Вендетта (СИ) - Маркелл Мерлин - Страница 14

Море всё так же катило тёмные волны на берег, играло пеной-барашками, леденило ноги. Мгновенно продрогший Макс побрёл к портальной платформе, шлёпая на каждом шагу липнущими к пяткам сандалиям.

Звякнуло сообщение от Рокси:

«Если я ещё раз захочу помочь тебе с гениальным планом, скажи мне два слова. Просто два слова: „Брат Хьюго“. И я мгновенно исцелюсь от этой дурацкой затеи!»

«А что случилось?»

«Долго писать. Сейчас кину денег, прыгай в долину, там всё расскажу».

***

Что Максу поведала Рокси

Когда я приехала в Долину Омса, он уже ждал меня на платформе. Потерянный такой, но в то же время будто бы обнадёженный. Я даже подумала, вот, сейчас доброе дело сделаю, да какое хитровыдуманное! А там ещё молнии били так инфернально, и ему на лицо отблёскивали мертвенным светом. Сейчас я знаю — это был знак.

***

— Рокс, а можно чуть менее высокохудожественно, и больше по сути?

***

Короче, я сразу поняла, что это он. Ждёт воссоединения со своей семьёй... Ну, братья-монахи это тоже ведь какая-никакая семья, не так ли? Особенно, если у НПС другой и не было никогда.

Я добавила его в группу и прошла через портал. Он, понятное дело, последовал за мной. Спираль Кармиллы встретила меня не так торжественно, как долина — с оглушающим громом и молниями, а скорее гнетуще, вот как и сейчас. Низкое небо и пронизывающий ветер — отличная декорация тому, что случилось дальше...

***

— Ро-окс!!!

***

Я спустилась на землю. Обернулась, чтобы глянуть — идёт ли за мной брат Хьюго. Он застыл, глядя куда-то в другую сторону. Я подумала, он увидел что-то интересное. Может, кого из братьев своих приметил, растрогался, не верит глазам своим... Кто его знает.

Окликаю его по имени, он молчит. Поднимаюсь следом, тяну за рукав. Потом смотрю — а у него взгляд неживой, остекленевший. Не такой, как у игроков, когда они посреди игры печатают мессагу, а как у трупа. Мне жутко стало, прям как от «Пункта назначения 26».

И с места его толкаю, а он не двигается. Тяжёлый стал, будто железный.

— Хренасе кататония, — говорю другому игроку. А тот мне отвечает:

— Они ж (разрабы, в смысле) неписей «оживили». Кто знает, вдруг некоторых психами сделали?

И затёр мне историю про свою полупарализованную шизанутую бабку, как она однажды внучка' схватила за руку, а потом опять зависла. Так он и трепыхался в бабкиной хватке, пока не пришли взрослые и не отпилили бабке руку... Да, я тоже думаю, что брехня. Уж врачи бы нашли способ эту руку разжать.

Так вот, стоим мы на респавне, про бабку треплемся, как подходит к нам третий игрок, откуда-то с середины острова и говорит:

— Гайз, а что с неписями?

Мы ему отвечаем, что сами не в курсах. А он был то ли в храме, то ли в монастыре, где неписей целая толпа. И они все повисли вот так разом. Хорошо, что я была всего с одним неписем, да ещё рядом с другим игроком, а то померла бы со страха!.. Ну да, не померла бы. Просто открыла кирпичный завод... Ладно, и кирпичный завод не открыла б. Но признай же, что криповенько!

Ну а потом глобальное сообщение, что сервера скоро офф, и я вышла из игры.

***

Макс еле сдерживал зевоту, порываясь сказать Рокси, что она обладает сущим даром раздуть мелкое событие в историю мирового масштаба. То ли дело байка об ограблении казино, которую на днях сочинял он сам. И напряжение, и сюжет, а уложился в две минуты! Но Рокси горела воодушевлением, поэтому Макс смолчал.

— Как тебе квест теперь сдавать? — спросила ящерица.

— Никак. Отменю и возьму задание на другой класс.

— Да не торопись ты! Вернись к квестодателю, он ж теперь осмысленный. Должен войти в положение, — усмехнулась Рокси.

— И что я должен ему сказать? «Помните, как вы недавно впали в кататонию? Так это я сделал. А теперь, будьте добры, дайте мне класс».

