Воскрешение - Кин Брайан - Страница 32

Том достал гильзу и вставил новый патрон. Затем, прищурившись, навел ствол на Джима и, не отводя от него глаз, обратился к Мартину:

— К тебе я через секунду вернусь, Черныш.

Раздался еще один выстрел, и грудь Тома залила кровь. Все еще сжимая оружие, он удивленно посмотрел вниз. Мартин увидел у него в спине зияющую рану размером с кофейную чашку.

— Да чтоб меня… — выдохнул Том и повалился на землю.

Мартин в изумлении увидел, как из кустов вышел мужчина, а за ним — мальчик. И как у всех, кто встречался им на пути, в руках у них были ружья.

— Все в порядке, — заверил мужчина. — Мы вас не обидим. — Он протянул руку и помог Мартину подняться.

— Спасибо, — пробормотал Мартин. — Но мой друг…

— Нам стоит посмотреть, — ответил мужчина.

Джим катался по земле, сжимая кулаками голову.

— Черт черт черт черт черт ЧЕРТ! — повторял он сквозь стиснутые зубы. — Больно! Очень больно!

Они нагнулись над ним. Из плеча сочилась кровь.

Мужчина вытащил большой охотничий нож — Мартин схватил его за руку.

— Все хорошо, — сказал тот. — Я просто хочу разрезать ему рубашку.

И он вырезал лоскут ткани, тем временем продолжая говорить:

— Меня зовут Делмас Кленденан. А это мой сын, Джейсон. Вы бы, наверное, подумали, что он мой внук. Он у меня родился поздно, но это ничего. Благодаря ему я стал, наверное, более выдержанным, что ли. Поздоровайся, Джейсон.

— Здрасьте, — проговорил мальчик застенчиво. — Приятно познакомиться.

— Я преподобный Томас Мартин из Уайт-Салфер-Спрингса. Это Джим Тёрмонд, он строитель из Льюисберга.

Джим, не размыкая глаз, издал стон.

— Мы собирались кое-что сделать с Томом и Люком, — рассказал Делмас. — Как раз сегодня планировали. Но не думали, что в итоге еще спасем двух человек.

— Мы очень вам обязаны, — ответил Мартин. — Они хотели… — Он сглотнул, не сумев закончить фразу.

— Да, знаю. Они начали с Эрни Уитта на прошлой неделе, а потом переключились на других. Поэтому я и хотел их закопать, прежде чем они обратят внимание на нас с сыном. Надеюсь, вы это понимаете, пастор.

— В Писании говорится, что убивать нельзя, но также там говорится, что Господь помогает тем, кто помогает себе. Не думаю, что в этом случае подставить другую щеку — хорошее решение.

Делмас оценил рану Джима и задумчиво кивнул.

— Думаю, ваш друг поправится. Похоже, пуля просто вырвал немного мяса и все. Черт, да меня во Вьетнаме ранили сильнее. Но кровотечение нужно остановить. — Он повернулся к мальчику. — Джейсон, дай-ка мне свой ремень. А потом выстрели Тому и Люку в голову, чтобы они не встали.

Мальчик встал и снял ремень. Джим открыл глаза и уставился на него.

— Дэнни?

— Тихо-тихо, — успокоил его Мартин. — Лежи спокойно, Джим. Дэнни в порядке.

Джим снова закрыл глаза.

— Почему он называет меня Дэнни, святой отец? — спросил мальчик.

Делмас посмотрел на Мартина.

— Так зовут его сына, — пояснил Мартин. — Он примерно твоего возраста, я думаю. Мы как раз ехали в Нью-Джерси, чтобы его спасти, и попали в эти неприятности.

— Нью-Джерси? — Делмас присвистнул. — Пастор, почему вы думаете, что он еще жив?

Мартин не ответил. У него самого уже возникали сомнения.

Вера, похоже, начинала иссякать.

12

— Мне это не нравится, — заявил Скип.

— Тебе и не должно нравиться, — ответил Миччелли. — Все, что от нас нужно, это помалкивать и делать, что велено.

Из переулка выскочили трое зомби и бросились на них. Скип вскинул свою «Беретту», но другой солдат его опередил.

— Они мои, — крикнул Миччелли и разрядил в тварей свою M-16.

Все три трупа повалились на землю.

— Черт, чувак, — продолжил Скип. — Похрен на то, что велено. Я так больше не могу, чувак. Это просто неправильно! Мы ведь должны людям помогать.

