбе немного с дороги, и занялся "делами". Барин за два вечера "спортил четырех нашенских девок", по словам бурмистра, и снова укатил в столицу.