Цитадель Магии: Негатор (СИ) - Рипун Олег Олегович - Страница 66

Стоило Намонглиасу прикоснуться к голове несчастного, как тело обратилось в серый прах. Очки хрустнули, упав на пол. Одежда подняла облако пыли.

Химеролог некоторое время постоял в прострации. Вторая попытка и снова неудача! Словно прокляли!

— Но в этот раз у меня есть кусочек плоти, — проговорил сам себе Намонглиас. — Даже Намона не надо использовать. Новый клон будет «играть» Николая.

Подойдя к клетке с усыпленным шимпанзе, Великий Маг приступил к созданию клона. Химеролог недолго думал, материалом для тела послужит сам примат. Останется только придать формы по «памяти» образца плоти, вживить частичку ауры и подождать пока она срастётся с телом.

Экспериментальным путём выяснилось: чтобы создать разумного клона, необходимо иметь образцы ауры и плоти от одного и того же донора. Опыты с комбинированием могут в лучшем случае не сработать, а в худшем — породить неуправляемого монстра.

На завершающей стадии, когда клону требуется придать характерные черты лица, Намонглиас поначалу воссоздал физиономию Николая. Но задумавшись, отошёл в сторону и глянул на работу под другим углом.

— Нет, так не годится! — мотнул головой химеролог и провёл ладонью, стирая лицо. Пальцы ловкими движениями придавили подбородок, сделав его квадратным. Щепоткой сформировал нос картошкой. Для большего сходства уменьшил массу тела. В итоге клон стал похож на молодого Великого Мага и своих братьев — Намона и Глиаса.

Под воздействием оживляющего заклинания, новенький открыл глаза. Пустой взгляд куклы уставился на своего создателя. Великий Маг нажал подушками больших пальцев на глазные яблоки. Радужка приобрела коричневый цвет.

— Назову тебя Намон-второй, — улыбнулся химеролог, подавая руку третьему сыну.

***

Намонглиас, наши дни.

Ежемесячно с точностью бюрократа Намонглиас начал создавать себе клонов. Схема отработана, изменения не требовались. Сначала из расширенного списка выбирался донор. Потом накапливалась про него информация. В итоге Великий Маг приглашал выбранного ученика на свой факультатив. Дело оставалось за малым — вырастить клона.

Каждый месяц Цитадель усилиями химеролога теряла одного воспитанника, взамен получая немного контуженного, с серьёзными проблемами с памятью, ученика. Никто из Великих Магов не бил тревогу. Подобные травмы случаются постоянно. Тем более среди новичков.

Намонглиас уже не переживал, что доноры умирают. Созданные клоны успешно заменяют настоящих учеников. К тому же слежки за Арханиусом и Фриганом успокоили лучшего химеролога Цитадели. Ни глава, ни Мастер безопасности, ни о чём не догадываются.

«Чудесное» исцеление пухлощёкого Санни окончательно отвело все подозрения от Намонглиаса. Пусть ученик Рокавича потерял память, но он выжил. У Мастера стихии земли не осталось повода обвинять химеролога в халатности.

Намонглиас плодил себе новых Намонов и Глиасов. Словно костюмы, надевал на сыновей образы убитых доноров. И отправлял к другим наставникам. Столь стремительное увеличение детей наверняка бы вызвало подозрение. А так, Намон-первый продолжает учиться, Глиас-первый (для заинтересованных лиц) — проходит практику в мире Аршам.

Намонглиас зачищал следы. Ради конспирации создал что-то вроде кружка любителей химерологии. И благодаря выбранной тактике этих самых любителей с каждым месяцем становилось всё больше и больше.

На факультативах Великий Маг раздавал энергию из собственных запасов. Многих учеников прельщало заниматься колдовством, не тратя ни капельки личного магического потока. К тому же можно сэкономить и тайком припрятать литр-другой бесплатной энергии. Уже один этот факт манил ребят, как свет мотыльков.

Также Намонглиас помогал ученикам создавать химер. По окончанию занятия получившиеся экземпляры с легкой руки химеролога дарились ребятам. Другие, естественно, завидовали и с огромным желанием записывались на очередной факультатив.

Ажиотаж вокруг Намонглиаса прочие Великие Маги восприняли нейтрально. Помогает новичкам стать сильнее, и ладно!

