Темнейший воин (ЛП) - Шоуолтер Джена - Страница 97

- Нет. - Она излучала ярость. - Я же говорила тебе, что слишком большой риск.

Уильям тяжело вздохнул.

- Достаточно. Это должно быть сделано. Эффект должен быть немедленным, но подождём до конца дня, на всякий случай. Если ты все ещё захочешь его к тому времени, когда солнце сядет, я благословлю твой новый брак. Но, так или иначе, ты узнаешь своё истинное сердце - и его тоже. Это подарок, который я тебе дарю.

Она вскочила на ноги и влепила ему пощёчину. Сильную. Треск, вероятно, разнёсся эхом на многие мили вокруг.

- Зачем ты это делаешь? Чтобы завоевать меня? Даже без этой связи я не собираюсь этого делать.

Пьюк перенёсся и встал перед ней на всякий случай, если Уильям решит атаковать.

"Сейчас я могу переноситься? Очевидно".

Мужчина потёр щеку и закатил глаза, глядя на Пьюка.

- Возможно, это подарочек тебе, Пьюкер. Если она тебе не будет нужна, тебе не придётся иметь дело с её характером.

Тогда Пьюк понял правду: Уильям полностью выбыл из игры. У него не было никаких претензий, да он и не хотел их предъявлять.

Усмехнувшись, Пьюк отступил в сторону, чтобы дать друзьям поговорить.

- Я позволил потребности защитить испуганное, оскорблённое существо сбить себя с толку, - мягко сказал Уильям Джиллиан. - И хотя я люблю женщину-воина, которой ты стала, твои чувства к другому мужчине разрушают сделку, а твоя сила - в твёрдом "нет". Я не могу быть с женщиной, которая обладает властью уничтожить меня. Если, конечно, я не найду этого шифровальщика. - Его глаза сузились. - И я это сделаю.

Пьюк не сводил глаз с Джиллиан, не в силах отвести взгляд. Она была сильной, столько всего пережила с высоко поднятой головой. И все же здесь и сейчас она во второй раз опустилась на колени, добровольно оказавшись в положении уязвимой и умоляющей. Но на этот раз она не стала умолять. Она опустила голову и зарыдала.

Её вид сломил остатки решимости Пьюка, и если бы он любил её хоть чуть-чуть меньше, то умолял бы Уильяма положить этому конец. Но так же сильно, как ей нужно было знать, что она выбрала Пьюка по доброй воле, ей нужно было знать, что и он выбрал её по зову сердца.

- Поверь мне, девочка. Пожалуйста. - Он опустился перед ней на колени, взял её руки и поцеловал костяшки пальцев. - Позволь мне доказать, что моя любовь к тебе реальна и прочна, независимо от того, связаны мы или нет.

Слезы стекали по её щекам, но, в конце концов, она кивнула.

Не желая терзаться сомнениями и рисковать передумать, Пьюк снял с груди ножницы... и разрезал их связь.

Глава 45

Джиллиан точно знала, когда именно её связь с Пьюком оборвалась, потому что остатки её сердца разбились вместе с этим. Печаль волна за волной разрушала то чувство удовлетворения, которое ей удалось достигнуть. Горе пришло на смену радостному возбуждению.

Каждая клеточка её тела оплакивала связь с мужем.

Когда-то она прожила без него пятьсот лет и (в основном) процветала. А теперь она не может прожить и пяти секунд?

Металлическая лента на запястье Пьюка развязалась и упала на землю. Как будто последний гонг звал воинов домой с битвы.

Она посмотрела на своего мужа - своего бывшего мужа - который смотрел на неё с отсутствующим выражением лица, и её чуть не вырвало. Неужели он вернулся к Ледяному человеку? Нет-нет. Он больше не одержим Безразличием, так что лёд ему не нужен. А может, он просто не хотел иметь дело со своими эмоциями?

Нет! Пьюк не станет призывать лёд, только не рядом с ней. Он же обещал.

Неужели он её разлюбил? Неужели наступил её несчастливый конец?

Неужели она его разлюбила?

Она перевела взгляд с Пьюка на Уильяма, который выжидающе смотрел на неё. Когда Джиллиан заглянула в его ярко-голубые глаза, любовь затмила печаль, но... эта любовь все ещё основывалась на дружбе. У неё не было никакого романтического интереса к Уильяму.

