Цитадель Магии: Миросоздатель (СИ) - Рипун Олег Олегович - Страница 6

С каждым новым использованием негаторской силы, та становилась податливее. Словно послушная рабыня она молниеносно выполняла любую волю своего господина. Мартин надеялся, что это просто он набрался опыта, поднаторел в практике. Хотя порой замечал, как серебристая энергия сама "прыгала" к нему в руки. С неохотой Денисов предположил, что антипод имеет свой разум: иной, отличный от человеческого. И что пресловутая податливость лишь благодарность за насыщение энергией пленников.

Библиотекарь-отшельник Иницам говорил, мол, серебристая энергия — это душа первого Негатора. Может так оно и есть? Древний Негатор благодаря Мартину набирает сил. Но набирает для чего? Чтобы воскреснуть? Много вопросов, но мало ответов…

Из задумчивости его вывела весёлая трель соловья, сигнализирующая об окончании занятия.

Из кабинета в десяти шагах от него начали вываливаться студентики. Молодые парни и девушки с рюкзаками наперевес весело хохотали над шутками и подначивали какого-то Михаила, у которого химера получилась слишком уж любвеобильной. Сам Михаил, светловолосый юнец, шёл, опустив голову. Парень не веселился со всеми. Штанины его чёрных брюк оказались измазаны какой-то белой, вязкой жидкостью. Было видно, что он пытался очиститься, но вместо этого ещё больше размазал непонятную субстанцию: помимо брюк, жижа попала на рукава гольфа. Несколько растёртых капель крупными пятнами белели на тёмной одежде. Магия, заложенная в ученическую форму, оказалась бессильной.

Вдруг дверь, откуда выходили ученики, отворилась. В коридор, громко лая и повизгивая, выскочила собачка. Пушистая, абрикосового цвета шерсть. Полметра в холке. Удлинённый нос. Больше всего пёсик походил на пуделя. Смело ринувшись в толпу, собачка нагнала понуренного Михаила. Обхватив передними лапами ногу бедолаги, пёсик начал делать характерные движения тазом.

Едва увидев эту картину, Мартин прыснул. Теперь понятно, о ком велась речь, почему смеялись остальные ребята и что это за белая, вязкая жижа на одежде Михаила.

— Отцепись от меня! — парень попытался освободиться, но половой гигант держался крепко и, как ни в чем не бывало, продолжал делать своё дело.

Ученики, грохнув, катались по полу от смеха. Гогот, наверно, был слышен на три этажа. Не отставал от них и Мартин. Забавное происшествие отвлекло, вытеснив все остальные мысли.

Впрочем, опомнился Денисов быстро. Хохот резко оборвался. Воцарилось напряженное молчание.

Ребята увидели выскочку.

Бросив взгляд на всё ещё сражающегося с любвеобильным пёсиком Михаила, ученик Арханиуса напоследок хихикнул, вытер выступившие слёзы и уже серьёзно оглядел застывших учеников.

Сложилось впечатление, что ребята не знали, что им делать. Растерянные лица с тревогой смотрели на Повелителя антимагии. Один Михаил ничего не замечал вокруг, продолжая отпихивать от себя пуделя, но того словно магнитом тянуло к ногам парня.

Мартин вгляделся в лица учеников. Никто не подавал признаков агрессии. Шок, удивление, потерянность. Вполне возможно, что среди них нет героя-самоубийцы. Это обнадёживало. Положа руку на сердце, Денисову уже надоело портить людям жизнь, особенно просто так, не за дело.

Низенький, худенький паренёк с квадратным подбородком и копной каштановых волос, зализанных назад на манер бандитов девяностых, приподнял руки, начиная плести какую-то энергоконструкцию. Его тёмные, скорей всего коричневые глаза, с хитринкой поглядывали на выскочку.

Заметив это, Мартин нанёс упреждающий удар. Нечего ждать результата его колдовства. Кисти рук вспыхнули серебром. От стен отделилась негаторская энергия. Через миг низенький паренёк с бандитской прической оказался в коконе.

Всё произошло настолько быстро, что остальные ученики пришли в ужас. Некоторые попятились. Михаил, наконец, закончил возню с половым гигантом, оглушив пёсика заклинанием, и с удивлением стал навёрстывать упущенное, оглядываясь по сторонам.

Денисов вопросительно взглянул на тех ребят, кто хотел было возмутиться, мол, хотите тоже очутиться в коконе? Ученики не хотели. Поспешно закачали головами, и, не сговариваясь, ринулись к двери-телепорту, расположенному в другом конце коридора.

