Костяной Скульптор. Часть 3 (СИ) - Розин Юрий - Страница 41

— Не позволю. — Слишком много хочешь, парень. В ответ Илланион залился столь же мелодичным, как и вся его речь, смехом, и смеялся без остановки почти минуту.

— Ох… — наконец, отсмеявшись и утерев выступившие на глазах слезы, капитан Мелодии откинулся на спинку своего кресла и взглянул на меня уже иным, не подозрительным или одобрительным, а крайне заинтересованным взглядом. — Скажу без экивоков, ты мне нравишься. Давно никто не осмеливался отвечать мне в подобной манере. Я даже почти верю что ты не шпион Черной Зари. Всех их Воинов я имею удовольствие знать лично, а взять и просто нанять кого-то навроде тебя для подобной черной работы у них ни за что не хватило бы ни денег, ни яиц. Хотя всех подозрений, ты, естественно, не избежал, уж не обессудь, но я с превеликим удовольствием принимаю твое предложение. Кстати скажи, не хотел бы ты вступить в ряды Мелодии на регулярной основе?

— Нет. — Я покачал головой. — Не исключаю, что если все выйдет удачно, я еще останусь на тебя поработать, но становиться твоим подчиненным не хочу.

— Очень жаль, — Илланион и правда погрустнел, хотя за сотню лет не мудрено стать первоклассным актером. — Если не секрет, будь добр, ответь, причина заключается лично во мне или у тебя для столь категоричного отказа какие-то свои причины?

— Второе. — Объяснять я ничего не собирался. Раз уж меня приняли, то и лишнего говорить не стоило.

Так и не дождавшись разъяснений, капитан Мелодии недовольно хмыкнул, но ответил вполне спокойно.

— Что же, дело и правда твое и кто я такой, чтобы продолжать допытываться. На этом ты можешь идти, я скажу кому-нибудь, чтобы тебе нашли подобающее место.

Кивнул, я встал и направился к выходу из палатки, и только когда взялся рукой за полог вспомнил, что так и не сказал ничего по поводу платы за мои услуги, а Илланион, понятно, сам не стал начинать разговор, в итоге которого неизбежно понесет убытки. Да уж, все-таки опыта в переговорах мне не хватает. Сюда бы Веска или Лиората, они бы все обстряпали куда более гладко.

Еще раз я вспомнил об этом, когда провожатый, силясь скрыть улыбку, отвел меня к не занятому пятачку под палатку, находившемуся в нескольких метрах от местного туалета. Полигоны были устроены так, что мусор и отходы, оказывающиеся на земле, исчезали через пару часов, так что туалет, представлявший просто сбитый на скорую руку деревянный короб с дыркой никогда не переполнялся, несмотря на несколько сотен человек в лагере, но вонь, понятное дело, никуда не девалась. Похоже, Илланион, ко всему прочему, был еще и обидчивым. Впрочем на этот раз он просчитался. Обоняние у меня работало криво, игнорируя большинство запахов, так что от близости к выгребной яме мне не было ни тепло, ни холодно. Однако, так или иначе, не важно, чувствовал ли я исходящее от туалета зловоние или нет. Забывать капитану музыкантов этого я не собирался.

.

— Эй, ты! — Штифт, на котором держалась моя палатка, закачался, словно в ураган.

Приближение незнакомца я почувствовал заранее, но решил подождать и посмотреть, что тому надо и как он будет себя вести. Даже без зрительного контакта я мог почувствовать исходящую от него силу, а значит роскоши относиться к нему как с тем же безразличием, что и к обычным членам Мелодии я не мог себе позволить. И судя по всему на мою мертвую задницу ожидался очередной геморрой.

— Чего? — Выбравшись из палатки, я, совершенно неожиданно для себя, уткнулся носом в живот агрессивного незнакомца.

Да, после того как я получил возможность управлять своим ростом, я сделал его немного меньше, чтобы не столь сильно выделяться. Но при этом все равно остался довольно высоким. Метр восемьдесят пять, может быть, сложно судить самому. А этот… даже сложно человеком его назвать. Этот великан возвышался надо мной, словно гора. Даже если бы я был роста Галасты в ее бытность лич-боссом, он бы все равно смотрел на меня сверху-вниз. Причем он был не только высоким, но и комплекция его вполне соответствовала. Ширина плеч в метр, руки толще чем мои ноги и ноги толще чем мое тело… вспоминая кареглазую, на ум сразу пришел образ медведя-оборотня. Почти полностью заросшее волосами лицо и прямо-таки мохнатая рука, легшая мне на плечо, лишь добавляли целостности образу.

