Античная наркомафия-8 (СИ) - Безбашенный Аноним "Безбашенный" - Страница 32

— Но вот если бы ездить с одурманенным сознанием было строго запрещено, то и этой прискорбной трагедии не случилось бы! — вещал выступающий, — И поэтому надо строго запретить это безобразие, пока не случилось новых трагедий!

— Блистательный, какая муха тебя укусила? — не вытерпел уже и Сапроний, наш главный вояка, — С ума-то зачем сходить? Все пьют вино — и я, и ты, и наш царь, и любой, в кого только ни ткни пальцем, но ведь ни с кем же из нас такого не случается. Меру свою надо просто знать, только и всего. Не умеешь пить — не смей больше одной чаши, умеешь — дуй хоть кувшин, хоть даже амфору, если осилишь! — весь Большой Совет рассмеялся.

— Если бы только вино! — картинно воздел руки к небу выступающий, — Но ведь наших детей одурманивают ещё и опиумом!

— А кто одурманивает-то? Разве он не сам эту дрянь покупал?

— Так ведь покупал же! Значит — кто-то продавал! И вот это необходимо строго запретить и беспощадно карать!

— Ну, это разве серьёзно? Это же всех аптекарей тогда карать придётся! Ну так и чего ты этим добиться хочешь? Ну, покараешь ты аптекарей, закроешь аптечные лавки, а к кому ты потом сам же за лекарствами пойдёшь, когда они тебе понадобятся?

— Так ведь знахари же ещё есть, и есть храм Эндовеллика!

— А они, по-твоему, опиумом не торгуют?

— Так и им тоже запретить!

— А бессонницу лечить и хирургические операции обезболивать ты нам тогда чем предложишь? — не без ехидства поинтересовался верховный жрец бога-врачевателя.

— Тебе виднее, святейший.

— В том-то и дело, блистательный, — ответил жрец ещё ехиднее.

— Сколько можно обсуждать ерунду? — вмешался я, — Ты, блистательный, никак не хочешь взять в толк, что запрет опиума проблему не решит, а только усилит. Даже если Эндовеллик и откроет вдруг своим достойным служителям какое-то другое снадобье, чего почему-то так и не сделал до сих пор, всё равно останутся те немногие, кто покупает этот опиум не для лечения, а для одурманивания разума. Сейчас, когда опиум можно купить и у любого аптекаря, и у любого знахаря, и в храме, он стоит гроши, и не от него получают свои главные доходы торгующие им. Поэтому им и нет ни малейшего смысла втягивать в его употребление всё новых и новых людей, включая и несовершеннолетнюю молодёжь. А запретив его, ты сделаешь его дорогим, а значит — основным источником доходов для тех немногих, кто не побоится твоего наказания и продолжит торговать им из-под полы. И вот тогда каждый новый покупатель станет для них таким источником прибыли, что они будут подсаживать на опиум всех, кого только смогут. Ты будешь их ловить и вешать, но на место повешенных всегда найдутся другие, желающие заработать большие деньги. Ну так и зачем же мы будем создавать такой соблазн, делая дешёвый опиум дорогим?

— И что же ты предлагаешь, ничего не делать?

— Я предлагаю не сходить с ума. Если кто-то вздумает подсаживать на это дело несовершеннолетних, то за это, конечно, надо вешать высоко и коротко без разговоров, и если ты предложишь такой закон, я с удовольствием поддержу тебя. Но запрещать опиум для всех — глупость. Мак растёт во всех странах вокруг Лужи, и его полно, весь всё равно не выкосишь, а если и выкосишь каким-то чудом у нас, то опиум всё равно привезут к нам от ближайших соседей. Ну и какой тогда смысл? Ты бы ещё коноплю в стране запретить предложил, которая растёт вообще повсюду как сорняк, — тут уж рассмеялся весь Совет.