— Вот так-то! — ухмыльнулся парень с бакенбардами. Он решил поработать над своими ошибками. Теперь любой косой взгляд в его сторону, любая активность — сразу пленение в кокон. Нечего баловаться. Раз не хотят понимать по-хорошему, будет по-плохому.

Подождав, пока этаж опустеет, Мартин двинулся вперёд. Оглушённого полового гиганта он обошёл десятой дорогой. А вдруг очнётся и попытается проявить свою любовь к первому встречному? Абрикосовый пудель, лежа на боку, мирно посапывал, время от времени дёргая лапками, словно во сне кого-то догонял. Наверное, и в мире грёз достаётся бедному Михаилу.

Уже пройдя кабинет, откуда вышли хохочущие ребята, Денисов встревожено обернулся. Даже замедлил ход. Запоздалая мысль посетила его. А где, собственно, наставник тех учеников? Ничего не увидел и не услышал? Или притворился глухим и слепым? Мартин хотел было узнать ответы на свои вопросы, как с новым шагом поисковик запульсировал быстрей. Казалось, ещё чуть-чуть, и он наконец-то исчезнет, выполнив задачу.

Парень с бакенбардами колебался пару мгновений. С одной стороны хотелось проверить, остался ли в том классе Великий Маг. С другой — вполне может быть, что Массимо и Алёна находятся в следующем кабинете…

Первоначальная цель перевесила чашу весов, и ученик Арханиуса пошёл быстрее. Но чтобы больше не подставляться, он поставил серебряный щит поперёк коридора. Часть этажа оказалась отгороженной от активных действий случайных очевидцев.

Денисов прислушивался к себе. Подошёл к одной чёрной двери, поисковик продолжал мигать. Чертыхнувшись, направился к следующей.

Невнятное бормотание гнусавым голосом заставило Мартина сначала мотнуть головой, а потом пальцами почесать ушные раковины. Но галлюцинация не проходила. Теряясь в догадках, он обернулся. И стал столбом.

— Но как? Я же поставил стену! — обида вырвалась наружу.

За ним полукругом шагала чертова дюжина уродцев. Жуткие карликовые создания, метр с кепкой ростом, с красным тельцем и черной львиной пастью. На лбу небольшие витые рожки. Руки и ноги непропорционально длинные. На бёдрах белые повязки. Именно из их глоток вырывалось то странное бормотание, которое Денисов принял за глюк.

Как только чёртикам дошло, что человек их заметил, они затараторили громче и синхронно подняли руки, обнажая длинные, острые когти. Вид действительно устрашающий и Мартин мог бы испугаться, если бы не так сильно спешил.

Кисти, сверкающие серебром, взмыли вверх. Негаторская энергия, выпрыгнув из стен, набросилась на красных уродцев. Денисов решил ничего не выдумывать, и просто отгородил от себя этих чертей серебристой стеной поперёк коридора. Не успев подумать, мол, дело сделано, как невдалеке снова появилась чертова дюжина карликов. Притом, что первая группа бесновалась по ту сторону серебра. Мартин повторил свой ход. И опять возникла кучка чертей, уже третья по счету.

Понимая, что так может продолжаться вечно, ученик Арханиуса заозирался, пытаясь найти первопричину появлений этих уродцев.

Та дверь, к которой так стремился Денисов, оказалась полуоткрытой. Из проёма осторожно выглядывала худенькая, маленькая женщина. Стрижка каре каштановых волос. Губы накрашены красной помадой. Футболка с глубоким вырезом. На шее серебряный крестик. Синие, потёртые джинсы, закатанные до колен. На запястье часы с маленьким циферблатом, но зато с длинным ремешком, обмотавшим худую руку шесть раз. На другой руке множество браслетов из бисера красного цвета. Фигуркой женщина походила на Пэтру, ученицу Арханиуса, но в отличие от китаянки имела славянскую внешность.

Мартин узнал своего оппонента. Великий Маг Надежда. Соотечественница из Украины. Живёт в Цитадели чуть больше двух с половиной сотен лет. Специализируется на магии жизни. Направление — химерология.

В досье, собранном Арханиусом, значилось, что Надежда — позитивный, компанейский человек. Молодёжи, особенно ученикам, она нравится. На занятиях любую неудачу своих подопечных женщина легко превращает в весёлую шутку, и благодаря её задорному смеху даже самый опечаленный ученик начинает улыбаться. В общем, не наставник, а "пэрсик"!