— Ты Ганлин? — Рычание, идущее откуда-то из пересечения всклокоченной бороды и похожего на здоровенную картофелину носа, дало понять, что никакой ошибки нет и это существо и правда пришло по мою душу. Впрочем, какая мне разница? Если не хочет общаться мирно, значит сам виноват. Физической силы ему, конечно, не занимать, но я против гнезда зомби в прямом столкновении выдержал, а по сравнению с этой тварью любые великаны кажутся мелочью.

— Ну я. — Моя ладонь легла поверх его и без особого труда сбросила с плеча. Конечно вряд ли он прикладывал в этому хоть сколько-нибудь серьезные усилия, но все было видно, что медведь удивлен. И удивлен не так как Илланион, а искренне и по-детски, словно малыш, которому показали фокус с исчезающим пальцем. Вся настороженность, что у меня еще оставалась по отношению к этому здоровяку, тут же испарилась. Опасаться стоило не сильных людей, а умных, хитрых и расчетливых, таких как капитан Мелодии. А этот… даже смешно.

И, похоже, он уловил изменение моего отношения, потому что весь сразу как-то сник и уже готовая вырваться на волю ярость вдруг испарилась, будто ее и не было.

— Я, это… пришел сказать, что я буду за тобой, это… наблюдать, вот. — Больших усилий мне стоило не рассмеяться над подобной сверхстрашной угрозой.

— Ты кто вообще такой? — Даже его крайне угрожающая внешность как-то перестала внушать. Теперь это был просто большой и бородатый ребенок, пришедший ко взрослому с какой-то своей надуманной претензией.

— Я Брут! — Гордо выпятив грудь, он стукнул по ней ладонью.

— Приятно познакомиться, — злиться на него за то, как начался наш диалог, просто не получалось.

На секунду расплывшись в улыбке, Брут вдруг снова посерьезнел и сжал пудовые кулаки.

— Нет, Илл сказал, что ты ему нагрубил! Я должен тебя наказать!

Как интересно. Личная бородатая собачка капитана Мелодии. Причем собачка хорошего такого уровня Воина. Впрочем, судя по тому, как быстро Брут в начале стушевался, в его плане существует зияющая дыра.

— Это он тебе сказал меня наказать?

— Нет… — опущенная голова, смущение во взгляде, теребящие завязку на груди руки… для полной картины ему не хватало только шаркать ножкой.

— Может пойдем и спросим, стоило ли тебе ко мне приходить?

— Не надо! — Ишь, как глазки забегали. Оно и понятно, насколько я успел понять характер дирижера местного оркестра, за несанкционированные действия тут карают жестоко, независимо от того, кто ты: рядовой солдат или правая рука.

— Если я не скажу, обещаешь меня не наказывать? — Никогда не общался с детьми, да и не видел никогда, но судя по всему, из меня выйдет неплохая няня. Правда если ребенок меня доведет, я могу и сломать что-нибудь, включая шею… ну и ладно. Родители, отдающие детей на попечение нежити должны знать о возможных рисках.

— Обещаю! — Брут чуть не запрыгал от счастья, после чего развернулся и быстро зашагал прочь, видимо опасаясь, что я могу передумать.

Да уж, мою жизнь можно назвать какой угодно, но точно не скучной…

.

Города дьявольских недр представляли из себя огромные колонны, вот только они возвышались над пустошами не своего, а следующего уровня. На пятом, десятом и так далее этажах можно было заметить лишь окружающую город стену, все остальное сооружение же уходило глубоко в землю колоссальной воронкой, выходя из потолка следующего уровня и спускаясь до самой земли, обеспечивая переход между этажами и поддерживая этот самый потолок.

Появившийся рядом со входом в один из таких городов Игор, недоуменно оглядевшись по сторонам и встрянув рогатой головой, не придумал ничего лучше, чем пойти прямо к воротам. Но если Лаэна отнеслась к появлению стражи со спокойствием, а Веск с настороженным вниманием, для бывшего паладина повалившие из города солдаты-ифриты, огненные духи, обретшие подобие тела, были словно красная тряпка для быка.