И целая вечность впереди... (СИ) - Юрий Чайкин - Страница 11

Вот как происходила наша дуэль.

Мы подъехали к месту, которое называлось Серебряный бор. Только вышли из машин, как начал собираться туман. Он был необычный и нес в себе неприятные запахи. Пахло какой-то прокисшей гадостью. Дальше вообще началась гроза без дождя началась. Гремело, электрические разряды били вокруг нас. Я ещё обратил внимание, что некоторые молнии били не в землю, а из земли. Чудеса, да и только.

Глядя на эту природную вакханалию, мы решили обождать. Пусть пройдет некоторое время, природные катаклизмы закончатся. Но это продолжалось так долго, что мой соперник заявил: «Знал бы я, что попаду в такое дерьмо, воздержался бы от дуэли. Там жизнь проходит, а мы здесь торчим». На эти слова я ответил предложением, раз мы и так потеряли столько времени, не лучше ли поехать отобедать в ресторан. Вероятно, голод терзал не только меня, но и графа. Мой соперник был графом, я вам не сообщил ранее.

Я об этом почему говорю. К разным социальным сословиям у нас у всех очень уважительное отношение. Кто-то должен землю пахать. Кто-то на заводах и фабриках работать. Кто-то должен детей учить. Кто-то должен людей лечить. Мы же с графом были людьми военными. Наша задача — защищать их. Представьте себе, что мы, обучавшиеся сражаться чуть ли не с пелёнок, примем вызов на дуэль от какого-нибудь штатского. В нашем кодексе было прописано, что военный, принявший вызов от штатского, лишается всех чинов и регалий. А штатский, вызвавший военного на дуэль, карается штрафом в размере годового дохода. Записные бретёры гибли от рук профессиональных военных очень быстро. Нас не учили красиво сражаться на шпагах, нас учили ими убивать.

Наш поединок с графом был скорее спортивным состязанием, так как ни он, ни я даже в пылу борьбы не могли нанести сопернику серьезную рану. Можно было нанести царапину. И только. Военный человек всегда должен сохранять выдержку и иметь холодную голову на плечах. Не смог? Значит, тебе не место в армии. Вы скажете, что сурово. Я так не думаю. Люди, ослепленные яростью, часто гибнут не только сами, но и со своими подчиненными.

Так вот, представьте, два молодых человека были предоставлены друг другу в течение целого дня. Они должны были или стать смертельными врагами, или подружиться. С нами произошло второе. К концу дня, когда туман рассеялся, о ссоре было забыто напрочь. Это нисколько не противоречило дуэльному кодексу. Здесь не было испугавшихся, здесь были двое уставших и голодных молодых людей, мечтавших о хорошо прожаренном куске мяса. Мы уже устали, что же говорить о наших секундантах, мирно дремавших в наших машинах.

Еле мы дождались конца тумана. Все было почти как раньше. Мы были на том же месте, также стояли на дороге наши машины. Единственное, что появилось невдалеке, так это ржавая водонапорная башня.

Кабан, тогда ещё будучи графом, спросил у меня:

— А это ещё, что за чудо? Никогда не обращал на неё внимание. Откуда она тут появилась.

Однако настоящие чудеса начались позже. На поляне появились какие-то мутанты. Мы подумали, что на земле апокалипсис, что часть людей обратились в зомби. Чтобы то ни было, но воинская выучка была вбиты у нас на уровне рефлексов. Мы стали спиной к спине и начали отражать нападение. В фильмах мы видели, что у зомбаков самая уязвимая часть тела голова. Наверное, это нас и спасло. Потом мы увидели, что рана в горле, удар в глаз или в затылок приводит к смерти этих необычных существ. Найдя их уязвимые места, мы быстро покончили с ними.

После этой схватки барон подошёл к машине и сказал:

— Здесь у меня целая фляжка водки. Не соблаговолите принять немножко.

— Соблаговолю, — ответил я.

