Античная наркомафия-8 (СИ) - Безбашенный Аноним "Безбашенный" - Страница 35

Немаловажен и фактор отношений с самими ликутовскими лузитанами низовий Тага, которые тоже не столь уж просты и однозначны. С одной стороны, раздражает наша сила, преградившая им путь для удалых набегов на юг, как в старые добрые времена, да и собственная уязвимость перед нами пугает, и всё это, конечно, не приводит их в восторг. Но с другой — смирились уже с неизбежным за эти годы и даже начинают привыкать.

Минур, купчина мой лузитанский, рассказывал даже, что на обратном пути от них некоторые уже весьма показательно шутили, что хватит уже в конце концов мощью нашей турдетанской их нервировать, поняли уже всё и сами. Пришли бы уж наконец, да завоевали, чтобы можно было с этим смириться и уже не нервничать — вот прямо так уже и начинают шутить. А ведь в каждой шутке есть доля шутки. Рано ещё долину Тага к себе присоединять — хоть и хватило бы уже в принципе силёнок и завоевать её, и удержать, но в Риме тогда переполошатся от чересчур наглядной демонстрации мощи, а нам разве это от римлян нужно? Нужно, чтобы они стонали и плакали от лузитанских набегов, моля богов об избавлении от них, и вот тогда это будет уже совсем другое дело — нам только спасибо в сенате скажут за аннексию и этой части Лузитании. И самое-то ведь смешное, что и не только в римском сенате. Если уже сейчас некоторые из тамошних лузитан начали шутить на тему "приходите и володейте", то через пару-тройку лет шутить так будут уже многие, а некоторые — уже и не шутить, а ждать всерьёз, и с каждым годом таких будет всё больше и больше, и весь тамошний народ будет постепенно свыкаться с мыслью о неизбежном в перспективе присоединении к Турдетанщине. А поскольку и территория к югу от лимеса обживается и окультуривается нашими буквально на глазах, и сравнение уровня жизни ну никак не в лузитанскую пользу получается, то и отношение к означенной перспективе у тамошних лузитан постепенно меняется.

А заодно — меняется их отношение и к этой соплеменной разбойной вольнице, не дающей зажить и к северу от лимеса так, как живут к югу от него. И сколько там тогда останется тех упёртых на традиционной голодранческой самобытности, когда основная их масса сложит свои удалые, но дурные головы в набегах? И сдаётся мне, что когда придёт срок, и станет МОЖНО — не столько завоевание это уже будет, сколько аншлюс. Сами же и партизан своих унять нашим помогут, дабы новую жизнь налаживать по-человечески не мешали, и новый лимес уже по северной части своей долины помогут нашим выстроить в ударные сроки, дабы новые партизаны с севера не набегали и не куролесили почём зря. И всё, что для этого нужно — это вести себя с ними нормально и по-добрососедски, дабы они видели, убеждались и привыкали, что вовсе не так страшен турдетан из-за лимеса, как их доморощенные урря-патриоты его малюют…

Из смягчения режима карантина на зимний период вытекал и ещё один нюанс — резкое повышение пропускной способности наших пограничных КПП и "концлагерей". И это породило ещё одни дебаты националистического характера — кому из переселенцев к нам предоставить наибольшее благоприятствование. Дело в том, что помимо обладателей "гринкарт", получивших их от наших вербовщиков ещё по прежнему месту жительства, с которыми вопросов не возникало, в фильтрационных "концлагерях" накопилось немало и заявившихся наудачу без "гринкарт", но зарекомендовавших себя в лагере вполне хорошо и признанных подходящими для их получения. Обычно при равных прочих предпочтение отдавалось титульной нации, то бишь турдетанам, и многие в Совете настаивали на этом, а нам на сей раз позарез требовалось побольше бастулонов. Точнее, нам нужны мореманы независимо от их национальности, но среди турдетан их мизер, а среди бастулонов таких полно. И в результате опять получается конфликтная ситуёвина на национальной почве.