— Не придуривайся. «Был на острове, все монахи погибли. Я их оплакал, о-ло-ло, тро-ло-ло. Помолился боженьке за души погибших по-клириковски». И усё, квест засчитан.

— Если честно, я даже не знаю, каким богам молятся на Юджине.

— Главный — Единый, и куча заступников-святых помельче. Язычники они, короче.

— А-а, — протянул Макс. — Думаю, этого будет достаточно. Сенкс.

Они отправились в храм порталами. Макс настаивал, чтобы они поймали попутку — корабль с живым человеком за штурвалом, в смысле, но ящерица отчего-то стеснялась. Когда Макс спросил её, что же сталось с неписем, Рокс не знала ответа — после фикса она Хьюго не встречала.

— Удалили его, наверное, — сказала она, дождавшись компаньона на зайбергской платформе. Слишком равнодушно это было произнесено, по мнению Макса; впрочем, Рокси и не видела тот растерянный, полный глубокого отчаяния взгляд Хьюго, который в своё время так потряс оказавшихся рядом игроков.

***

Когда Макс подошёл к храму, двери сами открылись у него перед носом.

— Вот это, я понимаю, сервис, — пробормотал Макс, переступая порог. Из глубины здания доносилась торжественная органная музыка.

Как ни странно, в самом храме его никто не встретил. Макс побродил по залу, поковырял сиденья. Терять время ему не хотелось — как никак, пока он тут бродит, Лилит качается.

Макс решил дёрнуть маленькую дверцу сбоку, и, к его удаче, та отворилась. Он поднялся по винтовой лестнице и услышал тихие голоса. Чуть ли не магнитом ухо Макса притянулось к очередной двери.

— А когда настроим производство святынь, можно и налаживать продажу. Сначала зайбергский храм, потом все северные города, потом вся Юджина. Продолжать, пока не охватим галактику! Всё так просто, не знаю, что тебе непонятно, — голос был похож на главклирика Зайберга.

— Мне неясно, как при таком масштабе ты собираешься толкать пустышки.

— Мы убедим игроков, что это не пустышки, а реальные реликвии, полные святости.

— У игроков же статы! Они поймут, что от твоего барахла статам ни холодно, ни жарко, а значит, цена ему грош.

— Попробую убедить богов, чтобы убрали игрокам статы, и всё.

— Как?

— Совсем скоро они меня услышат. А боги любят деньги не меньше нашего, насколько я мог наблюдать за их деяниями... Так что мне удастся их уговорить.

Разговор казался Максу совершенно сюрреалистичным. Непись, задумавший мошенничество галактического масштаба; непись, который знает, что существуют игроки, видящие статы (кстати, а в какой менюшке их смотреть?); и, наконец, молитва богам о том, чтобы статы скрылись от игроков... Выражение лица Макса приняло форму, как на старинном меме с бабулей «WAT?»

Дверь отворилась, сбив Макса с ног. Незнакомый человек в мантии глянул на парня сверху вниз и быстро ушёл. В дверном проёме киношным злодеем вырос знакомый священнослужитель.

— Я ничего не слышал, — быстро сказал Макс.

— Если человек говорит, что он ничего не слышал, это значит только то, что он слышал всё.

— Я всё слышал, но ничего не понял, — исправился Макс и тут же перешёл в нападение: — Разве вы не должны были меня встретить внизу? Квестодатель, называется! Мне даже врата открылись, и песня заиграла!

— Врата — обычный скрипт; не понимаю, почему они тебя так удивили, — ответил непись. — А у меня могут быть свои дела. Вставай, пройдёмся.

Священник жестом пригласил Макса следовать за собой.

— У всех есть мечта, Орфеус. Вот о чём грезишь ты?

Отчислиться из университета и стать профессиональным блогером? Хм, заманчиво. Но непись явно о внутриигровых желаниях.

— Я мечтаю о возмездии, — ответил Макс. Они шли по тёмному коридору, уже совсем средневековому на вид. Священник извлёк откуда-то длинную дугообразную лампу и поднял её, освещая себе и Максу путь её зеленоватым мерцанием.

— Продолжай.

— ...А откуда вы знаете, что есть игроки, а есть не-игроки? — вдруг спросил Макс.