Жизнь после Жары (СИ) - Стилл Оливия - Страница 32

— Вот спрашивается, какого хрена мы тащимся в такую даль, если я предлагал всем идти на Краснофлотский, — проворчал Хром Вайт, однако Олива пресекла его нытьё на корню.  

— Если кто будет ныть, того я привяжу к дереву и за неверность оставлю на съедение комарам, — жёстко отрубила она.  

Обмахиваясь от насекомых ветками, которые, впрочем, не спасали, ребята углубились в лес. У железной дороги Олива хотела было остановиться и сделать привал, но Хром Вайт не позволил.  

— Мы должны пересечь последний лес перед озером не теряя времени, — объяснил он, — Иначе мы не успеем на последний автобус и придётся заночевать в лесу.  

— А ты хорошо знаешь дорогу дальше? — спросила Олива, — До железки-то ориентир простой, а после? Ведь в том лесу такие дебри, что только Гладиатор один знал, по каким тропинкам нас вести.  

— Да выведу я вас, чё ты паникуешь, — отмахнулся Хром Вайт.  

— Позвони Гладу на всякий случай! Пусть он, по крайней мере, объяснит нам, как идти дальше…  

— Да брось, так дойдём!  

— Ну ладно, — пожал плечами Даниил, — Веди нас, Иван Сусанин.  

Во главе с Хром Вайтом все вступили в последний лес перед Медозером и пошли следом за Хромом, который с каждым шагом по петляющим лесным тропинкам становился всё более неуверенным.  

— Странно, — заметил Флудман, — Ведь с Гладом мы за полчаса доходили от железки до озера, а сейчас всё идём, идём, а лес всё не кончается…  

— И вода в бутылке закончилась, — сказал Ярпен, — У меня аж в глотке всё спеклось.  

— Ну чего? — обеспокоено спросил Флудман, видя что Хром Вайт, шедший впереди всех, в растерянности остановился.  

— Только не убивайте меня, — пробормотал Хром, — Но мы, кажется, пошли не по той дороге…  

— Почему не по той дороге?  

— Потому что впереди болото…  

Ребята в недоумении остановились. Узенькая тропинка шла под горку и обрывалась внизу, затерявшись в болотных камышах. Громадный путь, который они проделали, закончился тупиком…  

— Что же нам теперь, обратно идти? — нарушил молчание Даниил.  

— Если бы, — пробормотал Хром Вайт, — Хуже всего то, что пока мы тут петляли, попали в такой лабиринт, что и дорогу назад теперь не найти….  

— Ну что, придётся звонить Гладу, — сказал Ярпен.  

— Невозможно, — объяснил Хром, — Здесь не ловит сотовая связь.  

— Зашибись! — потеряв терпение, выругалась Олива, — Я же говорила тебе ещё у железки — звони Гладиатору! Только он знает правильный путь, а теперь что мы будем делать?!  

— Сухари сушить, — отрезал Хром Вайт.  

— Но ведь как-то мы должны выйти из этого леса! — сказал Флудман, — Давайте попробуем пойти назад — как пришли, так и должны же выйти по идее!  

Это был единственный выход у них сейчас, и горе-путешественники, вымученные долгой дорогой по жаре и комарами, попятились по мшистым кочкам назад. Однако, по мере того как они шли, лес всё не редел, а, напротив, становился всё чаще и чаще. Тут-то друзья окончательно поняли, что они заблудились.  

— Я никуда больше не пойду! — заявила Олива, садясь на мшистую кочку, — Идти нам некуда! А по милости этого товарища — она указала на Хром Вайта, – По его милости теперь неизвестно, выберемся ли мы отсюда вообще когда-нибудь…  

Всем стало не по себе. Окружающие их деревья наступали со всех сторон; лес пугал своей чернотою и непроходимостью. Вдобавок ко всему скрылось куда-то солнце, и в лесу стало ещё мрачнее от надвигающейся с запада чёрной тучи. Где-то отдалённо прогрохотал гром.  

— Ого, какая туча, — сказал Ярпен, — Вот щас ливанёт-то…  

Секунда — и ливень с крупным градом стеной обрушился на наших ребят. Они промокли до нитки; деревья отчасти защищали их от града, но грохот грома и сверкающие молнии у них над головами приводили всех в ужас. Олива, хоть и была не из трусливых девчонок, и та не смогла скрыть своего страха и прижалась головой к Даниилу, который накрыл её своей курткой.  

