Тысячелетний воин Ярополк (СИ) - Осипов Игорь - Страница 80

Она едва уловимыми движениями подрезала ему жилы в основании лап, заставив с визгом рухнуть на газон возле бензиновой заправки и забиться в судорогах.

– Ещё полторы версты осталось, – ответил я, рубанув, что было сил, облезлого барсука, решившего кинуться на меня с заострённой палкой вместо копья.

Создание заверещало и, потеряв лапу, умчалось прочь, а продвинувшись на десяток шагов вперёд, мы наткнулись на его уже выпотрошенный труп, вокруг которого виднелись многочисленные следы лап, оставленных кровью. Все твари словно обезумели.

– Пройти бы, – шмыгнула носом Соколина, бросившись вперёд и сшибив в прыжке ударом обеих ног утробно ухающего мертвяка.

Он вытянул перед собой руки, как этот… зомбий из телевизора, и шёл к нам. И был он не один. Таких почти полсотни набралось. Но медленные, как улитки мертвецы не были большой помехой. Мы ловко проскочили между ними и двинулись дальше.

– Пройдём, – отозвался я. – Может, заправку подожжём? Видел в кино сие. Жарко, поди, горит, пламя-то почти до небес будет.

– Сдурел? – ухмыльнулась девушка, но во взгляде читалось, что она сама бы не против.

Мы дружно вздохнули. Дмитрий запросто мог запалить такую, но пришлось бы долго уговаривать законопослушного паренька. Он даже брошенные машины отказался подпаливать.

Где-то полверсты мы миновали лёгким бегом. Потом город резко кончился, оставшись за спинами, как сброшенный на ветру плащ, и перед нами оказался лес. Нет, то был не тот привычный мне лес. А всего лишь широкая лесополоса, но во тьме и это казалось настоящим бором.

На этот раз путь нам преградил громадный кабан.

– Ох, нихренасе, – протянул за моей спиной Дмитрий, а Соколина присвистнула, разглядывая тварь величиной с эту… маршрутку.

Из его грязной спины росли тощие берёзки, покачиваясь и вздрагивая при каждом движении чудовищного создания. Но он был не один. Из медленно сереющего под встающей красноватой луной леска выходили и выходили всевозможные создания. Они, видимо, уступали право первым напасть этому вепрю, и потому медлили, держась от кабана на три десять саженей.

Чудовище гортанно хрюкнуло, сделало шаг вперёд, но потом остановилось в некой нерешительности.

– Сейчас точно не прорвёмся, – произнесла Соколина, шум6о вздохнув. – Отступать надо.

– Некуда, – произнёс я, обернувшись.

По нашим следам шли уже не просто падальщики, а три десятка высоких фигур, закованных в сталь. У каждого – копье и боевой топор, а в прорезях шеломов горели угольки вместо человеческих глаз. Один из пришлых, гремя чешуйчатым доспехом, вышел вперёд, достав тлеющий оранжевыми буквами и узорами шестопёр.

– Цвет папоротника? – сухо спросил он. – А снести-то сможешь?

– Отобрать хочешь? Не надейся, – процедил я, сплюнув на землю, – и не таких обламывали.

Воин засмеялся и повернулся к своим, подняв оружие над головой, а потом взмахнул шестопёром, и промеж воинов выступили стрелки с луками. Я со вздохом опустил клинок, ибо понимал, что им нечего противопоставить. Даже если Дима сдержит сотню стрел, другая сотня найдёт нас.

– Бежим, пока не опомнились, – прошептал мне на ухо Дима, легонько ткнув локтем в бок. – Я артефактор, а не фокусник, иллюзии хреново делаю. Вот отец целого бога так обманул.

Тишина оборвалась треньканьем тетивы и свистом стрел, а сами воины целились при этом в тварей, что за нашей спиной.

Я расхохотался, повернулся и разминулся с бросившимся на ратников вепрем. Что-то грохотнуло, аж уши заложило, и кабан начал раскидывать воинов морока, которые падали и кричали совсем как настоящие. По земле лилась кровь, и я готов был поверить, что она неподдельная.

– С дороги! – заорал я, влетев в толпу мелочи, и мы шли напролом вслед за путеводными искрами, раскидывая тварей не хуже, чем кабан тех ратников.

Посеребрённые клинки мелькали в руках, принося смерть. Я честно ожидал от сбежавшихся тварей большего, или мы успели раньше, чем все остальные? Может быть. Сорок вёрст ещё нужно пробежать, и даже у самых прытких чудищ на это уйдёт добрые полтора — два часа. Вот прыткие нас и настигли наравне с местными.

