Темнейший воин (ЛП) - Шоуолтер Джена - Страница 81

"Никакого счастливого конца..."

Черт побери, её мозг все время цеплялся за эту мысль.

- Девочка, вернись ко мне. - Ласковый голос Пьюка окликнул её, успокаивая. - Моя темнейшая.

Темнейшая? "Сегодня вечером я собираю прозвища".

Свет пробивался сквозь грозовые тучи в её сознании. Быстро моргнув, чтобы сфокусировать внимание, она застонала. Гален и Пандора лежали на земле с закрытыми глазами, кровь забрызгала их кожу и одежду.

- Я убила их? - спросила она спокойно.

- Они выживут. - Пьюк стоял рядом, гладя её и утешая.

Когда она перевела взгляд на его лицо, то чуть не лишилась последней съеденной в обед пищи. Один из его рогов висел под странным углом. Один глаз заплыл, нос был сломан, нижняя губа разбита, нижняя половина лица покрыта каплями крови. У него были порезы на шее и груди, а штаны изодраны в клочья.

- Это я сделала с тобой? - спросила она, и её подбородок задрожал. Она осторожно провела кончиками пальцев по одной из самых глубоких ран.

- Это? Да ничего страшного.

- Я тоже в порядке, спасибо, - рявкнул Уильям.

Джиллиан обернулась и увидела, что он стоит от неё по другую сторону. Уильям был в таком же плохом состоянии, как и все остальные, на лице красовался шрам ото лба до подбородка. Часть его горла была вырвана, и одно ребро торчало из груди.

- Прости, - прохрипела она. Он даже не мог себе представить, какую вину Джиллиан испытывала.

Он ничего ей не сказал, только перевёл прищуренный взгляд на Пьюка.

- Тебе не о чем беспокоиться, Пьюкер. Я сказал, что помогу тебе вернуть корону, и я это сделаю. И ты выполнишь свою часть сделки. Ты освободишь её, как только корона ляжет на твою голову.

Затем он перевёл взгляд на неё, и Джиллиан захотелось, чтобы земля разверзлась и поглотила её.

- Хочешь ты меня или нет, тебе нужно освободиться от уз. Ты не познаешь свой собственный разум - или сердце - пока оно не разобьётся. - А потом он сделал то, чего она совсем от него не ожидала. Он отошёл от неё и, как и Пьюк, ни разу не оглянулся.

Глава 36

Бормоча себе под нос проклятия, Син расхаживал по своим покоям. Это стало обычным явлением. Оракул сбежала. Хотя её местоположение не имело значение. Он пометил её магическим маячком в первую же ночь в подземелье - после того, как накачал наркотиками. Она понятия не имела, что он может найти её в одно мгновение.

Он был уверен, что она собирается найти и помочь Пьюку. Чтобы вернуть её, Син должен встретиться лицом к лицу со своим братом.

"Не готов".

Последняя насмешка Оракула звучала в его голове.

"День придёт, день придёт скоро, верхом на крыльях ярости. Месть для тебя отмерена".

Пьюк может отомстить, но не одержит верх. Да и как он сможет?

Если последнее предсказание правда, Пьюку не удастся его убить. Потому что Син ещё не встретил свою "даму любви". После этого, только после, он потеряет голову.

"Я не хочу убивать своего брата, но не могу позволить ему убить меня".

Син ударил кулаком в стену, расколов камень. Костяшки его пальцев запульсировали, пыль наполнила воздух. Кровь закапала с разорванной кожи, пачкая меховой коврик, который выбрала его мать... впрочем, очень давно.

Каждая алая капля напоминала ему о той ночи, когда он проклял Пьюка. Его брат вошёл в военный шатёр, пропитанный кровью их врагов, гордо сжимая меч короля Уолша.

Что же сделал Син - "одарил" брата Равнодушием - поскольку считал это необходимым злом. Но ведь не существует такого понятия, как необходимое зло, не так ли? Такое зло притворяется добром. Оправдания, оправдания.

Неужели его действия продиктованы пророчеством? Да. Неужели он превратил возможное пророчество в самосбывающееся? Возможно.

Сделает ли он это опять? Однозначно.

"Другого способа, спасти нас обоих, нет".