Ноги у этого вопроса выросли на Кубе в связи с успешным развитием местного судостроения. Назревало строительство на верфи Тарквинеи нового поколения океанских кораблей, а экипажи для них кем комплектовать прикажете? Понятно, что и из турдетан будем добровольцев набирать, и из разноплемённых рабов, заслуживающих послушанием и усердием освобождения, но основной-то ведь костяк должен быть из людей, сведущих в мореплавании, и где их таких набрать? Сколько-то, конечно, можно подобрать и фиников из того же Карфагена, где после его демилитаризации множество мореманов осталось без работы, перебивается случайными заработками и с удовольствием, только предложи им, вернётся к работе по специальности. И сколько-то, конечно, мы вербуем и их, но фиников нам в наших колониях слишком до хрена не нужно — надо-то, чтобы и они среди турдетан ассимилировались, как и все, а не кучковались в финикийскую диаспору. Я ведь упоминал уже о вербовке в том же Карфагене молодых бесхозных финикиянок в качестве невест для наших колонистов? Вот и пущай за испанцев, да за берберских вольноотпущенников, а то даже и вовсе за принявших наш образ жизни гойкомитичей замуж там идут, дабы все там поскорее отурдетанивались, а не за своих фиников. Вот и получается, что бастулонов нам туда побольше нужно. По мореманской части они практически как те же финики, которым своими мореманскими навыками и обязаны, но это свои финики, испанского разлива, и с турдетанами они ассимилируются легко и охотно.

Но поскольку набираться они будут, получается, вместо турдетан, многим у нас это не понравилось. Пришлось выдержать достаточно жаркие споры и согласиться в ходе их на то, что сперва среди турдетан всех мореманов примем, какие найдутся, и уже только потом недостающих среди баcтулонов доберём. Ну так а мы разве против? Мы бы и одних только турдетан с удовольствием набрали, да только где же среди них столько мореманов отыскать? Сухопутный же преимущественно народ. По мере ассимиляции грань, конечно, будет постепенно размываться, но пока-что мы имеем то, что имеем, и с этим приходится считаться. Хвала богам, вожди в Большом Совете — вменяемые в основном люди, которым можно разъяснить ситуёвину и убедить в необходимости некоторых не самоочевидных на первый взгляд и не самых приятных решений. Ну, запрещальщику разве только этому, как всегда, пришлось разжёвывать, почему не получится запретить бастулонам быть лучшими мореманами, чем турдетаны, гы-гы!

Смех смехом, но из-за этого идиота заседание затянулось, и я ни хрена не успел на урок в школу. Ну, не один только я, и мой случай — ещё не самый тяжёлый. Изема, моя ассистентка, хоть и не могла подменить меня полностью на уроке пятиклашек, перенесла его на следующий раз, через день, а пока провела углублённую практику по пройденному материалу, которую мы планировали немного позже, о чём и доложила мне на перемене. Ну, хвала богам, хоть так. А урок Миликона пришлось вообще со следующим по другому предмету рокировать, да и на передвинутый-то царь успевал с большим трудом — начать пришлось его помощнику, которого наш венценосец послал вперёд себя.

— Опять этот Танцин Запрещалкин вас задержал? — угадала Юлька.

— Ага, млять, он самый! — подтвердил я, — Чтоб ему ни дна, ни покрышки!

— Закон всемирного тяготения он запретить ещё не предлагал?

— Пока — только закон сообщающихся сосудов.

— Особенно информационных? — она расхохоталась, наглядно демонстрируя как раз означенный закон в действии, — Помощник Миликона только что сказал нам, мы чуть с ног все не попадали!

— Вам тут хотя бы сдерживаться не нужно было, а прикинь, каково нам в Совете было выслушивать подобную анинею и делать морду кирпичом, соблюдая этот грёбаный этикет? Ага, протокольный стиль поведения называется! — я бы ещё добавил соображений по рациональному использованию патологического дурачья в качестве живых мишеней на стрельбище с последующей переработкой на удобрения, но прозвенел колокольчик, а мне предстояло проводить урок у седьмого класса. И так-то материал не их простых, на Изему его хрен перегрузишь, только самому вести, так ещё же и школота уже в курсе новостей, и мне пришлось даже прервать урок, дабы объяснить им, что было на самом деле, поскольку "сарафанное радио", конечно, преувеличило всё в "стандартные" три раза.