Ученики приходили сплошным потоком. Это позволило химерологу не церемониться с донорами. Сегодня есть один, завтра будут еще два.

Но как бы ни казалась сладкой жизнь, ложка дёгтя подпортила победное настроение Намонглиаса. Мужчина серьёзно огорчился, что некоторые потенциально сильные ученики с прохладцей отнеслись к его специализации. Химерологу так и не удалось убедить растамана Бобби, однорукого лидера младшей группы Кристиана, ученика с синей кожей Александра. Намонглиас считал, что их клоны при правильной раскачке быстро бы достигли могущества уровня Великого Мага. Но заниматься дополнительно химерологии эти ребята отказались.

Был, конечно, соблазн похитить парней. Но тут нужна военная хитрость. Дело надо обставить так, чтобы всё выглядело как несчастный случай. А это хлопотно. Малейшая ошибка, и Фриган возьмётся за расследование. И кто знает, до чего сможет докопаться Мастер безопасности Цитадели? Если компромат попадёт в руки Арханиусу, тогда не избежать активации Стража. И тут всплывут остальные грешки. Поэтому, Намонглиас немного подумал и решил — овчинка выделки не стоит. К тому же другие ученики косяком идут в его руки. Рисковать всем ради троих, пусть и сильных доноров — неравноценный обмен…

Очередной факультатив подошёл к концу. Намонглиас обратился к рыжеволосому ученику, чьи веснушки являются ярким примером бунтарского характера природы. Чем рьяней парень выводил пигментные пятна, тем больше их появлялось на теле. И с каждым новым противоядием веснушки жирели и всё ярче приобретали апельсиновый цвет.

— Антонио, будь добр, задержись. Мне надо помочь управиться с попугаями.

— Хорошо, Великий Маг Намонглиас, — рыжеволосый кивнул и посмотрел на химер. Оранжевые птицы, размерами с хорошо упитанного пингвина, наматывали круги аккурат под потолком. Время от времени они издавали каркающие и фыркающие звуки, отчего стая тут же меняла направление полёта.

Парень неспешно собрал тетрадки и учебники. Рюкзак оставил на парте, а сам двинулся к столу Мастера-мага.

В этот момент на плечо ему что-то капнуло. Едва взглянув на серую жижу, Антонио скривился. Грозный кулак парня пообещал пернатым муки всех кругов ада. На что химеры никак не отреагировали. Они знай себе дефилировали под потолком, периодически сбрасывая полужидкие бомбы.

Намонглиас, показывая боевые способности попугаев, сделал из их экскрементов грозное оружие. В серой жиже при взаимодействии с воздухом рождаются особые бактерии, способные проесть всё на своём пути. Поэтому неудивительно, что вскоре гольф, несмотря на встроенную магическую защиту, задымился густым, чёрным дымом. Антонио торопливо вернулся к парте, натянул на руку защитную перчатку и дезинфицирующей салфеткой принялся вытирать пострадавшее плечо, пока бактерии не добрались до кожи.

— Как тебе занятие? — внезапно раздалось сзади.

Рыжеволосый вздрогнул от неожиданности. Великий Маг стоял в шаге у него за спиной.

— Вы меня напугали, — пробормотал парень, продолжая очищать гольф. — Всё отлично. Мне понравилось.

— Расскажи подробней. Мне нужны подробности, — квадратное лицо Намонглиаса не выражало ни одной эмоции. Светло-синие глаза цепко следили за учеником. Волосы уже гладко прилизаны назад, словно несколькими минутами ранее чересчур активный попугай не шёл на абордаж и не вцеплялся в голову химеролога, растрёпывая прическу преподавателя ученикам на потеху.

— Ну… — ученик пожал плечами. — Я понял, что нужно тщательно подходить к выбору материала для химеры. Сначала надо досконально изучить повадки животного, и только после этого вживлять боевые навыки…

Антонио отложил салфетку и глянул на Великого Мага, ожидая его реакции.

— Продолжай! — кивнул Намонглиас.

— Выбирать боевые навыки согласно поставленной задаче, — рыжеволосый терялся в догадках, зачем Мастеру-магу понадобилось столько подробностей. Неужели решил принять своеобразный экзамен? Но тогда что можно получить взамен? Какая будет награда?