И конопля, и мак — именно те самые, наркотические — свободно растут в диком виде по всему Средиземноморью. И естественно, всему Средиземноморью известны и их свойства с незапамятных времён. Конопля ещё и возделывается как техническая культура, потому как и масло из семян, и волокно из стеблей на те же канаты, да на грубую прочную ткань. Конечно, её и сушат, и курят по всему античному миру, но поголовным увлечением это так и не стало, хоть и не скажешь, что совсем уж редкое увлечение. Но эта конопляная наркота — лёгкая, и не просто так в нашем современном мире в некоторых странах её даже официально в конце концов легализовали — пусть уж лучше обалдуи от неё балдеют, чем на что-нибудь посильнее её подсаживаются. Соответственно, продаётся там анаша вполне свободно и по цене, более-менее близкой к себестоимости, так что из рыночного сектора лёгкой наркоты криминал в этих странах вытеснен. Ту же Голландию взять — количество укуренных на улицах, конечно, прибавилось, но за счёт кого? За счёт тех, которые курили анашу и раньше, только ныкались, да за счёт наркотуристов их тех стран, где с этим делом строго, вот они и едут в Голландию оттянуться. Сами же голландцы — кто не курил анашу до легализации, не начали и после. И новых целенаправленно никто теперь там на неё не подсаживает, потому как не сделаешь теперь на ней высокоприбыльного бизвеса. И какой тогда смысл? По идее, и с тяжёлой наркотой должно бы в случае её легализации выйти то же самое, просто тяжёлая наркота — это уже серьёзно, и пока-что на такой эксперимент не решаются даже в либеральной Голландии. Но вот он, античный мир вокруг нас, знакомый испокон веков не только с анашой, но и с опиумом, который тоже никем нигде никому не запрещён, и как-то не сторчалось Средиземноморье до массовой опиумной наркомании.

Разумеется, это не значит, что торчки отсутствуют как явление. Есть, конечно, как не быть? Но кто не мыслит себе жизни без балдежа, тот и без наркоты найдёт, от чего прибалдеть. У нас вон такие искатели нирваны и клей нюхали, и ацетон, и дихлофосом в пиво пшикали — "трипш" называлось, если три раза им в кружку пива пшикнуть. А здесь, в античном мире, такие на опиум подсаживаются. Многие ли дохнут от передоза, хрен их знает, но Юлька говорит, что первое упоминание о смертельной опасности больших доз опиума только у Плиния Старшего появится — видно, не до такой всё-же степени это дело распространено, чтобы статистика соответствующая набралась задолго до Плиния. А те единицы, что не сдохли, но сторчались до жалкого и презираемого состояния, как раз и служат наглядным предостережением для прочих. Целенаправленно же и массово никто античный народ на тот опиум, опять же, не подсаживает — по причине полного отсутствия экономического смысла. Не заработаешь баснословного состояния на торговле дешёвым и легкодоступным зельем. Поэтому, собственно, и законов против распространителей ни у кого в античном Средиземноморье нет — банально не нужны. Слишком малодоходен этот бизнес для криминала. Поэтому там, где нет и никогда не было запрета на наркоту, нет и быть не может никакой криминальной наркомафии. А значит, и нехрен создавать условия для её возникновения на ровном месте…

В нашем современном мире с этим, конечно, сложнее, потому как и запреты на ту наркоту давно уже существуют, и цены заоблачные на неё давно уже установились, и наркомафиозная верхушка живёт на них припеваючи и щедро башляет тем, кто стоит на страже сохранения её высокодоходной экологической ниши, да и наркополиция тоже едва ли жаждет остаться без работы по специальности. А до кучи — ещё и чисто юридический казус, потому как без УЖЕ созданных запасов наркоты и сети её розничной продажи по дешёвке легализация наркоты только ухудшит ситуёвину — пускай и кратковременно, но весьма ощутимо, чего все и боятся, собственно. А как ты создашь те запасы и ту сеть при всё ещё ДЕЙСТВУЮЩЕМ запрете? Замкнутый круг! Ну и международный фактор тоже ведь со счёту не сбросишь. Легализует, допустим, тяжёлую наркоту та же Голландия, так из неё та же наркомафия в соседние страны ту наркоту повезёт, где она не легализована, и властям тех соседних стран это уж точно не понравится — со всеми внешнеполитическими вытекающими. Так что если проблема УЖЕ существует, хорошего и всех устраивающего решения она не имеет. Хвала богам, в античном мире её ЕЩЁ нет, и всё, что нам нужно — это не делать глупостей, позволяющих ей возникнуть. Статья о виселице за втягивание в употребление этой дряни — другое дело. Выглядеть она будет, конечно, маразматически при отсутствии подпадающих под неё нарушителей, но тут вот эта своевременная гибель "блистательного" наркоши даёт прекрасную отмазку — статью принимаем под давлением некоторых чересчур уж озабоченных этим вопросом аристократов, настолько родовитых и уважаемых, что послать их на хрен ну уж очень не комильфо получается.