Комендант некромантской общаги 2 (СИ) - Леденцовская Анна - Страница 9

— Я думаю, оставлять неоконченные дела к Дням Морозника не следует, а они у нашей Марьюшки там остались, — кикимора чуть пожевала губами. Перебить ее никто не рискнул.

— Я съезжу с ней. И ты, Азалия, вполне можешь, у тебя там заказчиц полный замок, и смена обстановки тебе пойдет на пользу. Жаль, Ферра в отъезде, да и Сарочка таверну не может оставить.

Тут, конечно, не выдержал Тимон: бабулю опять увозят, и его женщину-мечту тоже. А если ей там какой демон понравится?

— Я, как единственный мужчина в семье — прости, Эм, но ты слишком молод для такого звания, — еду с вами!

Фейки взвились в возмущении и хором заверещали, что без них бабушка никогда и никуда больше ездить не будет!

Манефа покивала, обвела еще раз всех взглядом и решительно подытожила:

— Вот и отлично, таким составом мы со всем справимся, и комфорт обеспечим, и безопасность. Еще для надежности Кронова возьмем как юриста, мало ли что, и Бяо у ректора попросим. Надо же за Марьиным взрослением наблюдать.

— Но у нас есть хорошие специалисты и в юриспруденции, и в целительстве. — Абрахам не был против целителя Бяо, но молодой и симпатичный вампир с экзотической второй ипостасью вызывал у него неприятное чувство неуверенности и настороженности.

Впрочем, кикимора была не намерена идти на уступки.

— Или Марья едет с такой компанией, или не едет совсем!

Сама Маша, выслушав всё это и придя в негодование, что за нее, как за ребенка, начали всё решать, даже не спросив, неожиданно для всех вмешалась в разговор:

— А ничего, что я здесь сижу? Мне не совсем понятно, почему вы всё решаете, не спросив мое мнение? Если я выгляжу как ребенок, это еще не значит, что умом я впала в детство! — и тут же, противореча своим словам, чисто по-детски, с наслаждением, облизала со всех сторон чайную ложечку.

— Я никуда не поеду! Как вспомню себя сначала маленькую и беспомощную рядом с этим гаденышем, а потом в том мире с мыслями, что мне всё показалось! Нет, к вам в замок я не поеду! — и она замотала головой, как делают это упрямые дети, отказываясь от чего-то.

— Но Миранда ждет вас там, и остальные. Мы предоставим родовые артефакты защиты, — леди Серина пыталась быть очень убедительной. — С вами будут друзья. Вы же хотели провести игру среди дам, и, поверьте, бал у демонов, особенно в моем замке, это заслуживающее внимания зрелище.

Марья посмотрела на друзей. У Азалии горели глаза, видимо, дриада представляла себе свой триумф в замке. Тимон не сводил с нее глаз, полный решимости и близко не подпустить к ней ни одного демонского ловеласа. Фейки, которые почти нигде не были и очень любили праздники и игры, задумчиво косились на демонов. А Манефа смотрела на нее извиняющимся взглядом, но с твердой решимостью в глазах. Было понятно, что кикиморе очень надо, чтобы Марья поехала.

— Мне туда точно надо? — тихонько спросила та, обращаясь к кикиморе.

— Надо, Марьюшка, — Манефа вздохнула. — Спокойнее всем будет, а может, и веселее. Ты же такая выдумщица.

Мария Спиридоновна задумалась, анализируя свое внутреннее состояние. Осторожная и мудрая пожилая женщина в ее голове опасалась новых неприятностей, а маленькая девочка радовалась праздникам, волшебному слову «бал», возможности поиграть с большими тетями и показаться всем в нарядных платьях. И маленькая девочка смогла уговорить осторожную, но тоже любящую праздники и подарки пожилую женщину. Ведь когда с тобой рядом будет столько друзей, тебя оберегающих, то, наверное, всё точно будет хорошо. Да и сама Марья будет очень осторожна, особенно с незнакомой едой.

— Хорошо, — произнесла она наконец после раздумий. — Когда едем? Наверное, всем надо подготовиться.

Компания дружно закивала в ответ. Обрадованные демоны обещали передать ректору портал и, откланявшись, оставили их обсуждать поездку.

Дамы тут же заговорили о нарядах и украшениях, а Тимону поручили позаботиться о том, чтобы ректор отпустила с ними вампира и фрогона. Гордый оказанным доверием, скелетик тут же улетел выполнять поручение.

