Воскрешение - Кин Брайан - Страница 11

Он просунул руки в лямки и оценил вес. Убедившись, что перегруза удалось избежать, Джим положил в карманы две зажигалки, складной нож и еще одну обойму для «ругера». Сам пистолет висел в кобуре у него на боку. Затем он взял винтовку, ощутил приятно знакомую гладкость деревянной ложи. Еще раз перепроверив, что она заряжена, Джим глубоко вздохнул.

Комната закружилась. Его резко охватила тошнота, напряжение достигло критического уровня. Руки и ноги закололо, желудок свело судорогой. Джим со стоном выронил винтовку и рыгнул, забрызгав ботинки и пол.

После этого приступ тревоги наконец прошел. Дрожащими руками он поднял оружие.

— Ладно, — проговорил он вслух. — Пора выдвигаться.

И в последний раз оглядел свое убежище — зная, что никогда больше не увидит эти четыре стены из шлакоблоков. Хотя бы это доставляло ему радость. Взгляд скользнул по фотографиям Кэрри и Дэнни и остановился на мобильном.

Немного помешкав, он взял трубку. И поразмыслив мгновение, пристегнул к ремню. Батарея села, зарядки у него не было.

— На всякий случай, — проговорил он пустой комнате, пытаясь уговорить сам себя.

Пройдя по узкому коридору, он положил руку на рычаг. Медленно провернул его — каждый щелчок механизма громом раздавался в тишине. Когда прозвучал последний, люк со скрипом открылся.

Джим, выставив перед собой винтовку, распахнул люк до конца — за ним явился темный подвал. Там было тихо, однако знакомые очертания теперь приобрели зловещий вид. Шкаф с инструментами превратился в зомби. Печь стала зверем, готовым броситься на него. Сердце бешено колотилось во тьме.

Он стал осторожно пробираться среди разбросанных обломков своей прошлой жизни. Достиг лестницы, которая поднималась на кухню. Снова остановился, прислушался. Наверху тихонько скрипнула половица. Потом еще одна. Третий скрип сопровождался отчетливым скрежетом кухонного стола, который кто-то тащил по линолеуму.

Джим замер. Приложив палец к спусковому крючку, он отыскал в темноте нижнюю ступеньку. Найдя ногой опору, сделал неуверенный шаг.

На кухне снова раздался шум, а затем раздраженное рычание. Он нацелил винтовку на дверь и сделал еще шаг. Что-то легонько коснулось его уха, и Джим прикусил язык, подавляя крик. В следующий миг он осознал, что это была всего лишь муха. Насекомое зажужжало, невидимо кружа в темноте.

Он покачал головой, желая, чтобы муха улетела прочь. Послышался новый звук — монотонный гул, доносившийся сверху.

У мухи оказались подруги. И, судя по звуку, их было много. В ушах у него зазвенело. Вторая муха села ему на ладонь, за ней третья — на шею.

А потом он учуял запах — тошнотворный, как в мясной лавке. Вонь мертвых тел, потрохов и гнилого мяса.

Он сделал еще шаг, почувствовал, что коснулся макушкой потолка, и понял, что находится уже на середине лестницы. За дверью послышались тяжелые шаги. По скрипучим половицам легко отслеживались передвижения зомби. Собравшись с духом, Джим приготовился резко взбежать по оставшимся ступенькам и ворваться в кухню.

Под ногами хлюпнуло: он наступил на что-то скользкое. Жужжание зазвучало более сердито — мухи расстроились, что их обед потревожили. Вонь разлилась сильнее, стала почти невыносимой. Джим поскользнулся и завалился вперед, ударившись коленями о ступеньку.

Шаги на кухне заторопились к двери.

Джим, поморщившись, вынул из кармана зажигалку и взглянул вниз. Кишки. Чьи-то кишки застывшей кучей лежали на ступеньке.

Шаги остановились с той стороны двери в подвал. Зажав себе рот, Джим выронил зажигалку. Кишки воняли хуже всего, с чем он когда-либо сталкивался. Не обращая внимания на боль в коленях, он поднялся.

Ручка начала поворачиваться.

Он поднял винтовку, слепо нацелил ее в темноту.

Дверь с шумом распахнулась, и Джим уставился на отвратительное существо, возникшее перед ним. Внутренности на лестнице принадлежали мистеру Томпсону. Из пустой брюшной полости бывшего соседа свисали блестящие кончики кишок и качались, когда зомби поднял руки.