— Вот и искупались, — сыронизировал он, когда ливень прошёл, а промокшие до трусов путешественники встали, чтобы идти дальше.  

После дождя идти стало намного легче: напряжённый предгрозовой воздух разрядился и стал мягче, а комары и слепни, прибитые дождём, поубавили свою ярость и уже не так сильно атаковали друзей своими укусами. Между тем, деревья каким-то чудом стали редеть, и вскоре взору утомлённых путников показался впереди белый просвет. Не прошло и пяти минут, как друзья выбрались, наконец, к Медозеру, только с другого берега, противоположного тому, где они останавливались в прошлом году.  

— Эва, куда нас занесло… — задумчиво произнёс Флудман.  

Олива остановилась у воды. Медозеро... В её памяти тут же воскрес прошлогодний поход, шашлыки, синяя палатка, костёр с пламенем до небес, который возжёг Салтыков…  

«Как он любил меня тогда! — вспомнила Олива, — Как ревновал к каждому столбу, как бесился из-за того только, что я плавала в озеро с Гладиатором, а не с ним! А теперь... теперь ему срать на меня настолько, что он даже прячется от меня в Питере и будет торчать там, вероятно, до тех пор, пока я не уеду из Архангельска...»  

— Пошли купаться! — окликнули её ребята, сбегая с берега в воду.  

Олива тряхнула головой, как бы стряхивая с себя воспоминания о Салтыкове, разбежалась и с гиканьем бросилась в воду.  

— Поплыли на тот берег! — крикнула она, рассекая руками воду.  

— Поплыли! — отозвался Ярпен, — Эй, Даниил!  

Даниил, отплывший от берега примерно на то же расстояние, что и остальные, то и дело нырял под воду и выныривал, вскидывая кверху руки.  

— Ух, хорошо! — крикнула Олива, сделав под водой сальто-мортале и выныривая, не открывая глаз, — Йахууу! Поплыли!  

— Даниил, так плывёшь ты с нами, или как? — повторил Ярпен.  

— Не слышит, — констатировал Флудман и, заметив, что тот с каким-то отчаянием ныряет под воду, судорожно глотая воздух и плеща руками, крикнул: — Э! Да он, никак, тонет!  

— Держись! — поплыл к нему Ярпен, — Держись, Даниил!  

Он неловко подплыл к нему спереди, но тот, утопая, схватил его за волосы и потянул ко дну. Завязалась бессмысленная борьба. Ярпен, сам захлёбываясь, пытался ещё тащить его на себе, несмотря на то, что весовые категории у них сильно отличались. Флудман бестолково плавал около них, не зная, за что хвататься.  

— За шею! За шею его хватай! — кричал с берега Хром Вайт, — Э, да не так!  

— Дак плыви сюда сам! — крикнула Олива, — Ишь, раскомандовался оттуда, умник…  

— Я не умею плавать!  

Олива, не слова более не говоря, подплыла к парням и стала толкать их сзади к берегу. К счастью, они не успели отплыть далеко от берега, поэтому общими усилиями выплыли, наконец, к безопасному месту, где уже прощупывалось ногами дно.  

— Ну ты и напугал нас, приятель! — смеялся Флудман, отжимая на берегу свои плавки, — Как это тебя так угораздило потонуть на мелком месте?  

— Я и сам не знаю… — произнёс Даниил, ещё не оправившись от испуга, — Чувствую: внизу холодные течения, ногу сводит… Вдруг — раз! Как камнем на дно потянуло…  

— Ты бы хоть крикнул нам, что тонешь, — сказала Олива, откидывая с его лба мокрые пряди волос, — А то мы видим: ныряет, ну, думаем, радуется…  

— Хороша радость, — процедил сквозь зубы Даниил. — Я кричать даже не мог…

На обратном пути идти было гораздо легче, если не считать зверских комаров, которые тучами носились вокруг. Ребята завернулись в полотенца как шахиды, и так и пробирались через лес. До Васьково они добрались почти без приключений, и даже успели сесть на последний автобус, который как раз стоял на остановке в тот момент, когда друзья вышли из леса.  

Ребята еле-еле успели рассесться в автобусе. Рядом с Оливой уже сидела какая-то девушка, поэтому Даниилу пришлось сесть на другое сиденье, спереди.  

— Девушка, не хотите ли вы поменяться со мной местами? — спросил он.  

— Нет, мне и тут нормально, — сухо отвечала девушка, сидящая рядом с Оливой.