Но что, если существовал другой путь? Вдруг он мог бы провести эти столетия с Пьюком, работая вместе, как они и планировали?

Нет, нет. Невозможно. Самая большая слабость Пьюка была также его самой большой силой: его чувство собственничества. Несмотря на его утверждение, что они будет править вместе, он считал клан Коннахта своим. И другие кланы тоже. По сути, всю реальность. Его, его, его.

Пьюк пытался обойти пророчество, никогда не спал с одной и той же женщиной дважды, никогда не заявлял о своих правах, никогда не рисковал, чтобы не влюбиться, никогда не проявлял желания жениться на любящей королеве. Но однажды он бы сдался.

В тот момент, когда отец объявил о помолвке Пьюка с принцессой, Син увидел, как его брат вздрогнул, и все понял. Пьюк только что подумал: "Она моя".

"Я помог ему избавиться от таких глупых наклонностей. Я дал ему покой. Он не знает страха, нетерпения, вины или неудачи".

И как Пьюк его отблагодарил? Привёл группу бессмертных в Амарантию, чтобы узурпировать трон.

Любит ли его жена?

Пройдя мимо зеркала, Син увидел изображение, которое ненавидел больше всего на свете - татуировку бабочки на груди.

Метка его демона. Знак Паранойи.

Пьюк понятия не имел, что Син одержим. Син тоже не знал. Поначалу. Пока Красная Королева не явилась к нему во второй раз и не объяснила, что с ним случилось.

Мирные переговоры Сина в соседней реальности оказались бесплодными. Там не боялись его, смеялись ему в лицо, какое бы предложение он ни сделал. Он ненавидел саму мысль о том, что вернётся к Пьюку неудачником. О, какое унижение!

В ночь перед тем, как он должен был вернуться домой, Красная Королева впервые явилась ему и предложила решение: украшенную драгоценностями шкатулку, содержащую силу, необходимую, чтобы заставить любую реальность его бояться. И что он должен был сделать взамен? Подарить брату на ночь его собственную шкатулку, по её выбору.

Надеясь произвести впечатление на Пьюка навыками, и желая подарить брату такую же силу, Син принял и открыл коробку. Мгновение спустя чёрный туман с красными глазами поднялся и втянулся в его тело.

Демон Паранойи овладел им, подчинил себе, и Син впал в безумную ярость, убив своих людей.

Все, что Пьюк испытывал в момент вселения в него демона, Син ощутил неделями раньше. Ужасающая темнота. Бесконечный мрак. Полная потеря контроля. Но это того стоило. Власть! Страх, который он внушал другим! Красная Королева не солгала.

Теперь Син горько рассмеялся. Он никогда не хотел причинить Пьюку боль. Только хотел жить в Амарантии вместе с ним, навсегда. Если Пьюк перестанет считать корону Коннахта своей и оставит стремление объединить кланы, то пророчество утратит силу, и все будет хорошо.

Но после одержимости Пьюк больше не заботился о Сине.

"Нужно убить его, пока он не убил меня".

Нет! Син ударил себя кулаками по вискам. Никогда!

- Замолчи!

Какие мысли возникли в его голове, а какие пришли от демона? Он больше не видел разницы. Был ли он собой когда-нибудь?

"Убей Пьюка. Убей Пьюка. УБЕЙ Пьюка".

Слюна брызнула из уголков его рта, Син выпустил магию, заставляя стену песка образоваться перед зеркалом. В центре появилось изображение Пьюка и его окружения. Группа из пяти человек шла через лабиринт Сина, подходя к концу. Ещё одно испытание, и откроется дверь, ведущая к форпосту Коннахта... мера предосторожности на случай, если сам Син попадёт в ловушку.

Король должен предусмотреть любую возможность.

Кроме того, часть Сина - возможно, тот мальчик, которым он был раньше - надеялась, что Пьюк найдёт выход.

Должен же быть способ жить вместе в гармонии. "Думай!" В прошлом Син решал гораздо более сложные задачи и преуспевал в этом.

Проблема была в пророчестве. А это означало, что разгадка тоже в нем кроется. Не дай чему-нибудь случиться, и ничего не случится. Изменение одной переменной влечёт изменение всех.