Оставшиеся полверсты мы преодолели на одном дыхании. А цветок привёл нас к большому полукруглому зданию, сделанному из жести и бетона. Раньше его не было, но это неважно. Я с разбегу ударил плечом в большую железную калитку, норовя выбить, но та не поддалась.

– Идём в обход.

* * *

Снот стоял в углу ангара, наблюдая за происходящим, а происходило вот что. На большом железном столе лежала девушка, которую пожирательница притащила сюда из центра социализации. Девушка была обнажена и привязана к столу кожаными ремешками. Во рту виднелась грубо затолкнутая тряпка, отчего вместо слов и плача у неё получалось только мычание. Крупные слёзы стекали по щекам на блестящую жесть, в которой отражались многочисленные длинные лампы дневного света, подвешенные на тросиках под потолком.

Рядом со столом стояли двое – сама пожирательница и тот мужчина в дорогом костюме и красном галстуке, который требовал найти беглянку. Мужчина повысил голос, показывая на пленницу.

– Это не та шлюха! Вы кого мне притащили, дебилы долбаные?

Сальпа молча посмотрела на сжавшегося в ужасе гоблина, а потом положила руку на плечо мужчине.

– Это не есть важно. Ты будешь вонзил в её сердце нож. Ты будешь принёс жертву владыке. Это будет знак верности.

– Вы с ума сошли! Я не буду никого убивать! – заверещал чиновник, зло скинув с плеча руку Сальпы. – И где он, ваш владыка?! Я ни разу не видел его!

– А тебе так нужно меня видеть? – пронёсся по складу сильный и чистый голос, от которого сердце гоблина затрепетало.

Из тёмного угла вышел высокий человек в белоснежной одежде. Всё в его костюме выдавало величие, и брюки с идеальными стрелками, и небрежно расстёгнутая шёлковая рубашка, и блестящие ботинки из белоснежной кожи. Волосы его, подхваченные сзади и собранные в хвостик, были не то седые настолько, что выглядели серебристыми, не то сами по себе такого цвета. Серые глаза с хитринкой, смотрели на бунтаря из-под серебристых бровей, казавшихся неуместными на молодом лице.

– Я предпочитаю договариваться без посредников, – произнёс чиновник.

– Боишься обману? – спокойно спросил владыка и поднял руку. В неё со стола скользнул нож. – Ты хотел богатств? Все те магазины уже твои. Ты хотел власти? Я убил тех, кто тебе мешал. Теперь твоя очередь. Нужно просто дать клятву на крови.

Владыка разжал ладонь, и нож медленно всплыл над ней, повернувшись рукояткой к чиновнику, а потом плавно приблизился к нему же.

– Чик, и всё, – хитро произнёс повелитель и подмигнул человеку.

– Но это не та, – скривившись и уставившись на нож, пробубнил тот.

Гоблин ухмыльнулся. Сразу видно, что человек не хочет пачкать руки кровью. Но придётся, иначе Сальпа свернёт ему башку. Пикнуть не успеет. Он просто ещё не видел настоящий облик пожирательницы, иначе бы уже наложил в штаны.

– Как сказала моя дорогая помощница, это уже неважно. Ты просто будешь первым, кто присягнёт. Будешь моим наместником.

Владыка ещё немного смотрел на чиновника, а потом перевёл взор на Сальпу, развернулся и неспешно пошёл к дальнему углу.

– Две жертвы для ритуала лучше одной, – бросил он, бесшумно растворяясь в воздухе, и нож со звоном упал на бетон, заставив гоблина вздрогнуть.

Как только владыка исчез, пожирательница схватила чиновника за волосы и приподняла над полом.

– А-а-а, сука, пусти! – завопил мужчина, задёргав ногами. – Пусти!

Сальпа, не обращая внимания на крики, поудобнее перехватила жертву, а затем быстро опустила, подставив колено. Крик превратился в отрывистые всхлипывания и попытки глотать воздух ртом. Из штанины мужчины потекла моча, как бывает, когда перебит позвоночник. Сам он упал кульком у ног пожирательницы, скребя бетон ногтями. А убийца спокойно подошла к одному из ящиков и достала из него чёрный кристалл, похожий на тот, что был у Снота, но величина у него как у бутылки на цельный добрый аглицкий галлон, что почти пять литров. Она отряхнула с него шарики пенопласта и вернулась к столу, положив артефакт на край.