— Здорово, соседушка? — Язык зомби представлял собой почерневшую, набухшую массу, и каким бы это ни казалось невозможным, существо могло говорить. Его скрипучий голос напоминал звук, будто кто-то протирал стекло. — Я вижу, ты нашел остальную часть меня.

Джим выстрелил, но промахнулся, затем задвинул затвор винтовки и выстрелил еще раз. Грязные вельветовые брюки, в которых было существо, разошлись по шву посередине.

— Оооо, — оно глянуло вниз. — Миссис Томпсон это не понравится.

Со скоростью, явно несоответствующей его тяжелым движениям, зомби бросился вперед, ухватился за дымящийся ствол и вырвал его у Джима из рук.

Ошеломленный силой и скоростью, проявленной существом, Джим попятился назад. Зомби осмотрел оружие, после чего, ухмыльнувшись, развернул винтовку и навел на Джима. Кожа у него на пальцах потрескалась, когда он игриво взвел курок.

Сзади, за пределами кухни, хлопнула затянутая сеткой дверь. Джим услышал, что в дом вошли еще зомби. Тварь, некогда бывшая его соседом, шагнула вперед. Джим отступил к основанию лестницы и выхватил пистолет из кобуры.

— Итак, сосед, — проговорил зомби. — Я тебе когда-нибудь рассказывал про большую войну? Настоящую, не как во Вьетнаме, или «Буря в пустыне», или «Война против терроризма». Я там был. Ну, то есть не совсем я, конечно. Это тело там было. Я вижу его воспоминания.

Оно стало спускаться по ступенькам. Из полости, где у него находился желудок, выпал пухлый червь, и зомби раздавил его подошвой.

— Ты-то, конечно, на войне никогда не был? И не знаешь, как выстрел в живот действует на человека. Что ж, сейчас я тебе покажу. Это весело!

— Мистер Томпсон, — начал Джим, — Прошу вас. Я просто хочу увидеть своего сына.

— О, не беспокойся, — хихикнуло существо. — Увидишь.

За спиной злобно ухмыляющегося трупа Джим заметил других зомби, которые уже врывались в проем.

— Передвигаться ты сможешь все равно, — проговорил зомби. — Я хочу тебя только ранить, чтобы ты чуток пострадал. А потом мы съедим кое-какую часть тебя. Нам ведь нужно поддерживать в себе силы. Но мы оставим достаточно, чтобы ты мог ходить. Многие из нас еще ожидают такой возможности.

— Многие из вас?

— Мы есть сиккизм. Нас много. Мы превосходим числом звезды. Нас больше бесконечности.

Фраза отразилась эхом у Джима в сознании, напомнив о Дэнни.

Он быстро выпустил шесть пуль, одну за другой. Пули врезались в поганую плоть, пройдя сквозь мышцы и ткани. Зомби, смеясь, выстрелил в ответ. В подвале раздался грохот, пуля просвистела мимо. Сквозь грохот стрельбы прорвался голос другого зомби, который взывал к Джиму, пока он панически отступал обратно в подвал. Труп мистера Томпсона сместился в сторону, давая остальным возможность скользнуть вниз по лестнице.

Джим снова выстрелил из «ругера». У мистера Томпсона разорвалось глазное яблоко. Охотничья винтовка выскользнула из рук трупа, а сам он повалился назад. Джим понял: выстрел в голову, похоже, мог их остановить.

Орда нежити, взвыв, метнулась вперед.

Джим попятился к окну подвала, целясь в головы и стреляя на ходу. В обойме оставалось восемь патронов, и еще восемь зомби попадало на пол. Остальные встали на месте, образовав вокруг него полукруг. Джим целился в них, водя «ругером» взад-вперед. Он молил лишь об одном: только бы твари не поняли, что обойма пуста.

У него за спиной было окно, а рядом стояли полупустые ведра с герметиком. Он встал на них, балансируя на крышках, и быстро решился на следующий шаг. С разряженным пистолетом защитить себя он не мог. А стоило отвернуться, чтобы выбраться из окна, — они набросятся на него.

— Сдавайся, — проскрипел зомби, который когда-то был разносчиком газет на его улице. — Наши братья ждут выхода из Пустоты. Отдай нам свою плоть в пищу и в пользование.

Джим медленно протянул руку к обойме, что лежала у него в заднем кармане.

— Что вы такое?

— Цитируя известный фильм из памяти моего тела, «мы — то, что было, и то, что есть снова»[7].