Мы в то время считали, что настоящие мужчины пьют только водку. Что нам какой-то коньяк или текила. Водка! Вот настоящий напиток мужчин. Молодость…Что вы хотите. Я достал серебряные стаканчики разлил водку. Только мы приняли ее на грудь и начали бурно обсуждать происшествие, как я вспомнил, что недавно купил старинную аркебузу и хотел её испытать. Мы отправились смотреть аркебузу и отошли от машины графа. После третьего тоста решено было её испытать. Всё делали по рецепту. Мы установили эту полупушку на треногу. Осталось только поднести зажженный фитиль, как появилось какое-то гориллоподобное существо. Одним движением оно оторвало дверь бронированного автомобиля, другим вытащило водителя. Это чудовище за одним разом откусило голову бедному человеку, начало отрывать громадные куски и не жуя проглатывать.

Я, признаюсь честно, несколько оторопел, однако мой новый друг не растерялся, он направил аркебузу на чудовище и выстрелил. Сейчас я бы уже сказал, что это был топтун, хотя ещё и не очень развитый. Но как бы там ни было, аркебуза не подвела, да еще скорее всего и граф удачно попал то ли в глаз, то ли в пасть, я склонен полагать, что в пасть, но черепок у существа разлетелся.

— Сволочь, Пантелеича загрыз, — проговорил мой друг.

Я подошел к своей машине и выпустил своего шофёра. Тот выпал из неё, встал на ноги и, заурчав как голодное существо, протянул руки вперёд. Я не хотел его убивать и даже пытался связать, но он сопротивлялся всё сильнее. В нем всё меньше и меньше оставалось человеческого. Пришлось мне навеки успокоить своего водителя.

Я поблагодарил своего спасителя и решил на всякий случай снарядить аркебузу. Кто знает, что может случиться в этом мире, а мы должны быть готовы ко всяким неожиданностям.

Только я подумал об этих неожиданностях, как на полянку выскочило ещё одно чудовище, но поменьше. Оно направилось к графу, я уже не успевал ничего делать. Граф, однако, не растерялся, схватил выбитую автомобильную дверь и использовал как щит. В схватке установилось неустойчивое равновесие. Лотерейщик, а как вы правильно догадались, это был именно лотерейщик, был слишком быстр. С течением времени он бы обязательно победил. У меня появилось желание его связать. Я мысленно накинул на него веревку и резко стянул. Вдруг чудовище на мгновение замерло. На этой секунды хватило, чтобы граф нанес удар в глаз. Мне стало плохо. Я без сил опустился на землю. Ко мне подошёл мой друг и тоже уселся рядом.

К нам подошли два человека: седобородый старец и юноша. Они поздоровались с нами. Поприветствовали и мы их.

Мы бы вас угостили чем-нибудь, но видите, какое дело. Сейчас мы сил поднакопим и встанем.

Старец обратился к юноше:

— Борей. Давно я не встречал свежаков, которые из столь древнего оружия топтуна, лотерейщика и их свиту положили. Вы из какого века прилетели.

— Дедушка, мы из двадцать первого века. Будущие военные. Приехали искусством в фехтовании померяться, да в какой-то туман попали. Тут эти зомбаки и чудовища появились.

— Эка невидаль слабых зараженных поубивали. На то они и военные. Удивительное другое, вы ведь на дуэль приехали.

— На дуэль, — согласился граф, — но она сейчас какая-то ненастоящая. Даже серьезные раны запрещено наносить.

— Понимаю. Но соперниками вы были?

— Были, но мы подружились.

— Вот, они не только подружились, но и сражались друг за друга.

— Ты прав, Борей, дай-ка я на них повнимательнее посмотрю. У них дар появился. Их Стикс одарил, потому что они друг за друга сражались. Определи, будь добр, что у них за дары.

— Этот, — юноша показал на графа, — стал снайпером. Правильно?

— Правильно, — согласился старик, — а у другого?

— Там дело запутаннее, он, по-видимому, может накладывать ментальные путы.

— И здесь ты прав.

Мне стало интересно, и я спросил:

— Молодой человек, вы нам простите наше невежество, но не смогли бы вы нам объяснить, что происходит? Пожалуйста.

— Вот это самое интересное. Они ещё очень хорошо воспитаны. За всё время нашего разговора они терпеливо ждут, когда мы соблаговолим, ишь слово какое чудное нашли, им рассказать.

— Можно, дедушка.

— Можно.

— Мы с дедушкой — странники Улья. Это новый мир. Стикс, так называют его жители. О нем вы почитаете и разберётесь сами. Мы дадим вам на это два часа. К вам сюда никто не придёт. Это в наших силах.