Солдат… не спрашивай! (СИ) - Иванов Петр Иванович - Страница 66

Сашка собрался продолжить, но не вышло, откуда-то из-за церкви раздались крики, вроде бы детские, сперва внимания на это никто из собравшихся под навесом не обратил. Однако через минуту от туда прибежал какой-то мальчишка и сходу выпалил на одном дыхании:

 – Пров Васильич беда!!! Катьку твою молоньей пришибло!

Что тут началось – а бардак, какой обычно в таких случаях бывает, все бестолково бегают туда-сюда и вопят, вместо того чтобы спасать пострадавших. Баба, жена бурмистра взвыла сиреной, как машина скорой помощи и стремительно кинулась к церкви, за ней рванулся и мужик. За ними пришлось последовать и Александру с товарищами.

Завернув угол неказистого деревянного храма унтер-офицер попытался с ходу оценить сложившуюся обстановку. Девчонка, что ему недавно строила глазки лежит возле стены на мокрой соломе и не шевелится, склонившись над ней, как волчица воет баба.

 – Кровиночка моя родная-а-а-а…

 – Господи за что караешь???  – а это уже бурмистр рядом бухнулся на колени с разбега, самое то время молится, лучше не придумаешь.

 – Дядь салдат, а Катьку взаправду убило?  – а это уже какая-то мелкая девочка-соплюшка сбоку лезет с расспросами, в сторону ее, не до разговоров теперь время на вес золота, чуть промедлишь и девчонка-красавица отлетит навсегда в "края вечной охоты".

 – Гриша, Федор со мной! Прохор за старшего остается. Бабу долой к чертям, всех отогнать на пятнадцать шагов и не подпускать ко мне!  – Александр скороговоркой выдал распоряжения, секунды безумно дороги, тут же он винтовку свою сунул в руки одному из егерей, оружие пока не потребуется.

Он метнулся вперед, не без труда оторвал обезумевшую мать от тела дочери и отбросил прочь, прямо в руги следовавших за ним солдат. Теперь надо быстро проделать необходимые реанимационные мероприятия. Ожогов ни на ногах, ни на голове пострадавшей нет, пульса нет – он сразу же пощупал на горле – тишина мертвая, однако зрачки на свет реагируют – хороший признак, дыхание – не понять с ходу, да и не надо нам его пока. Времени с момента происшествия прошло совсем немного, а значит шансы на успех должны быть приличные. В той "нормальной" жизни его прямо выводили из себя все эти тренировки с манекенами, и прочие упражнения с шинами и бинтами, но увильнуть возможности не было и приходилось заниматся. В организации, где он тогда работал, таким вещам придавали весьма серьезное значение. Ирония судьбы – ему впервые на практике применить полученные знания пришлось только в 19-ом веке.

Александр расстегнул у девушки ворот рубашки и заодно ослабил, а затем с дернул с нее вышитый поясок. По уму, следовало согласно иструкции, предварительно с нее и вообще одежду снять до пояса сверху, но хорошо такие вещи излагать на бумаге, а попробуйте проделать сами, когда вокруг уже толпится едва ли не пол-деревни невежественных аборигенов, а вы находитесь чуть ли не в церкви. Ведь не поймут они и явно не оценят, если Сашка сейчас начнет девчонку раздевать догола, а по другому с ее рубашками и не получится. Придется ему проводить все манипуляции прямо сквозь ткань одежды. Так, вот тут у нее косточка, накрываем ее тремя пальцами иначе можно сломать, резкий удар кулаком по грудине – и первый этап пройден, затем надо будет делать как искусственное дыхание, так и закрытый массаж сердца. Хорошие помощники у него есть, Григорий и Федор этому обучены в полном объеме. Прошлой зимой он вспомнил почти дословно инструкцию по оказанию первой медицинской помощи, еще бы – если каждые полгода сдавать экзамен ней, от зубов будет отскакивать. Начальство отнеслось к этому начинанию весьма скептически, но не мешало занятиям, что Сашка проводил у себя во взводе. Ну и как всегда старый друг и соратник во всех начинаниях – Денисов отправил одну из размноженных полковым писарем копий инструкции "наверх"  – эффект был тот же самый, что и со всеми остальными "великими" прожектами… тишина и тоже мертвая.