Мертвая немецкая овчарка, с запекшейся в шерсти кровью и без задних лап, ползла к ним по тротуару. А за ней — девочка, не старше девяти-десяти лет. Ее грудь и живот являли собой одну огромную открытую рану, а останки органов иссушились и сморщились, запятнав платьице.

— Эти мои, — заявил Скип и осторожно снял их, всадив каждому по девятимиллиметровому патрону в голову.

По улицам вокруг эхом разносились звуки боя.

— Что неправильно? — спросил Миччелли. — Стрелять по зомби? Чувак, да ты поехал!

— Не стрелять по зомби, придурок, — обиделся Скип. — Я вот про это. — Он указал пальцем на тягачи, медленно следовавшие строем за «Хамви»[17], БМП «Брэдли» и танком.

Миччелли пожал плечами.

— Этого хочет полковник Шоу, значит это…

Он осекся из-за взрыва: Уорнер применил свой гранатомет M203, чтобы разбить витрину хозяйственного магазина, что располагался рядом.

— Чертов Уорнер, — пробормотал Миччелли. — Что за ублюдок чокнутый!

Скип согласно кивнул.

— Время шоппинга! — прокричал Уорнер и с оружием наготове нырнул в здание. Блюменталь последовал за ним. Скип услышал, как они засмеялись внутри, обшаривая стенды с товарами.

В бою на их улице наступило затишье, и Скип проверил патроны у себя в M-16 и в пистолете.

— Это неправильно, Миччелли, — повторил он. — Ты сам это знаешь.

— Оставь меня в покое.

— Неправильно! — вскричал Скип. — А эта долбаная Мясовозка? Как ты можешь не обращать внимания на такое?

Миччелли шикнул на него, веля говорить тише. А когда Скип умолк — придвинулся ближе.

— Ты бы поосторожнее с такими разговорами, — прошептал Миччелли ему в ухо. — Послушай меня, Скип. Помнишь, что случилось с Хопкинсом и Гарендом?

Скип кивнул. Хопкинс и Гаренд слишком много раз подвергали сомнению приказы полковника. Капитан МакФарланд застал их при попытке дезертировать, и с ними разобрались быстро — безо всяких слушаний и военного трибунала. Полковник Шоу приказал распять обоих, после чего всю часть заставили смотреть, как стая оживших птиц разрывает их на куски.

Им еще повезло, думал Скип. А вот что случилось с Фалкером — то было гораздо хуже. Рядовой первого класса Фалкер влюбился в одну из шлюх, что находились у них в расположении. Она взаимностью не ответила, а когда перешла в личную собственность Шоу, Фалкер предпринял неудачную попытку убить полковника. И когда его поймали, Шоу приказал просверлить дыру в стене небольшого сарая. Фалкера раздели донага и пригвоздили, по типу распятия, таким образом, чтобы его пенис торчал из дыры, тогда как остальное тело висело с наружной стороны стены. Затем военные окружили нескольких зомби и заперли их в сарае. Потребовалось всего две минуты, чтобы твари обнаружили болтающийся «лакомый кусочек» гениталий Фалкера, и когда его откусили, рядовой закричал и заизвивался. Потом зомби безуспешно попытались достать через дыру еще, но сумели оторвать лишь несколько лоскутов кожи с его изувеченного паха. Фалкер так и висел, пока не умер, после чего штаб-сержант Миллер выстрелил ему в голову, прежде чем он успел воскреснуть.

Скип с дрожью прогнал это воспоминание из головы. Затем, убедившись, что патроны у него еще оставались, осмотрел периметр. Звуки боя уже затихали, сменяясь треском костров и стонами раненых и умирающих. Они чередовались лишь со стаккато 50-калиберного пулемета, из которого Лоусон снимал немногих отставших зомби со своего насеста в «Хамви».

Сержант Форд и рядовые первого класса Крамер и Андерсон шагали в их сторону, ведя на мушке двух женщин, заключенных в наручники. Они обошли вокруг изуродованного трупа, что лежал посреди дороги. Нижнюю часть его туловища переехали гусеницы «Брэдли», а одна рука была сильно изувечена. Но, не желая сдаваться, труп все еще пытался уцепиться за проходящих мимо людей своей единственной рукой. Испуганные женщины всхлипывали, прижимаясь друг к другу. Продолжительная очередь из M-16, который был в руках у Крамера, уничтожила то, что осталось от извивающегося мертвеца.