Её внимание вернулось к Пьюку, и сердце забилось быстрее, побуждаемое к действию любовью и вожделением, непостижимым количеством каждого из них и абсолютно романтичными.

Она пристально посмотрела на непроницаемое лицо Пьюка.

- Изменились ли твои чувства ко мне?

Если и так, она... что?

"Ты - воин. Ты будешь бороться за то, что хочешь, вот что".

И это было правильно. Джиллиан вздёрнула подбородок. Если понадобится, она будет ухаживать за ним. Будет бороться за него и отвоюет обратно. Это был ещё не конец.

И вообще, почему она так боится? Когда ей что-то не нравится, она все меняет.

- Я не хочу, чтобы мои чувства к тебе повлияли на твоё решение, но... - Маска спала с его лица, показав обожание, привязанность, нежность - любовь. - Ты не просто любовь всей моей жизни, девочка. Ты - моя жизнь. Я ведь уже говорил тебе об этом, так?

Обняв его, Джиллиан воскликнула:

- Я тоже тебя люблю. - Очень. Все это беспокойство было напрасно. Абсолютно! Она могла бы уберечь себя и Пьюка от многих неприятностей, если бы просто поверила в их настоящую связь.

Любовь никогда не подведёт.

- Это очень скучно. - Винтер поморщилась, мол, мне стыдно за вас обоих. - И довольно мерзко. Любовь - отстой.

- На этот раз я согласен с тобой, Винни. - Пока Винтер бормотала о своей ненависти к новому прозвищу, Уильям поднял Джиллиан на ноги. Однако он не смог заставить её отпустить Пьюка. Возможно, понимал, что потеряет руку, если попытается это сделать. - Вы двое не собираетесь же провести большую часть своих одиноких часов в гляделках. Если вы все-таки решите снова быть вместе...

- Мы вместе, - в унисон ответили Джиллиан и Пьюк.

- ...то вам нужно обезопасить крепость Коннахт, чтобы я мог убедиться, что у моей Джиллиан есть вечный дом.

- У моей Джиллиан. - В мгновение ока Пьюк вскочил на ноги и ударил Уильяма кулаком в живот. При этом ни на секунду не отпуская Джиллиан. - Только моей. И никогда твоей.

Уильям поднял руки ладонями вверх, демонстрируя свою невинность.

- Твоя Джиллиан. Хорошо. Как угодно. Считай, что твоё требование поставлено на кон. В любом случае, пойдём, скажем твоим людям, что здесь за главного новый придурок.

Отлично. Пьюк ещё раз поцеловал костяшки пальцев Джиллиан, прежде чем направиться к дереву, где они в последний раз занимались любовью и где Уильям со спутниками привязали своих химер. Он оглянулся раз, другой, третий, чтобы убедиться, что Джиллиан не убежала, и её сердце воспарило.

"Он все ещё любит меня. Я все ещё его люблю".

Все сработало!

С надеждой она вскочила на Арахиса. Уильям ехал слева от неё, а Пьюк - справа, сделав из неё начинку в сэндвиче. Винтер возглавила их отряд, а Камерон прикрывал тыл.

Один час перетекал в другой, разговор прекратился. Неужели все остальные так же усердно следят за солнцами, как Джиллиан, и ждут, когда они сядут?

Только Винтер поддерживала постоянную беседу... сама с собой. Камерон считал деревья. Очевидно, это его новая навязчивая идея. Джиллиан было жаль ту женщину, в которую он влюбиться. Его преследование будет безжалостным. Но только пока он не получит своё.

Может ли хранитель Одержимости жить долго и счастливо?

Сможет ли Джиллиан? Ни один счастливый конец не означал бы жизнь без Пьюка. "Он все ещё любит меня. Я все ещё люблю его".

Она никогда не устанет от этих слов.

Когда они добрались до густых зарослей деревьев, Пьюк спешился, и все остальные последовали его примеру. Один за другим они повели своих химер сквозь листву.

- Хорошо, - сказал Уильям, его голос был полон раздражения. - Я уже целую вечность жду, когда кто-нибудь задаст мне вопрос о том, как мне удалось одержать величайшую победу всех времён. Поскольку каждый член моей команды твёрдо решил быть грубым и не обращать на меня внимания, мне придётся унести свою историю в могилу. Не то чтобы я когда-нибудь умру.

Джиллиан выгнула бровь, намеренно сохраняя молчание. Он расколется на пять, четыре, три, два...