Как у нее маленькие груди дернулись, упругие ведь точно мячики… машинально отметил для себя Александр, в другое время он бы не отказался их и помять немного в руках, но сейчас не до того. И тут он почувствовал, что на него внезапно сзади навалилось на спину "нечто" пудов эдак с пять и ему безжалосто вырывают волосы и стараются откусить правое ухо.

 – Б…ть!!! Я же вам сказал, бабу – УБРАТЬ!  – заорал Сашка пытась стряхнуть с себя нового противника. Помогли ему в этой борьбе Федор с Гришей, они мигом подскочили, и не без усилий отодрали обезумевшую бурмистершу от унтер-офицера, затем передали свихнувшуюся от горя бабу в руки другим егерям, что стояли в оцеплении и не пропускали к месту происшествия зевак.

 – Идите сюда вы оба. Начинаем! Как учили!  – он собрался надавить ладонями на грудь пострадавшей, но в послений момент оставился. Сашка заметил, что девчонка вдруг открыла глаза – голубые и ясные, как у маленького ребенка, затем она смешно наморщила носик и чихнула – значит уже и дышит. Одного предкардиального удара оказалось достаточно, запустился вновь у не в груди остановивишийся было "моторчик" сердца. Девица ему попалась в этот раз относительно крепкая, хоть и ростом не вышла и похоже, что более-менее сильная. Александр еще удивился, почему до сих пор ее замуж не выдали – хоть и подросток годами, но уже "все при ней"  – как в народе говорят. Не то родители дочку сильно любят, не то просто крестьяне местные не такие уж бедные, как сперва показалось унтер-офицеру и ранние браки здесь не в ходу.

 – Глико, дочка наша ожила, шевелится!  – рядом наконец очнулся бурмистр из ступора, до этого он так и стоял на коленях как памятник самому себе, но не мешал, поэтому его и не вытолкали прочь как остальных зевак.

Нет больше он этого делать не будет никогда… пусть уж молоденьких девушек оживляют женщины. Ситуация идиотская, иначе не скажешь… Выглядело это примерно так: Сашка наклонился на девчонкой, она его разглядывает, он тоже…и оказывается попутно тискает в своих ладонях эти самые ее "мячики", да еще и попутно гладит подушечками пальцев маленькие соски, отчетливо проступающие сквозь тонкую ткань рубашки. Как-то "само собой" у него такое интересное непотребство получилось и не хотел вроде совершенно и даже и не пытался, а вышло. А рядом ее родители стоят и плюс еще черт знает сколько родственников, соседей и подружек, к тому времени на шум народу много сбежалось.

Он поспешно убрал свои "шаловливые руки" в сторону, и отодвинулся немного назад, пропуская к дочери отца. Но когда тот попытался ее приподнять с земли Александр сразу же его остановил.

 – Не сейчас, пусть немного полежит и отойдет, когда сможет – встанет сама.

Так они и сидели возле девочки минут двадцать, ждали, пока та окончательно придет в себя. Сашка тем временем пытался понять, как же ее все таки "щелкнуло". Скорее всего было так – молния ударила у колокольню, громоотвода там конечно же не было – бесовское ведь наваждение, и разряд ушел в землю по мокрой веревке привязанной к языку колокола. Да видимо так и вышло, конец этого импровизированного "проводника" совершенно сухой и опален точно огнем. Колокольня у местных маленькая, звонарю для работы на крошечной площадке не развернутся, поэтому "благолепие" делается прямо с земли, как раз с помощью той самой веревки, что чуть не убила Катю, когда она, вместе с остальными детьми пробегала рядом. В своя время Александру доводилось видеть, как со стальных тросов, оттяжек мачты радиорелейной станции бьют в землю весьма внушительные на вид разряды во время грозы и это не смотря на наличие в конструкции системы грозозащиты. И здесь что-то подобное вышло, разве, только в меньшем масштабе.

Катерина понемногу "оживает прямо на глазах. Вот она уже пытается поднимать голову, вот села и начинает выбирать из волос попавшие туда стебли соломы. Все окончено, занавес, можно получать заслуженные аплодисменты у местной публики…