Ректор была согласна отпустить профессоров, лишь бы Мария Спиридоновна уехала и вернулась уже повзрослевшей хотя бы до подростка. Все-таки в подростковом возрасте недоверие, самостоятельность и юношеский максимализм, наложенные на ум и опыт пожилой дамы, давали хоть какую-то гарантию того, что Мария Спиридоновна не променяет хорошее место работы на службу развлекательницы старого интригана.

Профессора свое назначение сопровождающими восприняли по-разному. Если Бяо был рад возможности и дальше наблюдать за Марьей и познакомиться с замковым алхимиком для обмена опытом, то Кронов, представив себя в замке на балу с темпераментными демонессами, только зубами скрипнул. Неженатый вампир был для дам весьма лакомым кусочком, и ему очень не хотелось прятаться по углам от слишком рвущихся привести его к алтарю прелестниц. Впрочем, он решил, что маленькая Маша станет отличным щитом между ним и демонессами.

Всеми временно позабытый бывший комендант, а ныне призрак Петр Егорович неприкаянно бродил по кладбищу. Отчаянно хотелось выпить от этой безнадеги, но даже такая малость ему была недоступна. Из парка за оградой донеслись голоса. Призрак подлетел поближе и просунул голову сквозь решетку. Разговаривали Рорх и желтоватый, похожий на китайскую лягушку целитель.

— Вот завтра и уедем, — рассказывал личу фрогон. — Я за Марией Спиридоновной буду наблюдать, а вы сами у себя показания состояния снимайте, вот ключ от лаборатории. На столе в журнал запишите. Если изменения слишком быстро пойдут, то вызывайте.

— Конечно. Надеюсь вам, профессор Бяо, понравится у демонов. Алхимик у них, конечно, чудак редкостный, но энтузиаст своего дела. Да и за Марьей присмотр нужнее, чем за древним личем. — Он тихонько засмеялся. — Я как-нибудь справлюсь. Смотрите не приведите молодую жену, демонессы — они такие.

— О, это скорее удел Кронова. Не думаю, что среди тамошних дам найдутся любительницы мужчин моей расы, — тоже хихикнул фрогон в ответ.

Петр Егорович смотрел вслед удаляющимся профессорам. Значит, эта бабушка-девочка уезжает к демонам, и не одна. Призрак задумался. Наверняка она возьмет с собой своих крылатых подпевал, всех трех. Это, конечно, хорошо, но тут останется еще тупой тролль, пара профессоров и пустошник. Пустошника он как-то опасался. Лысый парень в татуировках вызывал в нем неприятные воспоминания о работе в 90-х. А кстати, что-то он нигде не видел домового. Маленький бородач был безобидным добрейшим существом и вполне приемлемым собутыльником. А уж информированным обо всем он точно должен быть. Петр Егорович решил поискать Пантелеймона.

Привидение пролетело по дорожкам парка, но зимний парк был пуст. Слетало в главный корпус и, вылетев, заметило маленькую фигурку в светло-желтой шубке и ярком золотистом платке, идущую к бытовому общежитию. Лизавету — а это была именно она — Петр Егорович не любил. Во-первых, он считал, и не без оснований, что она сильно много о себе мнит и воображает. А во-вторых, она пренебрежительно относилась к некромантам, унижала Пантелеймона и язвила самому Петру Егоровичу. Но спросить всё равно больше было не у кого.

— Лизавета, ты Пантелеймона не видела? — Беспалов, не подумав, что домовушка не знает о его «воскрешении», догнал девушку.

Услышав смутно знакомый голос, та обернулась и с вытаращенными глазами и открытым в беззвучном крике ртом шлепнулась на попу прямо в снег у тропинки. Привидение, может быть, и позабавила бы эта ситуация, но сведения ему нужны были срочно. Поэтому, не придумав ничего лучше, он продолжил, попытавшись достучаться до Лизаветы:

— Так ты знаешь, где мне Пантелеймона найти? Невежливо молчать, когда тебе задают вопрос!

Наконец, видимо придя в себя, она захлопнула рот и, подскочив из сугробика, разозленная своим испугом и замешательством, стала высказывать всё, что думает касаемо ситуации.

— Это ты мне еще о вежливости будешь говорить! При жизни от тебя толку не было, и померев приперся в не пойми каком виде меня пугать! Пантелеймона он ищет! А домовик-то ваш теперь не пьет, так что зря ищешь. Наверное, опять с какой-нибудь гномкой загулял, ничему его жизнь не учит! А ты раз не мертвый такой, то хоть приведи себя в приличный вид. И голубой — это цвет артефакторов, так что не имеешь права ходить так в академии. Меняй цвет! — Лизавета распалялась всё больше. — Так и наши цвета присвоишь скоро! Думаешь, раз просвечиваешь и помер, то можно правила не соблюдать?!